Край неба - Марк Дж. Грегсон

– Не забудь места вокруг люверсов, – напоминает Китон. – Там самое сложное.

– Уверен, он знает, как это делать, – говорит Родерик.

– Я просто хотела помочь. Кажется, ему это не помешает.

Все смеются.

Себастьян покраснел, его трясет. Ниже ему падать некуда. В кои-то веки на его лице не видно мерзкой улыбки. Если Себастьян что и ненавидит, так это когда с ним обращаются как с низинником.

Наконец он закончил, но Родерик показывает туго набитый мешок:

– Развлекайся.

Себастьяна перекашивает от злости, когда на пол перед ним вытряхивают еще ботинки.

– Когда дойдешь до обуви Громилы, лучше заткни нос. Ноги у него сильно потеют.

– Я не ношу носки, – подсказывает Громила.

Китон хихикает.

Себастьян снова берется за работу, и команда оставляет нас наедине.

Я слежу за нашим драйщиком, сидя за столом, а он зыркает на меня из-под своей черной челки.

– Я нашел твой коммуникатор, – говорю.

– Коммуникатор? – изображает удивление Себастьян.

– С кем ты связывался?

Он отвечает лукавым взглядом:

– А вдруг меня любопытство одолело, хотелось узнать, что да как там на островах? Мы же тут совсем отрезаны от мира. Вдруг будут полезные новости? Особенно интересные тебе.

– О чем ты?

Себастьян скалится, довольный тем, что завладел моим вниманием. Так и напрашивается на взбучку.

– Скоро сам все узнаешь, уверен. Новости громкие, Конрад. Очень, очень громкие.

Ненавижу этого мелкого дерьмоеда. Устремляю на него такой ледяной взгляд, что самому кажется, будто в комнате стало холоднее.

– Я лучше тебя, Себастьян.

– В чем? В полировке ботинок?

Подхожу и встаю над ним:

– В возвышении. Оно у меня крови. Мои предки через дуэли поднялись на Вершину. И удерживались там поколениями.

Себастьян фыркает:

– Вечно вы, урожденные высотники, носитесь с этим своим драным наследием.

– Считаешь себя сильнее, потому что готов переступить черту? – Мой голос принимает угрожающий он. – Вот только ты недооцениваешь мою готовность избавиться от тебя.

– И что же ты сделаешь? – хмыкает Себастьян. – Убьешь меня?

Молчу.

В комнате как будто становится еще холоднее. Себастьян прищуривается, меряет меня взглядом. Прикидывает, насколько я крупнее и сильнее. В бою со мной хитрость, как с той же Самантой, ему не поможет.

– Значит, – говорит он, – я все же могу превратить тебя в убийцу?

– Ты не ошибся во мне, Себастьян. Мы во многом похожи.

Демонстративно достаю из кармана ножик. Его лезвие поблескивает на свету, в начищенной стали я вижу свое отражение.

В глазах Себастьяна сперва проскальзывает испуг, но вот он уже всматривается в мое лицо. Проверяет, не блефую ли я. Осознав же, как все серьезно, оборачивается к двери, сучит пальцами. Он готов дать деру, как жалкий, мелкий лотчер.

– Я не убийца, Себастьян. – Приставляю острие ножа к плечу. – Однако это не значит, что я не сделаю им тебя.

Сообразив, как я намерен поступить, Себастьян кричит:

– Нет, Конрад, не надо! – и прыгает ко мне.

Нож, будто жидкое пламя, глубоко входит в мою плоть. Скрежетнув зубами, я выкрикиваю:

– Себастьян, опусти оружие! Нет!

Себастьян орет во все горло. Кровь хлещет ему на руки, пока он пытается выдернуть нож. А когда ему это удается, дверь распахивается и в каюту разъяренным провлоном влетает Громила.

– Убийца!

– Нет, я…

Сбив Себастьяна с ног, Громила прижимает его к полу. Себастьян невнятно хрипит, пытаясь оправдываться, но Громила колошматит его по лицу кулаками размером с окорок.

– Конрад сам се…

Договорить Себастьяну не дают: еще удар – и заморыш без сознания. Нож, вылетев у него из руки, скользит к порогу.

Я падаю, хватая ртом воздух и пытаясь остановить кровь. Громила перебирается ко мне:

– Все хорошо, Элис?

– Чертовски больно.

– Ты еще безумнее, чем я.

Вскоре в каюту вваливаются Родерик, Китон и Брайс.

– Что… ох!

Они обступают меня. Брайс в панике давит мне на плечо, зажимая рану.

Родерик ничего лучше не придумал и нервно похлопывает меня по ноге.

– Все будет хорошо, – приговаривает он. – Все будет…

– Родерик, полотенце! – велит ему Брайс.

И Родерик, бледный, выбегает в коридор.

Брайс тем временем смотрит мне в глаза. Она перепугана. Я поступаю подло, причиняя боль ей и остальным, но иного пути нет. Себастьян – это краб, который будет хватать за ногу всякого, кто попытается подняться. Он всех нас утянет на дно.

Родерик возвращается с кучей полотенец. Одно из них Брайс наматывает мне на плечо, но ткань быстро пропитывается красным.

Чувствую слабость. Моя кожа бледнеет.

– Задета артерия, – говорит Брайс. – Нам нужны лекарства, быстро!

Китон бросается наружу.

Я съезжаю по стене, кривясь от пульсирующей боли. Никто не обещал, что отсасывать яд из змеиного укуса – это приятно. Однако сплавить Себастьяна с моего корабля – дело важное.

⁂

В прошлый раз, когда Себастьян покушался на мою жизнь, мне не хватило доказательств, зато теперь есть свидетель. Тот, кто видел оружие и мою кровь на руках Себастьяна.

Лежа на койке в медицинском отсеке, держа раненую руку на перевязи, я вызываю корабль-разведчик и докладываю Трэвису из Уотерсов о нашей ситуации. Он связывает мой коммуникатор с другим, дальнобойным, давая поговорить с мастером Коко. Затем мы с Громилой отчитываемся о происшествии. Мастер Коко выслушивает нас молча.

– Себастьян из Авелей, – наконец произносит она, – племянник моей помощницы?

– Да.

– Напал на тебя? Но ведь он всегда был так… добр.

Себастьян умеет пустить пыль в глаза. Даже таким проницательным людям, как мастер Коко.

– Моей команде неспокойно, пока он на борту, – говорю я. – Если честно, то мне самому неспокойно. Мы хотим убрать его.

Мастер тяжело вздыхает:

– С корабля? Нет, это вряд ли.

– Что?

– У вас есть гауптвахта.

– Он меня убить пытался!

– Идет Состязание, Конрад. Настанет день, и у тебя появится собственная команда. Вы отправитесь охотиться на ацидонов в дальние пределы, и там не будет корабля-разведчика, который забрал бы заключенного с гауптвахты. Это хорошая возможность для обучения.

– Но, мастер…

– Держи Себастьяна на губе. Я решу, как быть с ним после Состязания.

Я зло смотрю на камень-коммуникатор. Похоже, от яда в ближайшее время мы не избавимся. Зато теперь его источник хотя бы не сможет разгуливать на свободе. И мне не придется видеться с ним. Отлично. Себастьян останется на борту, но я сгною его за решеткой.

Несмотря ни на что, я улыбаюсь. Теперь, убрав с пути змея, могу целиком сосредоточиться на своей борьбе.

Глава 33

Пока мы были заняты Себастьяном, «Каламус» не бездействовал. Он только что выбился в лидеры.

Я на