В доме Охотника - Светлана Гольшанская

Несколько молний одновременно поразили тянувшихся к Герде Ловцов. Испепелили. Ветер стих. Тучи растворились в небе, и из-за них выглянули багряные лучи заходящего солнца. Герда приподнялась. Неужели она дожила до заката? На фоне сумеречного неба появилась еще одна последняя фигура, но в ней уже не чувствовалось опасности. Герда шагнула навстречу. Перед ней стояла стройная молодая девушка с едва доходящими до плеч светлыми волосами и выразительными серыми глазами. Ее горделивая осанка и спокойный уверенный взгляд были достойны герцогини. Нет, даже королевы.

— Лайсве? — тихо спросила Герда. Она была похожа на девушку с картины в Будескайске.

Та снисходительно улыбнулась и покачала головой.

— Тогда кто? — заволновалась Герда. Она же выдержала до заката. Какое еще испытание придумала дурацкая гора?

— Ты, — также спокойно улыбаясь, ответила девушка.

— Как такое может быть? — не поняла Герда.

— Легко. Это особое место. Здесь ты встретилась со своим будущим и прошлым. Я — твое настоящее. Вглядись в мое лицо. Неужели ты не узнаешь себя?

Герда присмотрелась внимательно. Действительно, похожа, только расслабленная, степенная и уверенная во всех своих движениях. Совсем взрослая. Такая, какой ее изображал Николас на портрете.

— Узнала? — ее улыбка стала шире. Герда кивнула, и девушка летящей походкой вступила в круг. — Вот и хорошо. У нас мало времени.

— Ты хочешь мне что-то сказать?

— Хочу попрощаться. С тобой. Со своим детством. Ты останешься здесь с детскими страхами и неуверенностью, а я вернусь в Упсалу к Николасу. Я люблю его. Любила с нашей первой встречи. Я искала его всю жизнь и теперь, когда, наконец, нашла, я не позволю ему плыть неведомо куда одному. Я отправлюсь с ним на Авалор. И надеюсь, это будет не последнее наше путешествие.

Герда-ребенок заплакала:

— Как же я? Я тоже люблю его. Я останусь тут совсем одна?

— Нет, — Герда-взрослая ласково потрепала ее по голове. — Ты отправишься в страну грез и воспоминаний. Будешь жить среди детских забав и сказочных героев. Иногда я буду навещать тебя там. А теперь прощай. Мне надо успеть на корабль. Времени почти не осталась.

Она кивнула на догорающий закат, чмокнула Герду-ребенка в щеку и побежала обратно. Дорога назад оказалась не в пример легче пути наверх. Должно быть, в прошлый раз Герда случайно свернула с тропы, поэтому пришлось карабкаться по отвесному склону. Теперь же натоптанная стезя быстро вывела к мостику, на противоположной стороне которого ждала верная Яшка. Без труда преодолев его, Герда бросилась седлать кобылу. К утру нужно было доскакать до порта, чтобы не пропустить корабль. Когда все было готово, Герда взобралась на спину лошади и направилась к подножью. В потемках на усыпанной мелким щебнем крутой тропе гнать не стоило, но как только копыта Яшки коснулись ровной земли, они помчались галопом. Наперегонки с рассветом.

Несмотря на то, что Герда выжимала из лошади все силы, нагнать упущенное время не удавалось. Рассвет застал их, когда до города оставалось не меньше двух часов пути. Кобыле требовалась передышка. Да и ей тоже. Герда спешилась и повела лошадь в поводу. Так они добрались до самой Упсалы. Лишь когда показались крыши первых домов, Герда запрыгнула обратно. Она не знала, отбыл ли уже корабль Николаса или нет, но решила до последнего не терять надежды. На всем скаку они неслись в порт.

Все домочадцы Охотника собрались на причале возле большого корабля с выведенной золотистыми буквами надписью «Мейдоголда» на боку. Николя нехотя прощался с ставшими за это время родными друзьями. Он знал, что вернется не больше, чем через месяц, но все равно казалось, что он расстается с гостеприимной Упсалой навсегда.

— Переживаешь, что Герда не пришла? — поинтересовался Финист, заметив, что Николя никак не мог оторвать взгляд от выхода из порта.

— Немного. Надеялся, что даже если она не согласится плыть со мной, то хотя бы попрощается, — пожал плечами он, заставив себя отвернуться. — Наверное, я слишком на нее давил.

— Не больше, чем я, — горько усмехнулся Финист. — И все-таки странно, что она не пришла. Может, что-то случилось?

— Эйтайни сказала, что с ней все в порядке. Я должен дать ей время, чтобы она нашла себя. Жаль, что как раз времени у меня не осталось, — признался Николя с сожалением.

— Если она к вечеру не вернется, я пойду ее искать, — упрямо сказал оборотень.

— Да, наверное, это будет правильно, — безучастно согласился Николя и в последний раз посмотрел на пустующий выход из порта.

— Эй, на суше! Прощайся быстрее, нам давно пора отчаливать! — прикрикнул показавшийся на корме Сайлус в треугольной капитанской шляпе.

— Прощайте! — помахала рукой Майли.

— Пусть дорога будет легкой! — присоединился к ней Вожык.

— И возвращайтесь побыстрее, — веско добавил Эглаборг, у которого с утра глаза были на мокром месте. — Нечего вам в этом крысятнике задерживаться!

— Постараюсь, — кивнул Николя и помахал им в ответ. — Хорошо оставаться!

— Ну что, пора и нам прощаться, — Охотник протянул руку Финисту, который стоял рядом с ним у трапа. Оборотень задумчиво глянул на раскрытую ладонь, на которой хорошо был заметен белый рубец. Финист крепко обнял Николя за плечи и похлопал по спине. По-братски. Сердце стиснуло дурное предчувствие, но Николя стряхнул его. Улыбнулся и кивнул.

— Ты давай там, не лезь на рожон, — бросил на прощание оборотень. — И за Герду не переживай. Она будет ждать здесь, когда ты вернешься.

— Спасибо и… — с трудом выдавил из себя Николя. — Прости…

— Да ну, все забыто, — легко отмахнулся Финист. — Ты это… заходи в гости, если будешь в Дюарле.

— Конечно, — кивнул Охотник, смутно ощущая, что если они и встретятся вновь, то очень нескоро.

— Да быстрее вы, что как бабы нюни развесили?! — возмутился с кормы Сайлус. — Сейчас пропустим прилив, сядем на мель и вообще никуда не поплывем.

Николя, тяжело вздохнув, поднялся по трапу на палубу. И смотрел уже в сторону родного острова. Корабль отдавал швартовы. Не случилось. Видно, и вправду не судьба. Может, к лучшему.

По брусчатке загромыхали кованые копыта. Николя обернулся. К отходящему кораблю быстрым галопом неслась знакомая гнедая кобыла.

— Стойте! — крикнул Охотник морякам. Те удивленно переглянулись и посмотрели на своего капитана. Между бровей Сайлуса залегла тревожная морщинка.

— Что она творит?! — испуганно выкрикнул он, когда кобыла оттолкнулась от края причала, разбив его в щепки, и взмыла в воздух.

— Не долетит, — ахнул кто-то из матросов.