Демоны Вебера - Денис Кучеренко

«Но если они могут без единого прикосновения убить человека своим колдовством, что же мы им сделаем?» — отчаянно пытался контраргументировать Голдберг, сотрясая воздух своими толстыми пальцами.

«Если бы они были такими уж могущественными, им бы не было нужды являться за нами лично. Человеческая природа всегда стремится исключить лишний риск. Но все же они придут, и что более важно — попробуют подобраться как можно ближе. Значит не так уж они и всесильны. Мы можем воспользоваться этой их необходимостью в сближении», — подключилась к разговору Арчи, всецело встав на сторону своего брата.

«Безумие! Да вы рассудка лишились! Верго, да скажите же им! Мы должны уносить ноги пока можем!» — обратился тогда к предсказателю Барон.

Наверное, тогда Веберу стоило сказать воодушевляющую речь, или же сухо подбить все озвученные аргументы, беспристрастно взвесив их у всех на виду. Можно было даже заострить внимание на откровенно маловероятном утверждении Остина о том, что убийцы якобы не могут ожидать такого подвоха, или же высказать предположение, что раз они выследили наемников в обсерватории, то выследят и за ее пределами, и ухищрения тут могут и не помочь. Вот только предсказатель в тот момент просто молча стоял, ничего не выражающим взглядом впившись в округлые глаза усача. Не издавая и единого звука, даже не шевелясь, он продолжал нерушимо изображать из себя безучастную статую, наблюдая за тем как багровеет лицо Барона.

А что до того что было после… Так и не смирившись с решением лидера группы, Голдберг позволил себе оспорить его авторитет, сославшись на старое доброе — «кто платит, тот и музыку заказывает», вот только на этот раз Остин был совершенно неуклонен. Недавние события несколько состарили его, добавив к изуродованному шрамами лицу пару неприглядных морщин. Имел ли главарь наемников на уме лишь хладнокровный расчет, или же руководствовался в том числе и желанием отмщения за все то что им довелось пережить, это та еще загадка.

В любом случае, план действий был определен, с каждой прошедшей секундой обрастая все большим числом деталей и сопутствующей им спешкой. Путникам нужно было успеть сделать целую кучу вещей за оставшийся им час. Лишь разделение их отряда на независимо действующие группы, разумно организованное командование со стороны Остина, и умело раздаваемые пинки от Арчи помогли им все успеть: маскировка, взведение самострелов, баррикады, несколько умелых ловушек и даже раздобытый у сжигателей провианта керосин — все было готово к назначенному времени. Все что им оставалось теперь, так это ждать, и надеется, что их расчеты были в достаточной степени верны.

Как обычно это и бывает, осознание каких-либо важных закономерностей всегда приходит спонтанно, таким образом оно явилось и к предсказателю. Прокрутив в голове образы из своей памяти он наткнулся на нечто определенно заслуживавшее его внимания.

Еще во время своего видения он заметил, нет, скорее почувствовал некое сходство в том, во что превращались у него перед глазами люди с чем-то из кошмаров уже им просмотренных. Тогда, находясь в крайне стрессовой ситуации, Вебер так и не сумел определить природу этого сходства, да и было ему не до этого. Но теперь, в издевательски длинный отрезок времени, отведенный под болезненное ожидание, у него была пара лишних минут на размышления.

Стоило предсказателю сконцентрироваться на противных глазу образах как словно только и ждавшая этого момента память тут же отправила его в оставленную далеко позади Гларь. То, что ему довелось повидать в злополучной деревне имело подозрительно много общего с последними событиями. Освежая память, Верго невольно вздрагивал, подмечая все больше жутких сходств. Да, тогда ему так и не удалось докопаться до истины и выяснить что угрожало его товарищам, но вот сцена их кончины была практически идентична последнему видению: похожие на мумии тела, лоскуты кожи, свисающие до самого пола, и даже неестественно вздутые вены — все сходилось. Значило ли это что те агрессоры, и убийцы что придут вскоре, это одни и те же люди? Это оставалось неясным, но очень уж на то намекали обстоятельства.

Вебер обнаружил себя неистово закусывающим иссохшие на ветру губы. Тонкая струйка крови потекла по его подбородку, стекая аккурат к лежащим в нескольких сантиметрах от него часам. Предсказатель нетерпеливо слизал покидающую тело жидкость, накрыв верхними губами нижние в попытке остановить кровотечение. Рот наполнился неприятным металлическим вкусом, что лишь усилил уже как десять минут терзавшую Верго жажду. Мужчина не мог позволить себе потянутся за покоившейся на поясе флягой, слишком уж была велика вероятность того, что его маскировка будет испорчена. Предсказателю оставалось лишь утешать свой разум обещаниями своему же организму опорожнить в себя содержимое желанного сосуда, когда все закончится. Жаль, но обещать подобное касательно пищи он не мог, так как перспектива утоления голода была туманной как никогда. Потерявшись в приготовлениях, поужинать наемники так и не успели.

Негромкий шелест опавших хвойных иголок оповестил ловчих о прибытии гостей, вынуждая их молится чтобы внезапно возникший звук урчащего желудка не выдал подготовленную засаду.

К обсерватории приближалась группа из четырех человек. Идущий во главе обладатель скрывающей лицо маски осторожно оглядывался, предположительно выискивая оставленных на улице сторожевых. Бредущая за ним троица также имела свои маски, но прикрывали они только рот и нос. Укутанные в меха из-под которых проглядывал прочный хитиновый панцирь, головорезы ступали беспечно, слепо следуя за своим предводителем. Скорее из любопытства, чем из осторожности они вертели головами, разглядывая неприметные руины. У каждого громилы на поясе покоилось по клинку, который они даже не соизволили высвободить из плена импровизированных кожаных ножен. Не было похоже, чтобы убийцы кого-то здесь опасались.

Верго затаил дыхание, терпеливо наблюдая за беспечными гостями. Ему показалось что с их пришествием утих сам подлесок. Умолкли птицы, перестали потрескивать многолетние ели, и даже ветер прекратил трепать засохшие древесные ветви. Гибельная тишина сгустилась у старой, всеми покинутой обсерватории.

Самонадеянно, совершенно беспечно ступили головорезы на порог обветшалого здания, безо всякого интереса пройдя сквозь настежь открытые ржавые двери.