Цена бессмертия - Анн Фрост

— Смотри-ка, еще не разучился, — довольно потер руки Леон, — а то, поди, за три сотни лет и как мать нарекла, позабудешь…

Свет оказался таким живым и ярким, что Дарку даже стало казаться, будто стало немного теплее. Этот лес — тихий, мрачный и сырой, как могила…

— Тут как в склепе, — темный маг плотнее закутался в плащ, поднял высокий воротник.

— Пожалуй, — согласился Леон, — а послушал бы твои речи какой-нибудь невежественный деревенщина и подивился бы…

— А то, — кивнул Дарк, — мы, темные, у них всегда хуже живых мертвяков считаемся. Послушать такие россказни, я должен в некрополе жить, на ложе из костей почивать да непорочными девицами ужинать… погоди-ка… — Дарк, шедший чуть впереди, неожиданно остановился, вглядываясь куда-то в сторону, — что это еще такое?

Действительно, поодаль, где деревья росли чуть реже, и куда не достигал уже яркий магический свет, высилась странная груда. Стоило подойти ближе, как все стало ясно — перед товарищами высилось жуткое нагромождение беспорядочно наваленных, исковерканных тел. Нежить! Тут была отчаянная битва живых и мертвых. Дарк обошел место сражения кругом, равнодушно вдыхая жуткий смрад на глазах разлагающихся трупов. Казалось, тлен мстил вырвавшимся на время из его власти, телам, торопливо пожирая бренную плоть. Навал павшей нежити, высотой в целый рост, смыкался вокруг гигантского, в три обхвата, дуба. Это же глухое окружение, из такого невозможно вырваться! Значит… На мгновение Дарку стало страшно. Кого похоронила под собой эта омерзительная груда?

На плечо легла тяжелая рука Леона. Он вовремя остановил собравшегося уже разбрасывать груду мертвечины, Дарка. Некромант в волнении начисто позабыл, что он — маг, и готов был вручную оттаскивать трупы.

Леон совершил несколько быстрых пассов, от которых мертвая гора сначала просто содрогнулась, а затем заклинание и вовсе разметало трупы, как ветер — осенние листья. Леон поспешно направился к дереву — несомненно, сражавшихся нужно искать там. Он, старый маг и бывалый воин, боялся представить, что сделала с несчастными беснующаяся толпа нежити. Вот и могучий дуб. И что же? Взглядам товарищей открылось беспомощно прислонившееся к шершавому стволу, тело. Юноша сидел прямо на земле, крепко сжимая в обоих руках тонкие сабли. Жив ли, мертв — не разобрать: одежда изорвана, лицо и руки в запекшейся крови, голова безвольно повисла набок.

— Это не Рэй! — вырвалось одновременно у обоих. Друзья переглянулись.

— Я даже не уверен, жив ли парнишка, но надо попытаться помочь, — начал Леон.

— Это я беру на себя, — уверил его некромант, и, не теряя времени, склонился над безжизненным телом.

А что Леон? Он волновался не меньше товарища, но, к несчастью, помочь ничем не мог. Поэтому то ему не оставалось ничего другого, как остановиться чуть поодаль, чтобы не мешать. Когда чья-то душа висит на волоске, лучше доверить ее в руки магистра жизни и смерти. Он лишь удивленно покачивал головой, улавливая отрывки мощного заклятья. И, если физические раны Дарк врачевал энергией Тьмы, в изобилии разлитой повсюду, преобразуя силу разрушения в созидающую, то удержать ускользающий дух можно лишь поделившись своей жизненной силой.

Магическим зрением Леон видел эманации боли, колыхнувшиеся подле Дарка, подобно клубящемуся кровавому дыму, видел он и пламенеющие «стежки», налагаемые уверенной рукой некроманта на брешь, сквозь которую рвалась прочь из тела, жизнь. Смесь удивления и восторга колыхнулась в душе мага, впервые он видел настолько виртуозно исполненное заклятье, возвращающее дух почти с самой границы Сущего, за которой — лишь серое небытие. Леон знал, что боль это заклятье порождает просто невыносимую, но Дарк даже не поморщился — вот она, легендарная сила воли, крепче, чем сталь!

А время шло, и Леон уж стал подумывать о том, как бы помочь другу, но неожиданно все закончилось. Дарк медленно поднялся с колен, отер дрожащей рукой холодный пот со лба, и в изнеможении прислонился к шершавому стволу дерева. Леон поспешно протянул другу фляжку, которую всегда заботливо носил у пояса.

— Что это?! — Дарк, сделал большой глоток, и, кажется, только теперь испытал настоящий шок. По крайней мере глаза темного мага значительно округлились.

— Старая добрая перцовка, — Леон засмеялся, похлопав по спине закашлявшегося с непривычки, друга, — только в том мире такое готовят. Знатный рецептик — можно задорого гномам продать. Они охочи до «пламенных» напитков.

— То гномы, — откашлявшись, Дарк утер слезу, — а то я. Хотя и впрямь, полегчало. Смотри-ка, и руки уже не дрожат…

— А то ж! Сейчас малец очнется, и его угощу.

— Не убей юношу. Я столько старался, — чувство юмора начало возвращаться к Дарку вместе с силами. Приятное тепло разлилось по телу, отступила боль.

Парнишка пришел в себя лишь к рассвету. Открыв глаза и удивленно осмотревшись, он сразу же сел и принялся недоверчиво себя ощупывать. Руки-ноги на месте, голова цела, даже боли нет. Чудеса! А как же мертвяки? И… кто эти двое незнакомых мужей у костра, в сторонке?

— Очнулся! — донесся до него донельзя довольный бас, принадлежавший, как оказалось, крепкого телосложения воину в странной шляпе.

— Ну, с возвращением! — не менее дружелюбно прозвучало приветствие от направившегося в сторону Шангри высокого мага в черном.

Юноша поднялся на ноги и теперь с интересом рассматривал незнакомцев, несомненно спасших ему жизнь.

— Как себя чувствуешь? — поинтересовался темный маг, критически осмотрев парнишку с головы до ног.

Что сказать? Шангри чувствовал себя отлично, словно после доброго отдыха. Безумная битва с нежитью казалась теперь просто кошмарным сном.

— Спасибо, хорошо, — ответил он, не в силах оторвать восторженный взор от посоха стоявшего перед ним, мага.

Изящный, но прочный, кованый посох венчало навершие в виде черепа, высеченного из зеленоватого нефрита. В глазницах его таинственно поблескивали крупные изумруды. Вот это да! Но, прежде чем узнать, кто перед ним, надлежит самому назваться.

— Я — Шангри, — юноша немного подумал, — и я перед вами в огромном долгу. Не жить мне, коли бы вы вовремя не подоспели.

— Никаких долгов, — серьезно заявил маг, — любой на нашем месте поступил бы также. Теперь позволь представиться — я Дарк.

— Магистр кафедры Тьмы Высшего магического университета?! — Шангри едва не подпрыгнул от удивления. Наверное, он не поразился бы так, явись перед ним сам Единый в божественном великолепии.

— Да, — озадаченно кивнул Дарк. Неужто он так знаменит, что его узнают в столь отдаленных мирах?