Ускоренный реверс - Юрий Иванович

Тот тяжко вздохнул:

– Правда… – и тут же поспешно добавил: – Но такое творится только в королевстве Фредерика! У нас наоборот, корова – священное животное.

– Коров трогать не будем! – успокоил Пятый индуса с каким-то злорадством. – А вот на быков с преогромным удовольствием выйду. Принимаю ставку!

Все остальные настолько взъелись на рекалей, что тоже согласились. Кроме Джаяппы Шинде, естественно. Но от него отмахнулись, решив, что уже земляне в своём споре как-нибудь сами определятся с премией для победителя.

Вот так пришлось принцу Астаахарскому входить в спор с единственным оставшимся вариантом: вернётся только один десантник. Сержанта решили в этот список не вносить и никак не учитывать. Зато предложили всё тому же Десятому назвать имя предполагаемого счастливчика. Объясняя это тем, что тогда выигравший (коль угадает) получает за конкретный риск в выборе имени утроенную сумму выигрышей. Раджа сразу завопил, что у него всего лишь один «Кадиллак», и так нечестно. Мол, некий предел благоразумия должен иметься в каждом резонном споре. Поэтому дальше расширять ставки не стали, хотя ставший вдруг страшно азартным Четвёртый настаивал.

Спор получился весёлый и громкий. За что самые горлопаны Шестой и Седьмой получили в наказание по «единичке». Ибо действо происходило после отбоя, и кем-то невидимым, но въедливым громкие крики и смех были восприняты как грубое нарушение режима.

А бессмертным-то что? Почесались, перевернулись, посмеиваясь, на другой бок, да и продолжили шипеть на полтона ниже. Для них оставшееся время в роли солдат уже начинало становиться развлечением, предметом споров, ставок и бурных дискуссий. А вот оставшимся шестерым наследникам ещё ой как стоило постараться!

Сцена 28

И они старались! Очень старались! Готовились к восьмому забросу, словно к самому решающему, самому последнему в своей жизни.

Да и бессмертные отнеслись к тренировкам и занятиям очень ответственно. Если шутили по вечерам или подначивали шестёрку «невезунчиков», то лишь пытаясь поднять им настроение и помочь расслабиться после страшно интенсивных, изматывающих учений. А занятия и в самом деле велись титанические! Проводились испытания новых скафандров, внутри которых находились тончайшие нити, этакого усилителя экзоскелета. Богами людей подобные скафандры не делали, но в любом случае в них удавалось прыгнуть на метр, а то и два дальше, да и пули вражеских пулемётов они сдерживали особенным полем вокруг поверхности гораздо лучше предыдущих. Кстати, второму десятку достались точно такие же скафандры, но там ребятам наверняка приходилось испытывать новинку непосредственно в бою.

Да и тренажёры создавались строителями колоссальные. В одном из гигантских ангаров была создана некая копия Гранитного замка, вернее, участок в восемь этажей, где чаще всего обретался и кратко спал верховный жрец цивилизации кальвадров. Толстенные стены, узкие коридоры и миниатюрные комнаты, построенные явно с расчётом на то, что люди в данном лабиринте просто заблудятся. Высшие жрецы спали в маленьких кельях, в которые вели извилистые коридоры, а под кроватями находились лазы на иные уровни. Плюс все стены были увешаны экранами, позволяющими обороняющимся кальвадрам наблюдать за ближайшими к ним проходами. И в каждом простенке, своде, окошке, щели – стволы автоматов и пулемётов, раструбы парализаторов. Вот по этим этажам, узким коридорам да по неудобным лазам десяток принцев бегал, пытаясь делать порой это даже в темноте и без приборов ночного видения.

Всё делалось на скорости, с временными нормативами и под непрекращающийся рёв озлобленного сержанта. Причём он так жёстко и громко свирепствовал, что однажды Пятый не выдержал, проигнорировал возможное наказание болью и спросил уже практически своего коллегу:

– Слушай, Эйро! Ну чего ты так надрываешься? Такое впечатление, что ты зол на весь свет. А мы-то тут при чём?

Командир, видимо, еле сдержался от рукоприкладства, с минуту дышал как взбешенный бык, но потом его отпустило и он ответил:

– Не хочу говорить конкретно, как и запрещаю дальнейшие вопросы на эти темы. Но скажу только одно: пока мы тут репетируем штурм Гранитного дворца, а иначе говоря – прохлаждаемся, другие обладатели древней крови гибнут ежедневно. Причём их посылают на такие задания, которые мы с нашей сработанностью и умениями выполнили бы играючи! И возвращалось бы вас домой по семьдесят, а то и по восемьдесят процентов. Так что учтите это! И впоследствии помните: за всё придётся отдавать сторицей!

То есть его озлобленность понималась двумя причинами. Первая: не будь этого важнейшего и сложнейшего задания, его десяток провёл бы два средней тяжести боя и уже полностью мог состоять из бессмертных. Вторая: скорей всего, каждый день на задание отправляется новый, только сформированный десяток из новобранцев. А те ещё толком штурмовой винтовкой пользоваться не умеют, потому и гибнут почём зря.

А кураторам что? Кураторам Полигона скопированных сущностей не жалко. Им просто необходимо навести панику в руководстве Монстросоюза, показать возрастающую активность человечества и хоть немного отвлечь от острия основной, пусть ещё только готовящейся атаки. А для этого нет лучшего способа, чем отправка ежедневно нового десанта в самые ключевые точки трёх вражеских цивилизаций. Нетрудно догадаться, что при этом происходит с созданными копиями обладателей древней крови. Те погибают, скорей всего, в ста процентах из ста.

Пока первый десяток готовится и совершенствуется, второй с уже набранными новичками бросают на заведомую гибель. В самом деле, некрасиво получается, но, похоже, мнение сержанта в верхах и слушать не хотят.

«Демиурги чёртовы! – думал про себя Фредерик. – Пусть скопированные сущности и так живут, так сказать внеурочно, всё равно нельзя такими наскоками на врагов распыляться уникальными возможностями копий. Ведь в любом случае выгодней хотя бы две, а ещё лучше три недели подучить солдат, а уже потом их бросать в победоносные десанты. И урон монстрам будет нанесён более многократный, и бессмертных станет больше. А так… и в самом деле придётся впоследствии долги за чужую кровушку отдавать сторицей… Или кураторы на это рассчитывают? А потом предъявят ну совсем непосильные счета нашим донорам?.. Естественно, только тем, у кого копии станут бессмертными…»

Тем не менее и эти пять напряжённейших суток прошли, пролетели в непрестанной спешке и беготне. А вместо последнего, завершающего ужина была назначена операция. То есть несколько обещанных часов заслуженного отдыха украли. Отправляясь к арсеналу, несколько человек не удержались от ворчания вслух:

– Если собирались раньше отправить, то зачем ужина лишать?

– Именно! Могли и раньше его устроить, а не нашими лбами лишний час натирать имитацию гранита…

– И вообще, солдат обижать нельзя! Война – войной, а лишать кормёжки – это вселенское зло…

Бегущий впереди сержант что-то всё-таки расслышал. Будь это в первые дни пребывания принцев на Полигоне, сразу бы наказал недовольных за разговорчики в строю как минимум «единичками», а так только брутально рявкнул:

– Молчать, разъевшиеся кабаны! Ужина, небось, возжелали?! – и пояснил с издёвкой: – В узких коридорах Гранитного победят голодные волки, а не сытые лоси! Ха-ха! Шевелитесь, толстопузые бегемоты!

На эти его несомненные оскорбления наследники уже давно внимания не обращали. Тем более что никто себя толстым не считал, и упоминание о бегемотах к себе совершенно не примеряли. Даже массивный Шестой лишь криво усмехнулся, проворчав для тех, кто ближе:

– С такой кормёжкой не толще дождевого червя станешь…

Комплектовались боезапасом по максимуму. Вторая батарея для душки, по три добавочных комплекта патронов для пистолета. Облачались также в новые, прямо с иголочки скафандры, модификации которых фактически проходили испытания все три последних дня. Правда, принцы предпочли бы остаться в тех, которые уже были на них во время предыдущей тренировки, дескать, уже проверенные, притёртые и надёжные, но их мнения никто не спрашивал: надевать новые и точка! Когда облачились, подметили добавочный вес на всём теле, видимо, одёжка с особенными броневыми вставками. После включения внутреннего комплекса тяжесть исчезла, но ведь всему есть цена: надолго ли хватит запасов энергии, которым обладает уникальный скафандр?

Логика подсказывала, что больше часа, максимум двух, бой в Гранитном замке не продлится. А дальше уже и рассуждать стало некогда. Подали транспорт, быстро в него загрузились, да и отправились в изученную неизвестность.

Пока падали две минуты в невесомости, сержант не удержался и бубнил последние, уже всем въевшиеся в кору головного мозга наставления. Волновался. Переживал, всё ли учли и всех ли он верно расставил по местам.