Девятка - Дарья Михайловна Андриянова

– Не твое дело, – прервал мои рассуждения архангел.

– Ниортан, веди себя приличней, – дополнила его слова Садрин.

Мне даже как-то не по себе стало. Называется, отвык, что мои мысли читают. Кровь прилила к голове. Показалось, что она сейчас взорвется. Но стоило вспомнить, что кровь во мне выдуманная, так сразу и полегчало.

Мы остановились у невысокого белого домика.

– Пришли, – сказал Сеир и пару раз стукнул в дверь.

– Иду! – раздался голос с обратной стороны.

Это был голос моей сестренки. Мне показалось, будто сердце замерло. А когда дверь открылась, и я увидел ее, вся старая жизнь пронеслась перед глазами.

Она немного повзрослела в сравнении с тем, какой я видел ее в последний раз. Сейчас ей можно дать лет двадцать пять. Взгляд ее метался от Сеира к Садрин, а на меня она даже не смотрела.

– Симпатичная она у тебя, Ниортан, – сказал Сеир, отступая от двери и открывая сестренке обзор на меня.

– Ниортан?! – спросила она.

Ее глаза широко распахнулись, и теперь она рассматривала меня.

– Привет, – сказал я.

Она бросилась мне на шею. Столько лет мы не виделись!

– Ниортан, где ты был все эти годы? Почему ты не давал о себе знать? Как давно ты умер?

Она заваливала меня вопросами. Я не успевал отвечать, да и не мог. Сколько счастья было во мне! Я уже и не думал, что после смерти можно испытать такое счастье!

– Ниортан, ну, скажи что-нибудь! – она отстранилась и теперь смотрела на меня как будто с упреком.

– Сара… – только и смог я выдавить ее имя.

– Заходи в дом.

Она взяла меня за руку и потащила за собой, но вдруг остановилась, посмотрела на мой лоб, а затем на Сеира.

– Можно ведь? – спросила она.

– Только не долго. Короче, Ниортан, я пошел домой. Помни об уговоре.

Он развернулся.

– А что за уговор? – спросила Сара, не дождавшись, пока Сеир уйдет.

– Понятно, значит, ваше неприличие – дело семейное, – сказал архангел, уходя в сторону дворца.

Сестренка моя вся запылала. Ну, а я, чтобы хоть как-то поддержать ее честь, крикнул в спину Сеиру:

– Кто бы говорил!

И быстро затащил сестру в дом, пока архангел не передумал.

Сара долго смеялась. Надо мной, или над Сеиром – в принципе, не важно. Важно то, что я уже почти забыл, как она смеется. Звонко и чисто, да так непринужденно…

– Пойдем же за стол! – сказала она, вдоволь насмеявшись.

– Пожалуй, воздержусь от местных угощений. Зная, где Сеир их добывает…

– Ну, пошли тогда, хоть расскажешь мне про все!

В доме у Сары было намного уютнее, чем в тех домах, где мне приходилось бывать в последние дни. Несмотря на небольшие габариты, светлые стены создавали впечатление широкого пространства. Мебель тоже была нежных цветов, в основном, голубых и розовых. Вокруг был порядок. Хотя, если вспоминать, при жизни Сара не очень-то следила за своей комнатой. Под ее кроватью всегда громоздились книги, на самой кровати была накидана одежда. Перед сном сестренка просто сбрасывала ее на пол, не утруждая себя уборкой. Слуг в комнату не пускала, хотя и относилась к ним лояльнее, чем я в свое время.

– Расскажи, как ты стал девяткой? Это же при жизни случилось? – она сидела рядом, на светло-розовом диване, и никак не могла отлипнуть от моего плеча.

– Да, – сказал я. – При жизни.

И я рассказал ей все. Про то, как изначально сбежал из армии, как пропивал все деньги, как убил человека и как сам стал девяткой. Я старался не затягивать рассказ, говорил коротко и только о фактах, не затрагивая своих эмоций. Интереснее было послушать и про ее смерть.

– А что было после смерти? Как ты смог договориться с Сеиром о встрече со мной? Ты же девятка!

– Прошу, не называй меня девяткой хотя бы ты, – я слегка улыбнулся. Улыбка выходила горькой, и я бросил это занятие. – Все началось еще с моего суда, когда я познакомился со своими хранителем и искусителем.

И я рассказал ей все. Совсем все. Про «правду», побег из Ньяда и про то, как занял чужое тело. Она слушала, слегка раскрыв рот. Меня и самого поражала вся эта история. Теперь поражала, когда я оглядываюсь назад. Это же надо мне было умудриться выжить при всех этих обстоятельствах!

– А теперь ты. Как же ты умерла, сестренка? – я поправил ее каштановые волосы, чтобы лучше видеть лицо.

– Я не поняла, как это случилось. Мы умерли всей семьей. Вру, отец жив остался. Думаю, нас отравили, хотя я в этом не уверена. Я просто в один день уснула, а когда проснулась, уже была вне тела, как и родные.

– Ну, тебе-то было к этому не привыкать, – заметил я.

– Ну, это как сказать. С возрастом я бросила подобные занятия. Хотя иногда на меня находило, и я летала вне тела. Но знаешь, Ниортан, мне было намного легче адаптироваться, чем нашей мамаше. Я даже немного посмеялась над ней, когда она в шоке смотрела на свое тело. Видел бы ты ее лицо!

Сара рассмеялась, и вдруг я понял, что тоже вижу картинку – удивленное лицо пожилой матери, которая летает над своим телом и не понимает, что происходит. Видел я ее так, как будто действительно стал свидетелем этой смерти, и во мне просачивались воспоминания.

– Как ты это сделала? – поразился я.

– Мыслеобраз? Да точно так же, как ты говоришь с закрытым ртом, – она сказала это в моей голове.

Только сейчас я начал понимать, что вовсе не являюсь самым особенным среди мертвых. Вот она – действительно особенная. А все, что я умею – просто отголоски ее рассказов.

– Да уж, будь у нас больше времени, я бы взял у тебя несколько уроков по управлению мыслями, – проговорил я.

– У нас будет время! – Сара подскочила и теперь стояла передо мной, весело раскинув руки. – У нас будет полно времени, когда с тебя сотрут клеймо! Ты же у меня такой умный братик, так что тебе мешает подняться до единицы и дальше?

Я опустил взгляд.

– Меня ждет только десятка, Сара.

– Да брось, не выдумывай! – она скрестила руки на груди. – С чего ты такое взял?

– Не взял. Мне Гортей сказал. Уж словам демона можно поверить?

Сестренка еще секунду постояла. Счастливое лицо стало кислым, и она рухнула на диван рядом со мной.

– Сколько тебе осталось? – спросила