Дела эльфийские, проблемы некромантские - Ольга Шермер

Точно расписываясь под окончательным приговором о моем полном бессилии, я достала коробок спичек и подожгла одну. Вздохнула, вглядываясь в пламя, и выругалась, ибо тут же сама его задула. Извлекла вторую, подпалила тонкий фитиль и снова задула. Уже целенаправленно. Так я и развлекалась, поджигая и туша свечку, пока за спиной не хлопнула дверь.

Погасить огонь в очередной раз я не успела и, обернувшись, увидела все того же верлена. Он вдохновенно поднял палец вверх, наверняка собираясь изречь что-то глубокомысленное, но безвольно опустил руку и пробормотал:

— Не знаю, зачем я пришел.

И, тоскливо вздохнув, шлепнулся рядом со мной на кровать. В этом весь Лесс. Можно было придумать любой повод, а он не стал. Никаких мной нелюбимых «нам нужно поговорить» или «мы еще не закончили». А он просто не знает зачем, но пришел.

Я зачем-то стащила с него обруч и отложила в сторону. Пепельные волосы рассыпались по плечам, верлен недовольно наморщил нос, а я обхватила его руку и уткнулась лбом в плечо. Лесс, в свою очередь, прижался щекой к моей макушке и улыбнулся.

— Тебе досталось от ректора? — нарушила затянувшуюся тишину я.

— Самую малость, — отмахнулся верлен. — Он больше ворчал, что мы ему дисциплину разлагаем. Хотя, по-моему, он первый начал, когда тебя на работу взял.

Теперь и я не смогла сдержать улыбку. Верлен задумчиво подергал меня за безымянный палец:

— И завтра у тебя лекции. Без всяких отговорок.

— Как скажете, господин Алмор, — потупила взор я, аки невинная девица пред упырем поганым, к сеновалу склоняющим.

Расположение духа особо не улучшилось, но хотя бы желание окончательно сгинуть прошло. Там, куда суждено провалиться некромантке, не будет Лесса. А это уже в самом деле полная безысходность.

Верлен, словно на пару ударов сердца замешкавшись, потрепал меня по волосам, пожелал теплой ночи и ушел. А я опрокинулась на кровать, траурно сложила руки на груди и заснула с мыслью, что, пожелай Лесс остаться — я бы не стала возражать.

— Самостоятельная?! — охнул шестой курс с Ли Д’арком во главе. Оборотень охнул как-то проникновеннее и трагичнее остальных. Отчего тут же пошел раздавать листки по классу.

— Но это же нечестно, — буркнул Тирис ровно в момент, когда в аудитории повисла тишина. Парень покраснел так, что веснушки на его лице стали незаметны, и сполз под парту.

— Не переживайте, в общую ведомость оценки не пойдут, — усмехнулась я, окинув взглядом опустевшее место за столом. — Можно сказать, что это мне для общего образования. Почитаю, проанализирую, каким темам стоит уделять внимание, какие можно обойти, а какие и вовсе не затрагивать.

— Госпожа Дарк. — Оборотень взлетел на стул и уселся на его спинку. Я, хмыкнув, кивнула:

— У вас вопросы?

— Скорее претензии. Здесь сто пятьдесят восемь вопросов. А вот у меня, может, все оборотни в семье по мужской линии умирали в возрасте ста пятидесяти восьми лет. Да я же без слез на эту цифру смотреть не могу. Сразу о смерти своей скорой думаю. И вот как мне теперь отвечать?

Я еле удержалась, чтобы не захохотать. А потом, взяв перо, подошла к парню и быстрым движением исправила восьмерку на девятку.

— А если они в сто пятьдесят девять лет умирали?!

— Ли, если вы не дадите группе сосредоточиться, я буду вынуждена поставить вам девять баллов, — пригрозила я.

Видимо, оборотень понимал, что в отличие от прочих, строгих и разумных преподавателей, у меня хватит дурости поставить несуществующую отметку в ведомость. Поэтому фыркнул, сдул с глаз отросшую челку и шлепнулся на место.

Демоница любезно отвесила соседу по парте подзатыльник:

— Я из-за тебя ответила неправильно!

Ли показал ей язык и щелкнул по носу. На том баталия, к счастью, прекратилась, и они погрузились в свои списки вопросов.

Спустя веску я отправила оборотня собирать работы.

— Если что — моя та, где все правильно. И если даже там не моя фамилия будет стоять, то это все равно я, — сообщил он, за что я тут же легко стукнула его свернутой стопкой бумаг по плечу. Тот, рассмеявшись, подмигнул мне, после чего забросил Поллиэ себе на спину, как рюкзак, и вышел в коридор.

Покачав головой, я засобиралась на обед, с некой гордостью отметив, что ученики не заподозрили, что у них теперь преподает пародия на мага. Осталось только продержаться так до возвращения сил. Если не уволят раньше.

Когда в Академию приняли Поллиэ и когда мы узнали, что она демон, я была уже готова ко всему. Думала, что ко всему. Но что мне придется выбивать у ректора разрешение пойти с девочкой на воскресную ярмарку, а после — две вески выбирать подарок для Тима… Увольте. Но объяснить Полли, почему я не хочу этого делать, было куда сложнее, поэтому в солнечный полдень мы уже изучали прилавки с цветастой мелочовкой.

— А кто для тебя Тим? — внезапно спросила я, любуясь на падающий внутри небольшого стеклянного шарика снег. Поллиарина на несколько мгновений засмотрелась на сувенир у меня в руках, а после тряхнула головой и деловито протопала до следующей лавки:

— Друг. Самый-самый. Ой, смотри! Как красиво-о-о! — сунула она мне под нос пергамент длиной в три добрых локтя. На нем прозрачными объемными пейзажами развернулись миниатюрные достопримечательности Эскалиола. А едва на фигурки попал солнечный свет — как они заиграли красками. Неплохая подработка для начинающих магов эти сувениры. — Ого-о, — завороженно протянула девочка. — А как это? А я так смогу?

Я не успела ответить, как в мою сторону понеслось огромное разрисованное яйцо, сжатое сразу двумя девичьими ручками:

— Смотри-и-и! А так я сумею?

— Мне кажется, тут нет магии, — повертела яйцо я. Даже если и была, я все равно не чувствовала. — Ловкость пальцев и никакого волшебства.

— Ну приду-умай, что взять Тиму, — жалобно прохныкала Полли, взгромождая яйцо обратно на подставку.

— Откуда же мне узнать, что ему приглянуться может. Вдруг он вишневые настойки коллекционирует, а я со своими яйцами разноцветными полезу.

И слегка стушевалась, оценив двоякость фразы.

— Может, вам это понравится?

И нам снова протянули шарик со снегом. Я скривилась: скучно же. Торговец, видимо, уловив это, пояснил:

— Снег в нем идет только летом. Осенью там деревья словно расцветают. Зимой солнце светит. Вроде взглянул — и теплее на душе становится. А как весна, так тучи налетают и молнии бьют…

Глазки у Полли загорелись, а ручка нырнула в карман за монетками. Мысленно я возликовала, предчувствуя, что мои мучения вот-вот кончатся и мы вернемся в Академию, но Поллиэ так просто не сдавалась: ярмарка — это не только торговые лавки, но и карусели, зверюшки, показывающие фокусы, беззаботные менестрели, соревнующиеся в силе деревенские мужички, девушки, завораживающе играющие на флейтах…