Солдаты Оборотня - Владимир Чихирёв

- Риттер! Возьми двух своих людей, покрепче, и идите к крайнему бараку.

- А в чем дело? И что значит покрепче? Таскать чего понадобилось?

- Нет, покрепче в смысле может хорошо пользоваться кулаками, и имеют крепкие нервы

- Я не обладаю не тем, не другим. Почему меня дергают!?

- Приказ, - отрезал он.

Мне не оставалось ничего другого, как вперемешку с ворчанием идти выполнять этот чертов приказ. Слова лейтенанта о крепких парнях навели меня на мысль о капралах Дарина и Рамсая. Я крикнул болтавшихся неподалеку солдат. Мы пришли туда, где нас ждал Азура. В темном помещении было видно, что у дальней стены привязан человек. Еще трое лежали неподалеку, скованные цепью. Мы остановились посередине и вопросительно посмотрели на лейтенанта.

- Из штаба доложили, что командиру мятежников Доротее Тэквор удалось бежать вчера во время сражения. У нас в руках оказались несколько пленных. Перед нами стоит задача узнать у них, куда она могла бежать.

- А почему они должны знать, куда она бежала? - раздраженно спросил я. Меня взбесило, что допрос Азура свалил на меня.

- Тот, что привязан наемник, - продолжал лейтенант.

- Я это вижу, но что из этого следует?

- Он не просто солдат. Он один из командиров.

- Понятно, - протянул я и посмотрел на капралов.

- Все будет в порядке лейтенант, - с хищной улыбкой ответил Дарин. Рамсай как всегда промолчал, но его взгляд, обращенный на пленных, заставил меня задуматься о том, что у нас с капралами видимо разное понятие выражения " Все будет в порядке".

- Почему я должен этим заниматься? - я повернулся к Азуре.

- А почему не ты?

Я открыл, было рот, но не найдя что ему ответить лишь покачал головой. Похоже, пленные тоже догадывались, что общение с капралом Рамсаем сулило им не больше радости, чем от встречи с медведем шатуном в разгар зимы. Я снова посмотрел на лейтенанта.

- Ну, вы тут распоряжайтесь, лейтенант, - Азура поспешно направился к двери и, не оборачиваясь, вышел на улицу.

Оглянувшись, я увидел, как Рамсай снял с себя поясной ремень с оружием, а Дарин отошел к дальней стенке и, облокотившись на стоявшую тут телегу, стал ждать моих приказов. Я стоял напротив привязанного к столбу пленника и соображал как вести допрос. Пока я осматривался и приглядывался Рамсай подошел к наемнику и без единого слова хлестко ударил того по лицу.

- Я собираюсь заставить тебя выложить все, что ты знаешь о том, где могла затаиться твоя хозяйка. - Негромко произнес капрал, - от того насколько быстро ты все выложишь, зависит, как ты умрешь. Быстро и не больно или долго и мучительно.

- Поверь, - продолжил капрал - я знаю, как заставить тебя пожалеть о том, что ты не погиб вчера.

Я своему капралу поверил. Стараясь не наблюдать за тем, что сейчас произойдет, я заложил руки за спину и медленно, с напускным равнодушием на лице, подошел, к троим пленникам, которые жались друг к другу у стены барака. Остановившись в шаге от них, я стал рассматривать эту троицу. В этот момент у меня за спиной послышались глухие удары. У меня заныли колени, но я сделал вид, будто подобный мордобой для меня, что утренний чай для какой-нибудь "шишки" из квартала богатеев в Элидире.

- Кто такие? - Прохрипел я под звуки нескончаемых ударов Рамсая.

- Меня зовут Сето, - прошептал один из них, одетый в лохмотья полевой формы восточной имперской армии.

- Перебежчик?!- рявкнул я.

Он вздрогнул и кивнул головой. После чего взял и расплакался. Не ожидая такой реакции, я растерялся. Не зная как поступить, я присел на корточки возле него и повернул его лицо к себе. В свете пробивавшегося через окна дома солнечного света я увидел, что на меня смотрит совсем ещё мальчишка. Перепуганный насмерть подросток. Вот значит, какое подкрепление получил генерал Ресид для своей обескровленной армии.

- Тебе сколько лет, парень? - спросил я.

- Семь...над...цать, - пролепетал он, то и дело всхлипывая.

- Как ты оказался в Восточной армии в таком возрасте?

- Я был на первом году обучения в инженерной военной академии, когда к нам пришел приказ о срочной переброске на восток, для временного укрепления гарнизонов Восточной армии, - паренек стал немного успокаиваться.

За моей спиной капрал окатил допрашиваемого наемника из ведра ледяной водой и проговорил с нотками уважения в голосе:

- Крепкий мерзавец!!

После чего последовал звонкий удар, за которым послышался сухой треск, и первый стон наемника. Я обернулся:

- Ты его сейчас убьешь!

- Да нет, - протянул капрал - всего лишь сломал несколько ребер.

Я поморщился и, сделав глубокий вдох, снова повернулся к Сето.

- А какое лихо тебя занесло в армию мятежников?

- К Доротее?

- Именно к ней.

- Все переходили на её сторону, а так могли и убить!

Я покачал головой:

- Последнее, у тебя наверняка сегодня получится

У парня вновь задрожали губы.

- Достаточно какой-то смазливой девке повилять задом и немного поколдовать с жабьими лапками, как все юнцы готовы идти за ней на смерть, - проворчал я.

Посмотрев на всхлипывающего мальчишку, я не выдержал.

- Успокойся, я же не сказал, что ты точно умрешь. Может это ещё не последний твой день, и ты даже когда нибудь ещё увидишь своих родителей. Родные то у тебя есть?

- Есть! Мама и маленькая сестренка. Ей недавно исполнилось четыре годика, - парень снова заревел, видимо вспомнив свою семью.

- Ты понимаешь, что с ними будет, когда они узнают, что их сын и брат предатель. Я уже не говорю об отношении к ним со стороны имперских чиновников.

Сито совсем расклеился и ревел, словно это ему исполнилось четыре года, а не его сестренке.

- Замолчи! - раздраженно проговорил я. Мне становилось жаль его, и я злился на себя за то, что заговорил с этим парнем. Сито не отреагировал.

- Заткнись, или я отрежу тебе ухо! - угрожающе проговорил я.

Мальчишка втянул голову в плечи и постарался взять себя в руки.

- Вот молодец, - похвалил я его и посмотрел на двух других пленных, собираясь узнать, кто они такие, но в этот момент сзади лязгнуло лезвие ножа. Я резко обернулся и увидел, как Рамсай держит свой кинжал у лица наемника, вернее той кровавой маски, в которую оно превратилось. Поднявшись, я заставил себя подойти к ним. Запах крови и её следы на форме и лице капрала вызвало у меня отвращение к происходящему, усилившееся оттого, что я сам принимаю в этом участие. И, по сути, в глазах пленных, являюсь таким же садистом, как и мой капрал.

- Сейчас ты заговоришь, - прошипел Рамсай. Его и без того суровое лицо исказилось, в глазах была только ненависть и злоба.

- Довольно, капрал! - крикнул я. - Какая польза будет оттого, что ты его сейчас прирежешь. Успокойся!