Реймунд Стург. Лабиринт верности (СИ) - Чуринов Владимир

— Ничего не вышло. Приезд Инессы все испортил. Я не вижу более вариантов, — голос был довольно кислым.

— Что поделать, у всех бывают неудачи, — голос Синего Пламени, наоборот, был весел. — Жду новостей.

Человек в лиловом поклонился и вышел.

— Берр, — подозвал Мордред начальника охраны, тот мгновенно оказался рядом, — последи за тем, чтобы нашего друга по достоинству вознаградили, не терплю некомпетентность, — он кивнул в сторону удалившегося лилового.

Желтолицый ничего не сказал, лишь вновь кивнул, тряхнув плюмажем из рыжего конского хвоста, и удалился.

Спикер-Распорядитель — Фокусник из правящей ныне Школы Эмоций, облаченный в черный сюртук, белые перчатки, лосиные штаны, фиолетовый плащ и высокий цилиндр, тем временем начал зачитывать повестку дня. Но Мордред, слушая вполуха, продолжил осмотр Зала.

Школу Металла, с флагом в виде молота, кузнечных щипцов и обоюдоострого меча, золотых на стальном поле, представлял скучающий в стальном кресле Претор Гильдии Оружейников этой Школы. Он был молод, хорош собой и совершенно недоволен происходящим.

«Новый Претор? Неужели старого уже сместили за мужеложство? Не с этим ли пареньком он спал?»

Один из охранников передал на подносе яблоко, глава Школы Огня разломил плод. Внутри был мертвый червяк — знак благосклонности Школы Ночи или, по крайней мере, части ее.

В ложе Школы Дня, под знаменем белого солнца на золотом фоне, улыбаясь и даря лучезарные улыбки всем прекрасным дамам в зале, в расшитом золотом простом белом хитоне, подпоясанный поясом из серебра и сердолика, на тронообразном кресле белого камня восседал атлетичный, красивый как бог, белозубый, с ровными, прекрасно расчесанными и водопадом спадающими почти до пола волосами и смеющимися золотистыми глазами Эрос, Принц Полудня. Ему сопутствовали в мантии с высоким воротником Белый Канцлер и в золоченых доспехах Щит Дня — его советник и генерал. Не менее прекрасная сестра — Принцесса Зари, равно с принцем правящая Школой, похоже, осталась дома.

«Как бы хотелось взять стамеску и по одному выбить эти белые камушки из его ухмыляющейся пасти. Ненавижу этого заносчивого ублюдка. Ни подкуп, ни лесть, ни угрозы — ничто его не берет!»

Лучезарно улыбающаяся блондинка в эффектном белом платье прошла за кордон копий и, наклонившись к уху Мордреда, произнесла пухлыми губами:

— Луч света рассекает тьму. Пусть между нами не будет преград, — по телу Синего Пламени прошла неприятная дрожь, не от ее слов, от ее жеста, она приблизилась чрезмерно, но когда он повернулся отчитать посланницу, она уже удалилась.

«Школа Света готова к переговорам, неплохо».

Главную ложу Школы Ночи занимала Ночная Звезда — обворожительная дама, возглавлявшая Сестер Гаротты, одно из влиятельных обществ Школы, в состав которого входили убийцы, врачевательницы, содержательницы детских приютов и борделей. Она была на хмааларский манер закутана в ночные шелка, приправленные изящными золотыми и серебряными украшениями с аметистами и черными опалами, на поясе висел зловещего вида клинок. Голова была укрыта чалмой, а нижняя часть лица — лакированной полумаской, оставлявшей на виду глубокие фиолетовые глаза, дарившие обещания. Ей сопутствовали одетые похоже Мрачные Девы — ее командиры. И облаченные в черные мантии, с круглыми бархатными фесками или беретами на головах Ночные Доктора, принадлежавшие к другой влиятельной организации Школы.

«Вот это женщина! Настоящий игрок. Ей и проиграть было бы не жалко. Жду не дождусь оставить красные отпечатки пальцев на ее бледной шее. Но Школа их малочисленна. Колонии им ни к чему, она тут только ради развлечения. Иначе уже кто-нибудь умер бы».

Довольно бесцеремонно в ложу, наорав на стражников, вошел высокий мужчина и плюхнулся в кресло. Одет он был, как и Мордред, в огненные тона, а на поясе носил скипетр с красным, пульсирующим рубином. Носитель Пламенного Жезла, один из ближайших соратников Носителя Короны Вечного Костра был среднего возраста, со светлыми волосами и пламенем в глазах. Его звали Велларес Красный Бык.

«Я не доверяю тебе ни на грош, скотина, и лучше б ты отсел подальше — обожгу».

— Закон о побочных наследниках можно будет протолкнуть, — начал Велларес, в Школе Огня он возглавлял административную службу.

— Ну так чего ты тогда приперся, дорогой друг? — заметил Мордред.

— На это уйдет миллион золотом, знаешь, такими желтыми кругляшками, у меня столько нет, — Красный Бык улыбался.

— Спроси Еноха, он же у нас казначей и Носитель Горящей Шкатулки, — раздраженно ответил Синее Пламя.

— Если ты помнишь, он с самого начала был против этой затеи, — собеседник закинул ноги в мягких сапогах на перила балкона, — и, подозреваю, он кем-то подкуплен.

— Н-да, — мрачно протянул Мордред, — надеюсь, только в этом вопросе. Хорошо, я отсыплю тебе звенелок, но смотри, чтобы они пошли туда, куда нужно. А что по вопросу об особом статусе военных училищ?

— Не забудь добавить чего-нибудь сверху за труды, по училищам голосование в конце года, к этому времени и будут результаты. Ладно, пойду посплетничаю с ветерками, — Он встал и раскланялся. — Всего наилучшего, ваше горяченькое величество.

Синее Пламя раздраженно отмахнулся, собеседник вышел. «Надо укоротить ему поводок».

Спикер меж тем приступил к второстепенным вопросам, а Мордред вернулся к залу.

Угольную тень на темно-сером фоне — Школу Тьмы, созвавшую внеочередную сессию сообщением о передаче своих колоний в ведение Аструм Примарис, представлял Черный Схимник. Облаченный в черную домотканую мантию, плешивый, низкий старик со впалыми щеками и обширной лысиной, он ведал всеми финансами Школы, но давал обет бедности. Ему, сидевшему на резном кресле черного дерева, сопутствовали еще трое из Совета Девяти — разодетые в пух и прах.

«Черный обет. Черное сердце. Черная власть. Тебя стоило бы бояться, но пламя всегда разгоняет тьму. Что же все-таки вы намутили с колониями…»

Стражники передали вино, подарок от Школы Эмоций. От Черного Клоуна. Мордред налил в бокал, поданный одним из горящих, отсалютовал дарителю и выпил. «Если бы он хотел меня прикончить, то я был бы уже трупом, без всяких комментариев». Вино оказалось неплохим, хорошего урожая и с легким наркотическим эффектом — взбодрило.

Школу Света — белый луч на черном поле, как всегда, представлял Регент — маг из Школы Дня, давший обет служить Аструм Примарис как советник Короля Света. Последний был деспотичным и эксцентричным, единоличным правителем Школы Света. Регента звали Алистер Монах, и он был уже шестым из Регентов, а король, которому он служил, был двадцать шестым из Королей Света. Также на балконах присутствовали Мастера Света менее значительного статуса, облаченные в белые или золотые мантии с множеством драгоценностей.

«Король плюет на Совет, Регент подтирает. Доберусь я когда-нибудь до толстячка Малькольма VI, заставлю его повизжать».

В ложу прошел тучный человечек среднего роста, с лысой головой и пучками рыжеватых волос на затылке. Людвиг — доверенный слуга Носителя Раскаленного Клинка:

— Отправь сегодня Регенту пятьдесят тысяч и Шаиру в подарок, не говори от кого, но тысячу монет пошли со знаком пламени, — Мордред оправил на толстой шее слуги рабский ошейник, подавляющий волю. — Ступай.

Слуга поклонился и ушел. А Спикер меж тем вещал о церемонии принятия клятв отличившихся новиатов, закончивших обучение. «Еще один геморрой на мою бедную задницу».

Школу Смерти — с почти пиратским флагом в виде черного черепа на белом фоне, представлял Золотой Череп — один из правящего Круга Черепов. На нем была золотая маска в виде черепа и черный балахон с капюшоном, расшитым золотистыми линиями. Он восседал на кресле из слоновой кости, выточенной в виде человеческих черепов, и был молчалив. Черепов вокруг них всегда было очень много.

«После падения Виттуса Мальгвезийского вы — лишь горстка бессмысленных позеров. Даже руки марать нет смысла».

Стражники, предварительно получив одобрение господина, пропустили на балкон человека с серой, болезненной кожей, в черном балахоне, расшитом серебром.