Аннотация - Юлия Панченко

Поставил меня на ноги, запер за собой дверь на толстый засов и обернулся.

Я оглянулась, обшарила глазами комнату, но выход был только один - за спиной орка.

В сарае было пусто и пыльно. Под потолком тускло горела лампочка и света давала мало - углы не освещались. Я попятилась. Страха почему-то не было. Запаздывал, родимый. Ощущалась легкая досада и волнение за эльфа - останется ли цел?

- Тебе чего надо? - упростила язык, чтоб орку было понятней.

- А-то не знаешь! - пакостно так ухмыльнулся, продолжая наступать.

- Да на кой я тебе сдалась! - даже руками всплеснула. Ну почему мне в жизни только придурки попадаются и ни одного вменяемого существа?

- Красивая, - пожал плечами орк.

- Комплимент? - делая еще шажок назад, спросила я.

- Ага, к ухаживаниям перешел. Заметила? - он сделал шаг куда больший нежели я.

- Оценила, - кивнула, а потом уперлась спиной в стену сарая.

- Снимай штанишки тогда, - он картинно потер руки.

- Хочешь, денег дам, только отпусти, не прикасаясь.

Орк на миг остановился, а потом спросил:

- С собой?

Я кивнула, а он продолжил:

- Тогда и так заберу.

Мысленно выругавшись, я вытянула руки и отчаянно попросила.

- Стой. Да остановись ты, болван упертый!

Орк послушно замер.

- Что хочешь кроме денег?

- Секса, - честно ответил он и подошел вплотную ко мне.

- Что за удовольствие баб насиловать? - поинтересовалась, глядя на него снизу вверх.

- До чего языкастая попалась, жуть просто.

Он наклонился, провел носом вдоль шеи, втянул воздух, а у меня волосы на затылке дыбом стали.

Неужели придется еще раз пережить такое дерьмо?

От орка терпко пахло кожей - одет был в кожаную куртку и такие же штаны.

Волосы короткие, темные. Глаза черные, а зрачок светлый.

- Ты вменяемый? Давай договариваться, - вспомнилось вычитанная в какой-то книге фразочка, что сила женщин - в слабости. Я опустила глаза и тяжело вздохнула.

- А давай. Что предложишь такого, что сам взять не смогу? - он отошел на шаг, окинул меня взглядом и склонил голову набок.

- Хорошее отношение. Дружбу, - это на самом деле было единственное, чем я располагала и чего орк силой взять никак не мог.

На мои слова он закинул голову и рассмеялся. Громко, от души.

- Ну сказала. На кой ты мне сдалась? Вот разок попользовать - в самый раз.

- Ты ж меня совсем не знаешь! Вдруг понадоблюсь?

Ситуация была абсурдной. Я - в темном сарае, запертая наедине с возбужденным орком, предлагаю ему дружбу, если не тронет. Признаться, сделка была так себе. Лично я бы на его месте ни за что не согласилась.

Орк, продолжая отсмеиваться, покачал головой.

- Чудная ты. Другая бы визжала, а ты торгуешься.

Я пожала плечами. Знал бы, через что мне пришлось пройти - понял бы.

- А знаешь что, договорились. Только еще условие. Один поцелуй. Если после него захочешь уйти - отпущу.

Отлепилась от стены, не веря ушам. Это происходит на самом деле? Конечно я захочу, никаких сомнений.

- Согласна.

Орк приблизился мгновенно - шаг, и он рядом, припирает к стене. Горячие, тяжелые руки на талии, сжимают до боли. Прижался всем телом, навалился, а я задрала голову. Орк наклонился, поцеловал сначала едва касаясь, пробуя, а потом губы его стали жесткими, язык проник в мой рот. От его тела шло тепло и мне стало жарко. Шевельнулась и коснулась его языка своим. Он хмыкнул, прижался теснее, а я вдруг почувствовала привкус. Он был не определенным - не сладким, не горьким. Язык орка был особенным. Вкусным. Мне захотелось целоваться долго и медленно - не торопясь. Пробовать и пробовать - только бы этот вкус поселился у меня во рту.

Я услышала стон со стороны - свой собственный. Уже не стесняясь, схватила его за лацканы куртки, подалась вперед, наши языки сплелись, поцелуй переходил в жаркий.

Когда мой язык оказался у него во рту, я напоролась на клык. Он был острым - вмиг оцарапал и кровь потекла орку в горло. Еще миг мы целовались. А потом орк резко отпрянул и стал отплевываться.

- Совсем спятила? - заорал он, а я затрясла головой - стараясь понять, что случилось.

Вкус испарился, словно его и не было. Голова стала ясной, и сейчас не понятно было - что же такого у него во рту, что мне не хотелось отрываться.

- Что случилось?

Орк продолжал плеваться, кожа из голубоватой, стала ярко-синей.

- Ты, дура чертова!

- Да что такое? - подошла к нему поближе.

- Какого долбанного хрена полезла ко мне в рот?

- А нельзя было? - признаться, я опешила. Сегодня определенно всемирный день сюрреализма.

- Ты что сделала? Ты меня отравила! - он схватился за горло, а я отчетливо увидела на его коже мелкие темные символы - они полыхнули и стали пропадать.

А потом такое случилось и со мной. Кожа на ладонях зачесалась, зажглась непонятная надпись и исчезла.

- Это что такое было? - разглядывая уже чистые ладони, спросила я.

Орк схватился за голову и побледнел. Синева схлынула мгновенно и он стал похож на лист бумаги.

- Ты! Ты меня прокляла!

Я не понимала в чем дело. Зато очень быстро вспомнила, что неплохо бы отсюда убираться.

- Не знаю о чем ты говоришь, но я пошла. Уговор есть уговор.

И отправилась к двери. Балка была тяжелая, но мне удалось ее снять.

На улице было темно. Фонари не горели, и я понятия не имела в какую сторону мне нужно идти.

Орк вышел вслед за мной и смотрел с ужасом. Я решила не торопиться. Раз уж только он может меня провести к корчме, неплохо бы подружиться.

Села в траву и попросила:

- Расскажи, что я не так сделала? Мы просто это исправим.

Орк отступил от меня, словно попятился.

- Я попробовал человеческую кровь. Это значит, что я проклят.

Сказать, что я удивилась, ничего не сказать.

- Зная, что любая девчонка может порезаться об твои клыки и как следствие - сделать тебе плохо, ты так настойчиво лезешь целоваться?

Орк застонал.

- Ты из какой дыры вылезла? Девки ни за что не суют нам в рот свои языки!

- Да как целоваться тогда? - ну ведь бред же.

- Обычно! - снова заорал орк. - Целуем мы, если хочется, а бабы млеют - не шевелятся, не дрыкаются, не суют ничего своего куда не надо. Потому что все знают - дернешься - умрешь. А ты - как с луны свалилась. Орку в пасть язык сунула - кому скажешь, не поверят!

- Глупо и не логично. Сам виноват. Нечего было лезть.

Орк согласно опустил голову. Протрезвел, стал хмурым. Бледность с лица пропадать не желала.

- Так что за проклятие-то?

- Руны видела? - я кивнула. - Они теперь видимы для всей моей расы. И если они горят, значит я нарушил договор и навредил живому существу. Наказание - публичная порка. Позор, - и он снова схватился за голову.