Попрыгун - Георгий Ланской

– Что происходит? – испугалась Соня.

– Что-то происходит! – вскипел Борегар. – давайте бегом к башне! Порталы, порталы!

Кристиан махнул рукой, и мы увидели колыхнувшийся круг открытого портала, в котором, сквозь пузырящуюся дымку, отчетливо виднелась башня, кренившаяся на бок. Нам не составило труда увидеть ту же картинку, после чего мы как пловцы в воду нырнули в портал, рухнув на живот с другой стороны. Земля ответила странным шелестом, скрипом и тонким писком. Упавшая Соня подскочила с нервным воплем и стала отчаянно стряхивать с себя что-то черное и маленькое, облепившее ее с головы до ног. Я опустил глаза и взвился вверх.

Вся земля была покрыта толстым слоем отвратительных, лоснящихся черным лаком хитиновых крыльев, жуков. Армада насекомых надвигалась к башенке, споро перебирая своими лапками, издающими странный скрежет и скрип. Рядом подпрыгнул Кристиан, разразился проклятиями Борегар. Жуки упорно надвигались на башенку, не обращая на нас никакого внимания. Колючие лапки царапали мои щеки, какое-то особо отчаянное насекомое впилось клешнями в палец, но в целом жуки не проявляли агрессивности, настойчиво пробираясь к одной им видимой цели.

Соня с визгом колотила себя по голове и одежде, сбивая жуков. Я бросился к ней на помощь. Кристиан и Борегар с остервенением давили жуков ногами. Хруст от ломающихся панцирей стоял такой, словно кто-то рассыпал пригоршню чипсов и запустил пробежаться по ним целую армию.

– Пожалуйста, снимите их с меня! – вопила Соня.

– Башня! – вторил ей Кристиан. – Они ползут в башню!

Со стороны все выглядело настоящим безумием. Четыре человека приплясывали вокруг башни в скверной пародии на ирландский рил, периодически колотя друг друга по разным частям тела. Это могло бы показаться забавным, если бы сторонний наблюдатель не обратил бы внимание на то, что покрытие под ногами скверных танцоров шевелится и течет к кривой башенке нефтяным потоком, распадающимся на отдельные островки и капли, а небо, заменяющее занавес спускается все ниже, клубящимся смерчем.

Ветер усиливался, швыряя нас на землю, в жуткие клубки суетящихся насекомых. Мы падали, снова отряхивая друг друга от жуков. Соня была близка к истерике. Кристиан, первым добравшийся до дверей башенки, рванул их на себя, но дощатые створки лишь скрипнули в ответ. Яркая молния расколола небо на две части, ударив прямо в крышу башни. Борегара снова сбил с ног ветер. Жуки уже не ползали по земле. Ветер подхватил их с земли и закружил в лихом ритме, и теперь вся эта глянцево-черная армада носилась вокруг башни, вовлеченная в водоворот, набиваясь нам в складки одежды и рот. Мы с трудом добрались до башни и стали долбиться в закрытую дверь, отчетливо сознавая, что ураганный ветер скоро поднимет нас вверх, как вырванные у людей зонтики.

На пару мгновений ветер вдруг стих, однако причина этому была объяснена тотчас же. Вокруг нас наливался какой-то светящийся пузырь, в центре которого стоял уставившийся на дверь Кристиан. От его волос снова шел дымок, а между пальцами бегали искристые молнии. Доски двери начали трещать и прогибаться.

– Скорее, – прошелестела Соня, нервно оглянувшись на пролетевшее мимо нас дерево, выдранное с корнем. Я с нарастающей паникой увидел, что теперь шевелиться начинают даже огромные валуны. Мимо что-то пронеслось с отчаянным воплем и исчезло в воздушном водовороте.

– Что это было? – спросил я, пригнувшись от неожиданности.

– Орк! – прокричал Борегар. – Вон они, кружатся…

Орки летели нестройным клином. Ветер нес их, словно громадные создания вообще ничего не весили. Кувыркающиеся фигуры пролетели мимо нас, описав крутую дугу, причем один из них в этом безумном танце успел увидеть нас и даже что-то крикнул, но ветер отнес его слова в сторону. Двери трещали все сильнее, от них полетели мелкие щепки, а медная обшивка стала плавиться, стекая и застывая на дверном полотне.

– Скорее! – истерически выкрикнула Соня. Пузырь, защищавший нас от ветра, лопнул, мощный поток воздуха сорвал с петель двери, и они смятым бумажным змеем внеслись внутрь башни. Ураган ударил по нам всей своей силой, но башня, которая уже начинала качаться и трещать по швам, слегка прикрывала нас от ветра, позволив забраться внутрь. Мы упали на пол, покрытый гнилой соломой, тяжело дыша и с ужасом глядя в проем на разбушевавшуюся стихию.

– Господи, да что же это такое? – пролепетал Борегар. Мы не успели ответить. На улице снова кто-то истошно завопил. В дверной проем влетела железная «кошка», впившаяся острыми крючками в плечо Борегара. Он с воплем отлетел к дверному проему, намертво вцепившись в него правой рукой. Левая, заливаемая кровью, болталась у него как плеть. Мы вскочили с мест и бросились на выручку вопящему Бо. Я и Кристиан вцепились ему в одежду, а Соня, в руке которой прямо из воздуха материализовалась сабля, рубанула по толстой веревке. Борегар упал на землю, воя от боли и в этот же момент в его лодыжку вцепилась чья-то отвратительная когтистая лапа, покрытая мерзкими бородавками. Борегара потащило наружу, но, к счастью, мы не успели отпустить его и, уперевшись ногами в проемы, затормозили его вылет из башни. Удерживать Бо было невероятно тяжело. Сам он нам ничем не помогал, панически извиваясь и стараясь вырвать ногу из хищной лапы, а тот, кто на нем висел, весил, наверное, целую тонну. Кровь из пробитого «кошкой» плеча хлестала ручьем, отчего руки скользили по коже Борегара, не давая возможности держать его как следует, а ураганный ветер вытягивал Бо из башни вместе с нами. Кристиан посинел от натуги, я, наверное, выглядел не лучше. Бледная Соня швыряла в кого-то невидимого нам ножами, но, видимо, из-за ветра никак не могла попасть. Борегар орал и брыкался, а изо рта его шла красная пена.

Окровавленная ладонь Борегара выскользнула из рук Кристиана, и Бо с воплем повис исключительно на мне. От резкого неожиданного рывка я едва не вылетел наружу, сбив Соню с ног. Соня от толчка, потеряла равновесие и повисла в воздухе, вцепившись пальцами в щербатый проем. Запинающийся и спотыкающийся о мусор Кристиан вцепился Соне в руку и с отчаянными воплями стал тащить ее внутрь. Тело Борегара как-то странно извивалось, и когда я с риском для жизни, выглянул на улицу, то увидел, как огромный орк карабкается по его телу, цепляясь за одежду. Соня с трудом влезла в башню и немедленно вцепилась в Борегара, сползающего в кружащуюся бездну. Кристиан высунулся наружу наполовину и протянул руку в сторону ползущего орка. За свистом ветра и всеобщим мельтешением мне были не видны его манипуляции, однако, судя по тому, как потемнели глаза Кристиана и посинели от напряжения губы, орка вряд ли ожидало что-то хорошее.