Девятка - Дарья Михайловна Андриянова

– Да ни за что!

– Ни за что? А ты уверен?

– Уверен.

Я посмотрел на него упрямо. Мне тоже, как и черту, нет дела до этого мира. Мне нет дела и до Рьяда, куда я никогда не попаду.

– А если мы заключим сделку? Ну, к примеру, я позволю тебе увидеться с сестрой.

Увидеться с сестрой?! Да я и не надеялся ее больше увидеть. Естественно, я не могу отказаться!

– В таком случае, сначала ко мне заскочишь, ну, а после я прослежу, чтобы ты и в Ньяд сходил. Видишь, как со мной легко договориться? Ну, а ты, ангелочек, ему поможешь. Проводишь его до моей дверки, идет?

Ангел не ответил.

– Естественно, в Рьяд ни ногой, падший, – Сеир развернулся к белой двери. – Ах, да, Ниортан. Если ты нарушишь наш уговор, то я уже к Богу пойду. Ну, понимаешь, тогда через него придется влиять на твоего чертика. Естественно, попадет не только ему, еще и Аоду, тебе, ангелу и…

– Я понял.

Глава 20

Меня только что зарезало трамваем на Патриарших. Похороны пятницу, три часа дня. Приезжай. Берлиоз.

Михаил Булгаков – «Мастер и Маргарита»

Умирать, конечно же, не хотелось. Но и жить, собственно, было незачем. Мы сидели в гостиной, теперь уже вчетвером. Аарон выглядел отрешенным, задумчиво мешал сахар в чае. Ангел смотрел на святую и совсем не двигался. Садрин же старалась держаться от него подальше, поэтому и сидела рядом со мной.

– Ну, что, кто хочет меня убить? – как можно вежливее спросил я.

– Ты спрашиваешь? – Аарон бросил ложку в чашке и поднялся. – Как предпочитаешь умереть? Смотри, я постараюсь, чтобы твои мучения продлились как можно дольше.

Кажется, я передумал.

– Не стоит, – сказал ангел. – Есть другой способ попасть туда. Не обязательно умирать.

– Спасибо, утешил, – у меня как будто груз с плеч свалился. – И какой же?

– Способ твоей младшей сестры, Ниортан.

И точно! Как же я сам не додумался. Это же так просто!

– Что за способ такой? – спросила Садрин, глядя на меня.

На ангела она вообще не смотрела. Слово «падший», видно, совсем разрушило ее первое впечатление о нем.

– Ну… Когда я был живым, у меня была сестра. Та самая, которую упоминал Сеир. Она баловалась, ночами вылетая из тела, – я почувствовал прилив ностальгии. – Тогда я, конечно, не верил во все это. Поверил только после смерти. Интересно, какая она сейчас…

– Ну, вот и посмотрим! Пойдемте? – Садрин подскочила с места.

– Ты остаешься, – сказал ангел, глядя на святую ледяным взглядом.

– Ну, нет уж. В конце концов, мне самой интересно убедиться в словах черта.

– Тогда и я… – начал Аарон.

– Нет, – Ангел поднялся. – Кто-то должен будет присмотреть за телами. Идем.

Мы зашли в спальню. В мою спальню, ну, точнее, Зига. Садрин легла на заправленную постель, я сел в кресло.

– Я помогу вам, затем дождитесь моего выхода, – сказал ангел, оставаясь стоять. – Закрываем глаза. Делаем глубокий вдох и чувствуем, как на выдохе тело начинает расслабляться. Еще раз – вдох, на выдохе расслабляемся еще сильнее, чувствуем, как тело становится тяжелым…

Мое тело как будто повиновалось словам ангела. Оно расслаблялось, становилось настолько тяжелым, что при всем желании я бы не смог поднять руку. Веки слиплись, их как будто склеили теплым воском. С каждой секундой голос ангела становился все дальше от меня, он звучал как будто через стекло. Тем не менее, я продолжал слышать и воспринимать его слова, они поступали напрямую в мой мозг, минуя уши. Я перестал чувствовать тело, но чувствовал душу. Оставалось только подняться.

И, когда я это сделал, то увидел рядом с собой незнакомую девушку. Ее светлые кудри спускались до неприкрытых лопаток, а хрупкое тело обтягивало черное платье, спускающееся до щиколоток. Девушка озадаченно смотрела на меня, как будто чего-то ожидая.

– Кто ты? – спросил я. Вдруг подумалось, что это может быть Садрин, но… Святая ведь выглядит совсем иначе.

– Тебе правильно подумалось, – сказала девушка.

– Так ты еще и мысли читаешь, – задумчиво проговорил я, глядя на ангела, что осторожно укладывал мое тело на кровати, рядом с Садрин.

– А что во мне не так? Я правда выгляжу не так, как при жизни?

– Серьезно, – сказал я. – Начиная от формы лица, заканчивая цветом волос. И одежда… Обычно, когда люди покидают тело, они голые.

– Ты не голый, – заметила Садрин, с любопытством рассматривая мой балахон.

– Это потому, что я успел одеться после смерти, – объяснил я. – Но почему ты… Что это за платье, откуда оно взялось? И вообще, ты странная.

– Вы забыли о деле, – вмешался ангел.

Он уже стоял рядом в обычном своем белом балахоне и с обычным взглядом.

– Летим до двери. Дальше я уйду во внутренний мир Ниортана и буду наблюдать оттуда, – Ангел повернулся к святой. – Мне нельзя заходить в Рьяд, потому что я падший. Ну, а ты… – он обвел ее взглядом, с головы до ног. – Сдается мне, ты не та, кем себя воспринимаешь. Думаю, Гортей тебе поведает нечто интересное о тебе самой.

Садрин тихонько фыркнула. Она все еще не смотрела на ангела. Мы быстро взлетели, набирая темп с каждой секундой. Самым отсталым в компании был, неудивительно, я. Садрин летела наравне с хранителем, а тот иногда останавливался, оборачиваясь на меня, поторапливал меня и продолжал путь.

В белом пространстве, не знаю, как обозвать это место иначе, все так же было полно душ и разных очередей. Мы летали кругами в поисках белой двери. Иногда натыкались на красные двери – они ведут в Ньяд, это я уже выучил. Белых дверей тоже было полно, но, по словам ангела, не любая белая дверь нам подходит. Нужна именно та, что вывела бы нас в Рьяд Сеира, а не в какой-либо другой. Если, конечно, мы не хотим несколько суток бродить по пустыне, пока наши тела в Алкеоне будут загибаться от голода.

Искали мы ее не слишком долго. Сам ангел даже близко к двери подходить не стал, побоялся. Сказал, меня с Садрин в любом случае пропустят. И ушел в зеленую дверь моего внутреннего мира.

У двери в Рьяд летали двое вратовых ангелов. Когда мы подлетели к ним, они, не задавая никаких вопросов, открыли перед нами дверь.

Садрин вошла первой, я – следом. Я ожидал, что святая сейчас начнет загибаться от нехватки воздуха, но нет. Она стояла ровно, рассматривая окружение своими