Аннотация - Юлия Панченко

На правой руке Рейярда, у основания ладони - на запястье остался посмертный след чужой хватки. Отпечатались даже пальцы.

Точно такой же след только на днях сошел с моей руки. И я знала единственного человека с такой цепкой хваткой. Он мог ломать людям кости чуть не рассчитав силы. Потому что магическая энергия переполняла его. Он мог превращаться в любого зверя и свободно гулять по мирам. Мог телепортироваться в любой уголок планеты за считанные секунды. С легкостью плел узоры рун любой сложности, мог рушить чужие щиты и барьеры. Как от назойливой мухи отмахивался, отбивая смертоносные заклятья. Он был единственным, кого считали всемогущим. Кого обходили десятой дорогой. Услуги его стоили сумасшедших денег, а его норов отпугивал даже самых зарвавшихся. Он родился около тысячи лет назад. И он по сей день остается молодым.

Я наклонилась к телу Рейярда, провела рукой по спутанным, жестким волосам.

- Прощай, мой друг. Я тебя никогда не забуду.

Накрыла его простынью и, торопясь, вышла из зала.

Слезы высохли. Кровь пропитал адреналин.

Велела запрячь Азура и собрать еды в дорогу. Наскоро переоделась - накинула плащ с глубоким капюшоном и обула высокие сапоги для верховой езды.

Вскочила в седло и погнала во весь опор. Куда - сама не знала. Только бы подальше отсюда.

Глава девятая.

Я была в пути уже несколько часов. Гнала Азура, что было сил. Ветки порой до боли хлестали по лицу, а соленые слезы жгли поврежденную кожу. Но я не обращала на жжение внимания. В голове билась только одна мысль - Мастер убил Рейярда.

Когда лес сгустился до такой степени, что мчать, не разбирая дороги, стало невозможно, я

осадила коня, а после и вовсе спешилась. Еще через некоторое время показалась небольшая поляна. Отпустив Азура пастись, сама устроилась у дерева, прислонившись к нему спиной. Руки мелко дрожали, а спину ломило от долгой езды.

В деталях вспомнилось лицо Мастера, когда Рей обнимал меня там, у конюшен.

Жестокий взгляд. Угрожающая поза. Глаза холодные, на дне зрачков плескалась мрачная решимость. И пустота. Словно он смирился с неизбежным, и заранее себя за это оправдал. Рот кривился в предвкушении чего-то, а руки сжались в кулаки. Тогда я не придала этому никакого значения, а стоило бы.

Я даже не допускала мысли, что все это стечение обстоятельств. Не верила, что смерть друга - случайность. Уверилась, что убил его Мастер. Тогда, глядя на следы от когтей и кровоподтек на руке Рея, меня словно осенило. Такие озарения случались со мной и ранее. И ни разу я не ошибалась. Так какова вероятность, что я не права сейчас?

Помню, как просыпалась во мне магия. Это было похоже на ослепительные вспышки знаний. Стоя у закрытых дверей, я знала что увижу, открыв их. Знала, что ответит мне собеседник еще до того, как он открывал рот. И он говорил слово в слово с моими предположениями. Я знала, кто будет моей соседкой в общежитии. Я ни разу не видела эту девушку до знакомства. Просто на подходе к кампусу увидела в сознании ее лицо. Это сложно толково объяснить. Просто меня осеняло. И я никогда не ошибалась.

Что было плохо, так это то, что я не умела контролировать свои вспышки. Не могла вызвать видение по собственному желанию. Оно просто являлось. Или нет.

Стоя у тела Рея, озарение случилось.

Я увидела, что произошло на самом деле.

Вот, Рей мчится ветром, огибая лес. Лоб его покрыла испарина, губы сжаты в тонкую линию. Он убегает от кого-то. Или чего-то.

Волосы развиваются, хлещут по лицу. Пот уже стекает в глаза, мешает видеть. Рейярд напуган. Нет, он в ужасе. Грудь ходит ходуном, дыхание сбито. Он хочет поскорее пересечь границу и оказаться в родных владениях, но до них еще день пути. Вижу, как отчаяние настигает его, он в панике. В его ушах звучит злорадный смех. От этого звука волосы на теле становятся дыбом, а мурашки ползут по спине. И тут что-то мощно сбивает его с лошади. Рейярд летит вперед, жестко приземляется, рот забивается пылью, а собственный конь, не успев притормозить, почти давит его копытами. В последний момент он чудом отскакивает. В голове снова раздается жестокий смех. Сухой и безжалостный. Рей с трудом поднимается на ноги. Я почти чувствую, как ужас холодом сковывает парня. Движения замедленны, он словно одеревенел. Воздух напротив него густеет, а из портала выходит Мастер.

- Я загнал тебя как трусливого щенка, - голос его сух. В нем более нет злорадства.

- Мастер, я не понимаю, что происходит? - Рей смотрит с недоумением. А потом глаза зажигаются робкой надеждой.

Он не понимает, кто причина его ужаса и падения.

- Зря ты приезжал, - с некоторой долей грусти отвечает Мастер.

А потом замахивается. Рука в считанные секунды трансформируется в мощную лапу. С острыми, как лезвия, когтями. Рей в ужасе замирает. Голова его пуста - там нет ни единого заклинания. Мастер быстрым, точным рывком распарывает ему горло и живот. Брызжет кровь, орошая землю и стоящего напротив человека. Воздух пропитывается кислым запахом. И даже ветер не в силах развеять его. Стоит открыть рот, как появится железный привкус, что после долго будет скрипеть на зубах. Рейярд с неверием смотрит на Мастера. В его глазах еще теплится надежда. Спустя миг, он падает на землю и невидящими глазами упирается в небо. И эти глаза никогда более не приобретут осмысленного выражения.

Мастер же, с непонятной улыбкой на губах, шагает обратно - в светящийся серебром портал.

В лесу быстро темнеет. Еще минуту назад солнце светило вполне сносно, и вот уже на землю спускаются сумерки, а по ногам клубится плотный туман. Одежда пропитывается влагой, а холод медленно, но верно забирается под кожу. Зябко. Нужно подниматься и отправляться. Только куда? Вернуться назад? Как смотреть в глаза учителю, зная, что он сделал. А главное - почему.

Я уже давно не маленькая. Магия, и какой-никакой житейский опыт, сгладили наивность. Я умела смотреть на вещи и видеть их такими, какими они были.

Мастер убил Рея из ревности. Тогда еще мы не были близки, но это ничего не меняло.

И пусть он совершил это своими собственными руками, толкнула его на это я.

Это я стояла там и глупо улыбалась. Это я строила глазки им обоим. Это я хотела отомстить Мастеру за секс с прийей. Это я дала себя целовать, прекрасно осознавая, что Мастер издали увидит припухлость и алый цвет моих налитых губ. Услышит запах Рея, которым пропиталась одежда после совместной прогулки. Это я хотела, что бы он ревновал.

И как глупо было ожидать, что взрослый мужчина, гордый и властный, спустит это все на тормозах.

Но самое страшное не это. Весь ужас был в том, что я уже простила Мастера. Более того, где-то в темном, мрачном уголке своей души, я ощутила самодовольство. Мне польстила ревность Мастера. Понравилось его собствиничество. И его жестокость.