Реймунд Стург. Лабиринт верности (СИ) - Чуринов Владимир

«Какие формы, какая грация. Кто платит тебе, развратная шлюха? Чьи еще приказы ты выполняешь? Кто заплатит тебе за пару щепоток кислого порошка в моей тарелке? Или тебе обещали свободу?»

Девушка, облаченная лишь в шелковый хитон, открывавший левую грудь — полную и с большим круглым алым соском, поставила перед магистром золотое блюдо с крем-супом из осетрины и, поклонившись, удалилась. Перед началом трапезы он провел над тарелкой малахитовым жезлом в виде изгибающейся змейки, напитанном магией яда, жезл не засветился — еда не была отравлена или артефакт ценою в небольшое поместье не обнаружил яда.

Кусок не лез в горло — суп был слишком густым, к тому же там было многовато мякоти на вкус Мордреда, но есть было необходимо, он и так пропустил завтрак и обед. Ему понадобятся все силы, которые он сможет собрать.

С трудом глотая суп из глубокой золотой тарелки с чеканкой в виде игры огненных духов, он рассматривал зал. В глазах его все ярче разгорался огонь паранойи.

«Старый Томас, ты мой друг с детских лет и сейчас ты охраняешь мои двери, ветхий дворецкий, истовее, чем стражники. Я верю тебе, но не давай мне повода усомниться. Я не хочу тебя терять».

Его взгляд текуче переместился на стоявшую рядом с сухим, подтянутым дворецким тучную женщину в строгом платье на алмарский манер.

«Бигония. Тебе, наверное, жарко в этом доспехе из сукна и кружев. Эх, ключница, в последнее время ты частенько говоришь о дочери и муже. Что будет, если их пленят? Останешься ли ты верна мне или потеряешь голову от горя?»

Далее, ожидая приказаний от господина, стояла высокая служанка с волосами цвета спелой пшеницы, единственной ее одеждой была набедренная повязка из кожи с красивым шитьем и рабский ошейник с изумрудом на шее.

«Нэйрис, она у меня уже два года, мягкая, податливая, услужливая, даже когда я не активирую ошейник, но когда ее привели, она брыкалась и кусалась. Я оказал ей честь, взяв на службу из той крестьянской клоаки, где она родилась. Ее брат защищал ее. Возможно, она до сих пор не простила меня за его смерть? Все может быть».

Вторым блюдом был павлин, сухой и жесткий, слишком старый, под винным соусом и сдобренный травами. Блюдо королей. Впрочем, Носитель Короны Вечного Костра почти и был королем. Его принесла коротко стриженная, облаченная в платье с корсетом на шваркарасский манер, служанка с миловидным, почти кукольным личиком, все время мило улыбающаяся.

«Новенькая, и трех месяцев не служит, надо будет наказать Гордона-управляющего, я даже не помню, как ее зовут, она не должна подавать мне ужин, особенно сейчас, когда на меня так недавно покушались. Но яда в еде нет. Яда нет. Но если она насыпала битого стекла, это ничем не лучше, и жезл его не опознает».

Служанка удалилась, а Синее Пламя проводил ее долгим, тяжелым взглядом, запивая павлина фруктовым вином из кубка с огненными опалами.

Последним блюдом был кремовый торт с ежевичной начинкой. И принесла его тучная черноволосая служанка в просторном платье из бархата. Она была не только в рабском ошейнике, но и в рунированных кандалах, а из уголка рта у нее стекала слюна, пачкая подбородок.

«А-а-а, милашка Петти. Я помню тебя. Никто не отказывает магистру, особенно бесталанная мразь, если я сказал, что ты должна опуститься на колени и сосать мой член. Повинуйся. А не разглагольствуй о правилах приличия. Даже на праздничном банкете. Надеюсь, хоть тебя я могу не опасаться».

Завершив ужин рюмкой обжигающего рома, Мордред поднялся, поблагодарил слуг и покинул зал, за ним неусыпно следовали Нед и Йорг.

Путь магистра лежал в глубины Цитадели. В коридорах, где он появлялся, тут же вспыхивали магические светильники, а за ним закрывались массивные стальные двери с рунической вязью, неподвластной магии. По длинной базальтовой лестнице он спустился в подземное помещение, защищенное не хуже, чем его собственные покои, справа и слева от двери черного дерева, украшенной тигровым глазом, стояли стальные големы. Дорогие и редкие, способные выполнять множество приказов и способные каждый справиться с двумя-тремя десятками бойцов-людей. Почти нечувствительные к магии, и потому еще более опасные. Они проводили Синее Пламя взглядом сапфировых глаз из-под забрал рыцарских шлемов и остановили его охранников на входе, синхронно вытянув руки.

За дверью оказалось просторное помещение, кишащее, как матрас в плохой таверне клопами, разнообразными механизмами, столами с книгами, сложными картами и схемами на стенах, механическими устройствами под потолком, чем-то ползающим, извивающимся и скрежещущим под ногами.

От наиболее интересного сооружения — небольшого каменного столика, в центре которого лежал крупный, размером с ладонь угольно-черный ключ, а вокруг на сложной конструкции из энергочувствительной проволоки висели кристаллы и драгоценные камни разнообразных цветов и оттенков, повернулся к вошедшему магистру человек. Невысокий, тучный, с костистым, обрюзгшим лицом с неправильными пропорциями — слишком высоким лбом, крючковатым носом, маленькими бессмысленными глазами, облаченный в потертый и давно нестиранный балахон и круглую шапку, скрывавшую обширную лысину, из-под которой выбивались седые пряди водянистых волос.

«Удивительно, как за таким уродством скрывается такой великий разум».

— Приветствую вас, магистр Мордред, — поздоровался обитатель чудесной комнаты дребезжащим, почти старческим голосом, хотя сам на вид был не так уж стар.

— Мое почтение, архимаг, — Носитель Раскаленного Клинка легко поклонился. По уровню магического искусства его собеседник превосходил Синее Пламя, но благодаря власти и влиянию порой все же удавалось добиться большего, чем просто заслугами в учебе. «Что ж, кто-то умеет работать, а кто-то — править».

— О! Прошу вас, — ученый махнул жилистой рукой с выступающими синими венами, — Велларес. Просто Велларес, как всегда. Или Книжный Червь, если будет угодно магистру.

— Я вас для этого слишком уважаю, — кротко улыбнулся глава Школы Огня, и ничуть не соврал — он уважал этого человека и ценил, потому как он вел Мордреда к невообразимому могуществу. — Как наши результаты? — Синее Пламя кивнул на конструкцию с ключом в центре.

— К моему прискорбию, весьма скромны, — мелкие глазенки Веллареса сделались печальными, — «Ключ Звездных Врат», а я подозреваю, что это именно он, был создан величайшим из магов Школы Смерти, Виттусом Мальгвезийским, я и вполовину не так талантлив, как этот великий ум…

— Столь великий, что поднимал мертвых, вскрывал живых, был изгнан из Гилемо Антария, создал царство смерти и террора под названием Звездная Конфедерация, где правили некроманты, вампиры, ведьмы и черные рыцари, был разгромлен только объединенными силами всей Гольвадии и умер при невыясненных обстоятельствах, — Мордред передернул плечами. — Я помню, кто такой Виттус, и я уверен, маэстро, что вы достаточно талантливы, умны и последовательны, чтобы проникнуть в тайны этого древнего ублюдка.

— Возможно, — кротко улыбался архимаг. — Все возможно. Сейчас я работаю над сплетением энергий основ.

Он взял Синее Пламя под локоть и подвел к сооружению из проволоки и кристаллов.

— Быть может, сработает какая-то из комбинаций тьмы, смерти и ночи, — он указал на полночно-черный кристалл, находящийся напротив него оникс и расположенный чуть сбоку обсидиан, из которых выходила энергия различных оттенков черного, образующая сложный треугольник мерцающей энергии, бьющий вершиной в ключ на столе. — В конце концов, это же темный артефакт, но я пробовал также энергию дня, свет, даже жизнь. Пока безрезультатно.

— Вам что-нибудь еще нужно? — вежливо поинтересовался Мордред, который при всех своих знаниях и навыках понятия не имел, как работает это устройство.

— Да, я составил список, — дрожащей рукой ученый передал Синему Пламени заляпанный листок. — Особенно мне необходим более мощный фокус смерти. Может быть, драконий череп? Хотя он слишком массивен. Попробуйте что-нибудь найти. Я буду признателен.