И ниёр вурту (Я найду тебя) - Valery Frost

Так стоп! Не он один там развлекался! Кильвар тоже не отставал! Воин-лицемер!

Предатель! Иуда! Там он этими руками книгу держал, а сейчас меня растирает?!

Я заерзала, замычала, попыталась выразить протест…

— Не надо, я тебя держу, — прошептал на ухо воин.

Он, оказывается, не просто забрался ко мне под одеяло. Он сидел, прислонившись спиной к стене, держал меня почти на руках, обнимал так, что я своим укутанным в простыню телом, почти полностью возлежала на его животе и груди. И еще руки кольцом держали.

Сопротивляться, действительно, было бесполезно. У меня не было ни сил, ни навыков борьбы с захватчиками. Коварные планы по мщению за недостойное поведение лопались, как мыльные пузыри, не выдерживая критику, и постепенно укачали меня, не хуже лекций по высшей математике в гуманитарном лицее.

Проснулась я неожиданно. Почти замерзшее вчера на снегу тело вдруг обнаружило дефекты матраса. Бугры и впадины, абсолютно не присущие ортопедическим изделиям, мешали устроиться поудобнее.

— Дай еще поспать, — попросила подстилка, наталкивая меня на мысль, не все так просто в королевстве Датском.

Мозг быстренько подсунул картинку эротического содержания, основываясь на моих собственных ощущениях в районе копчика. Я фыркнула и отогнала сон, широко распахнув глаза.

— Вот и спи себе дальше. А мне пора! — я откинула одеяло, но запутавшись в длинной простыне, задержалась на секунду.

Этого мгновенья Кильвару было достаточно, чтобы схватить меня за мое нехитрое одеяние, и дернуть назад. В долю секунды я оказалась на кровати, прижатой мужским телом. Воин, крепко сжимая меня руками, и закинув свою ногу мне на бедро, уткнулся носом в волосы. Затем провел губами по кончику уха, спустился к подбородку, заскользил по шее.

Меня пробрал озноб. Тело реагировало не так, как желал того разум. Я закрыла глаза, прислушиваясь к учащенному сердцебиению. Рука воина прогулялась по плечу, груди, спустилась к животу, нащупала округлость ягодицы. Не сдержав порыва, Кильвар с силой сжал меня в объятиях. Поцелуи потеряли свою целомудренность. Руки — стыдливость.

Я запустила пальцы в длинные светлые волосы, заставила спустившегося с моей груди воина поднять голову. Горящий огнем взгляд обжег сознание. Вмиг забылись все обиды.

Тело требовало продолжения.

Не жалея Кильвара, я с силой потянула его к себе. Заставила сесть и в долю секунды забралась к нему на колени. Наши губы сомкнулись.

— Стой! — Кильвар оторвал меня от себя.

Моему возмущению не было предела. Я снова потянулась к мужчине, но он отпрянул, снова не дал к себе дотронуться.

— Почему стоять? — я разозлилась на столько, что совершено забыла о сползшей с груди простыне.

Зато воин не забыл — аккуратно поправил ткань, прикрывая мою наготу.

— Мы не можем сейчас поддаваться слабости, — выдал Кильвар, поворачивая голову к двери. — Это не наш дом. Да и ты еще слаба.

Я слаба? Это я-то слаба?!

— Ты вчера чуть не замерзла. И сегодня просто не можешь…

— Дурак! — выпалила я, вдруг вспомнив все обиды. — Сил у меня теперь хоть отбавляй!

Спасибо этой странной хозяйке «не нашего» дома!

Я выбралась из постели, прошагала к приготовленной явно для меня одежде в одной простыне. Но на полпути замерла, притворилась, что запуталась ногой в ткани, а затем, громко выругавшись, бросила простыню на пол. Пускай валяется, а я продемонстрирую то, от чего отказывается воин!

Прием сработал — белобрысый сдавленно охнул. И отвернулся! Вот гад!

Шелестела ткань, звенела сбруя. Я одевалась быстро, но воин оказался проворнее.

— Не обижайся, прошу тебя, — внезапно прозвучало над ухом.

Кильвар, облачившись в доспехи, остался мягким и ласковым. Подошел со спины, помог разобраться с завязками на платье, затем прижал к себе и снова зарылся в волосы за ухом.

— Я же о тебе беспокоюсь…

Он наверняка, никогда не слышал выражение «неудовлетворенная женщина опаснее пантеры».

— Мы вернемся в город, и я обещаю, исполню любое твое желание, — шептал мне на ушко соблазнитель.

Я смахнула его руки с плеч, одернула безразмерное платье, и зашагала прочь.

— Вирай, ты что, обиделась?

— Нет, я за топором пошла! — ласково огрызнулась я и плюхнулась на кровать.

Странно, но почему-то обувь оставили именно возле постели, подальше от одежды.

Кильвар грустно посмотрел на меня, затем все же подошел, присел на корточки, принялся помогать надевать сапоги, преданно заглядывая в лицо.

— Ты поправишься, и мы устроим вечер при свечах. Я сделаю тебе настоящий массаж… Ведь ты любишь массаж?

Я обиженно надула губы, пожала плечами и отвернулась.

— Не хочу ничего, — буркнула я и потерла ухо. Орган слуха оказался на месте. А я ведь думала — остался там, на льду.

— Вирай, послушай, — со вздохом произнес Кильвар и поднялся, беря меня за руку, — ты не думай, что ханжа или трус…

— Вот еще, — хмыкнула я, вспоминая сценку в Ви-Ай-Пи ложе, — ханжа бы не стал там под столом… такое… эх!

Я отмахнулась, забрала руку, и снова направилась к двери. Кильвар бросился за мной.

Первым протянул руку к меховой накидке и услужливо предложил помочь.

Вот, блин! Я-то дуреха, думала, он подбежит, перекроет путь к отступлению, прижмет к двери и поцелует так, что волосы дыбом встанут…

Рассмеявшись над собой, я натянула шапку и шагнула в вежливо открытую дверь.

— Ну, вот и славно! — донеслось с улицы, заставляя вздрогнуть. — Нелегко тебя было отыскать!

Я вскинула голову: прямо на меня пер разгневанный и протрезвевший Микарт. За его спиной маячили стражи. В одной фигуре, что пыталась объяснить непонятливому головорезу, что хочет пройти во двор и занести в дом дрова, я заподозрила хозяйку гостеприимного дома.

Тем временем Темный добрался до меня. Я же предусмотрительно закрыла за собой дверь в дом, чтобы тепло не выходило. Кильвар стоял справа от меня, держа руки на поясе. Знакомые уже оттенки серого и голубого маячили на периферии зрения.

— Ты что наделал, гаденыш?! — заорал Микарт, хватая белокурого воина за ворот.

С несколько приемов Кильвар освободился из захвата, ловко перепрыгнул через брата и оказался за его спиной.

— Микарт, остынь! — крикнул воин, и как обычно, добился прямо противоположного эффекта.

Темный в развороте выбросил руку, обдавая Кильвара дождем из ледяных игл. Однако, видимо воину не впервой отражать подобные атаки, потому как он успел извернуться и невидимым глазу движением вновь материализоваться за спиной брата. Вот это сноровка!

— Микарт!