Живые и мертвые (том 5) - Ярослав Гивиевич Заболотников

— Тогда избавь Эрминию от преследования «Апофеозом». И не через год, когда ты вдруг снизойдёшь до дел простых людей, а как можно скорее.

— Занимательная расстановка приоритетов, — загадочно улыбнулся некромант. — После всей моей тёмной славы, после увиденного тобой на арене Грон-Бан-Горта и понимания, что я хочу завладеть магией теней, о назначении которой ты даже не спросила, ты сочла большей угрозой «Апофеоз». Обычных смертных.

Теперь стало ясно, что консенсусом здесь и не пахло: колдун всего лишь удовлетворял своё любопытство. Так пусть же получает честный ответ:

— Нет. Ты опаснее. И непредсказуемее. Но в отличие от скользящих в ночи безымянных убийц с тобой можно договориться. Спрашивать про теневую магию? Зачем? Ты давно обладаешь достаточным могуществом, чтобы захватить мир. Только тебе это неинтересно. Губить его ты тоже не станешь: ведь в нём растёт твоя дочь. Вероятно, теневая магия нужна тебе для научных экспериментов, в которые ты всё равно посвящать меня не станешь, — Лайла приблизилась к Леонардо и, пусть она была ниже, уверенно поглядела в янтари глаз. — Но если твоими стараниями с головы Эрминии упадёт хоть волос, врагов у тебя прибавится.

— Знаешь ли ты, что обитающая в Ардонэйзии терракотовая змея является территориальным агрессором, однако никогда не нападает на другую змею, если та находится в своём гнезде?

Внезапный экскурс в биологию немного ослабил сомкнутость тонких бровей:

— К чему ты мне это рассказываешь?

— К тому, что воинственность следует отложить для более подходящего случая. В месте, куда мы направимся, она не принесёт тебе ничего хорошего, — Леонардо подождал, пока вампирша осмыслит сказанное и сгонит с лица дерзкую отвагу. — Первым делом мы проведём эксперимент. Я не терял времени зря — один из вариантов эссенции дарует тебе пылающую кровь. Мне лишь нужно понять какой. А после, как и полагается, я поведаю тебе о судьбе Архондара де’Рона. Однако ты сможешь остаться: за чашкой крепкого чая послушать о том, кто хочет разрушить мир, и, возможно, принять участие в спасении человечества.

— Я не ослышалась? Ты приглашаешь меня на чаепитие?

— Хоть стол и не особо большой, третья чашка на нём много места не займёт.

— Третья?.. Куда мы направляемся?

— Туда, куда ни живые, ни мёртвые случайно не попадают. Поэтому ты дашь мне слово, что никогда никому не расскажешь об этом месте и его обитателях. Я оказываю тебе непомерное доверие, королева. Если ты предашь его, я расценю это как акт объявления войны. Окончательный и бесповоротный.

Под ледяным взглядом некроманта Лайла вновь почувствовала себя стоящей на арене, где по заснеженным трибунам ручьями стекала кровь. Несколько тысяч варваров лишились голов за то, что не вняли предупреждению. И, несмотря на имевшиеся договорённости и снисходительное терпение колдуна, вампирша всем нутром ощутила грань, за которой её тоже ждала смерть… в лучшем случае.

— Я очень не люблю хранить тайны от тех, кто мне дорог. Но, судя по всему, ты хочешь узнать, как далеко я готова зайти ради спасения мира, к предначертанной гибели которого косвенно приложила руку, — предположение отсекла короткая пауза. — Я согласна.

— Превосходно, — взор Леонардо перестал обжигать морозом, а протянутая ладонь застыла в ожидании.

Ещё одна телепортация. После ардонэйзийского тепла платье качнул холодный ветер. Невольно поёжившись, Лайла осмотрелась. Всюду темнела промёрзлая земля с низкой пожухлой травой. Над головой простиралось пасмурное небо. Они с колдуном стояли посреди огромной поляны, какую сквозь бледную дымку, обрамлял голый лес. Поздняя осень в Эльтароне, Рорхе и Виверхэле была похожа, но изобилием лиственных деревьев мог похвастаться только первый. Возвращение в родное королевство представлялось более приятным.

— Нам сюда, — Леонардо приглашающе указал в сторону.

Там, возле большого загона, где гуляли куры, стояла круглая каменная хижина с навесом и двумя боковыми пристройками. Входа видно не было, зато без труда прослеживалась ведущая за угол тропинка. Лайла уже собиралась пойти к ней, как вдруг ветер принёс запах свежей листвы с неясными оттенками цветочных ароматов — озадаченность заставила повернуть голову ему навстречу. За загоном тонкой линией различался ручей, у которого высилась развесистая ива, по-осеннему голая, но за бахромой коричнево-жёлтых ветвей зеленел женский силуэт. Неизвестная дева непринуждённо сидела на дереве, покачивала ногами и наблюдала. Дриада?..

Выдохнув вместо вопроса пар, Лайла задумчиво двинулась к хижине, правда на середине тропинки опять остановилась: услышала пронзительный крик в небе — взор сам собою взмыл к бесконечной серости облаков. Вампирша ожидала увидеть виверну, но паривший силуэт крыльями напоминал не дракона — птицу. Огромную птицу. Неужели рух?.. Нет, корпус более мощный. Это… грифон.

— Гости здесь весьма редки и всегда привлекают внимание, — поведал баритон за спиной. — Вот и Риффир прилетел посмотреть на эльтаронскую королеву.

— Он… тоже неживой? — обернулась вампирша. — Как Аенга?

— Почему же. Он здесь живёт и здравствует уже не первый год. Как и другие существа.

— Раз уж я дала слово, может, скажешь, где я нахожусь? — попытала удачу Лайла.

— В Обители.

Невзирая на многозначительность тона, ответ показался слишком скупым, но пронизывающий ветер вынудил вампиршу поёжиться и зашагать дальше. Тропинка убегала за пристройку. Лайла намеревалась последовать за ней, в душе́ надеясь на хорошо прогретую хижину, однако приблизившийся угол внезапно открыл странный вид — ноги замедлились и снова остановились.

Вдали, в метрах ста, не меньше, по поляне ходила белая махина. Варг. Словно собранный из валунов. И непонятно, что изумляло больше: сидевшая на нём маленькая девочка или мирно гулявшая рядом пара лошадей. В смелой, замахавшей рукой всаднице вампирша признала Эффи.

— Мы почти пришли, — раздалась сзади намекающая на движение фраза.

Уже не зная, чего ожидать, Лайла обогнула угол и увидела стоявшую у двери женщину лет тридцати в сером платье, с серебристой вышивкой на высоком воротнике и рукавах. Её длинные тёмные, пепельно-русые волосы, местами игравшие более светлыми прядями, у лица были заплетены в тонкие косицы, две из которых встречались на затылке.

Леонардо с Лайлой приблизился к женщине и представил её галантным жестом ладони:

— Шиари’Ли. Хранительница Обители, мой преданный партнёр и мать моих детей, — последнее слово вызвало у вампирши замешательство, а ладонь колдуна качнулась в обратную сторону: — Лайла де’Рон, законная королева Эльтарона и последняя из кринтэрхов.

— Добро пожаловать, — с приветливой улыбкой женщина присела в поклоне, после чего распрямилась и добавила: — Предпочитаю просто