Ускоренный реверс - Юрий Иванович

– Ещё чего! По канализационному люку им в каждую ноздрю! Это рогатым тварям не овёс у крестьян воровать! Хотя все наши умники были поражены размахом приготовленной ловушки, транспорт откровенно чихал на все вражеские уловки и потуги. Воспользовался тем, что к нему успело привариться несколько технических объектов, начал затягивать их в подпространство, и уже там коснулся их полем антиматерии, которое использует для своего перехода. Взрыв вернулся обратно в реальность, и оказался похлеще любого термоядерного. В итоге – от полянки осталась этакая ямка-кратер, глубиной метров пятьсот.

– Ого! Так там все?..

– Точно! Может, только единицы спаслись в специально оборудованных кабинах управления. Кстати, твой новый знакомый князь Мэйлар Риндович остался в живых, только усилив свой имидж прорицателя. Ведь он категорически настаивал на том, чтобы тебя вместе с транспортом отпустили. Кричал и пенился, доказывая, что так для рекалей будет лучше. Но его высмеяли, обругали, и главнокомандующий, который лично руководил всей ловушкой, отправил недовольного князя домой со словами: «После возвращения с трофеем я лично добьюсь твоего изгнания из вооружённых сил!» Ха-ха! Сам он погиб, не вняв голосу рассудка, и трое особо приближённых персон сгорело с ним во время взрыва. Мало того, ещё четыре члена правящей династии погибли в столице во время устроенного нами селя и наводнения. Так что теперь господин Риндович стал пятнадцатым в праве престолонаследования.

Слушая этот рассказ, Фредди быстро оделся, но к умывальникам не торопился, надеясь выжать из сержанта максимум информации:

– А что толку нам с этой очереди?

– Да как сказать… Наши аналитики просчитали, что этот князь может наворочать дел среди своих рогатых соплеменников. Он, к примеру, крайне негативно относится к личному ментальному усилению, которое ему предлагали пиявки Уалеста. Считает, что рекали должны жить собственным умом, не желает воевать против человечества. Имеет немалое влияние на короля и у него внушительная масса сторонников среди военных среднего командного состава. А ты ведь понимаешь, какая это взрывная сила, засидевшиеся без повышения в званиях и должностях капитаны и майоры.

– Понимаю… А вы как «добрались»?

– Отлично! По общему зачёту. Вон, Второй и Пятый дрыхнут уже как бессмертные и третью ночь «дома ночуют». Ха-ха! Первый, Седьмой и Восьмой тоже добрались без происшествий, так что наш уникальный десяток бьёт все рекорды по всем показателям!

– Радует, чего уж там… – улыбнулся Фредерик. Но сразу резко перескочил на другое: – Ты лучше признайся: про Смола Тенри со второго десятка знал? Который с Аляски? А если знал о землянине, то почему молчал?

– Ну, сказал бы я тебе о нём, что бы это изменило? – чуть ли не возмутился сержант, добавляя с фырканьем: – Пока не станешь бессмертным, заботься только о себе! А того парня я даже в глаза не видел, потому что наши пути-дорожки ни разу ещё не пересекались. А вообще странно, что ты всё о других да не знакомых тебе интересуешься…

– Извини! Сразу хотел спросить о семье, но ты так здорово меня взрывом у рекалей порадовал, что я сбился с мысли. Как там мои дочурки?

– Всё с ними в порядке, будь какие сложности, я бы тебе сразу поведал. Супруга тоже ни с кем тебе, кроме тебя же, не изменяет. А вот нечто скандальное вокруг твоего донора так и крутится. Крупно он рассорился с вещуньей, да и выгнал взашей. Оказывается, все её прогнозы астрологические – копейки ломаной не стоили. Так что основная причина общественности и жёлтой прессы посмеяться над глупостями принца как бы нивелирована.

– Ну, слава богу! – выдохнул Астаахарский успокоенно. – Такого за мной никогда не водилось ранее, и так поражаюсь, как это я мать послушал и отправился на гадание к этой Марге!

– Тем не менее она изменения в твоей судьбе предсказала просто изумительно.

– Простое совпадение и знание психологии, ничего больше!

– Не скажи… – сержант в сомнении зацокал языком. – Как по мне, то я бы обязательно информационным лучом за этой гадалкой проследил. Жаль, что меня наши умники слушать не хотят… Всё-таки недаром твоя мать, велья, сделала Маргу своей придворной дамой по оккультным наукам.

– Не хочу обижать женщин, тем более родных, – скептически улыбнулся принц, – но порой они делают из мухи слона. А уж если дело касается мистики – тем более! Да и толстуха умеет очень грамотно запудрить мозги своим бормотанием.

– Кстати, она уже и не настолько толстуха. Корреспонденты утверждают, что Толедская резко стала худеть, осунулась и ослабла. В причине такого болезненного истощения никто не сомневается: расстройство из-за отстранения от тела и кармана твоего донора. И доказанный перед всем обществом непрофессионализм.

– Не удивлюсь, коль она от печали совсем засохнет и завянет, – проворчал наследник испанской короны под рёв сирены побудки. – Бывали такие случаи в истории…

Сержант уже преобразился в глупого солдафона, орал на вскакивающих принцев, грозил наказаниями и ругался почём свет стоит на самых медлительных. Таковые имелись даже в среде вымуштрованных, молниеносно действующих десантников. Хотя чаще придирки звучали только ради придирок и чтобы «… служба раем не казалась!», как говаривал русский горлопан.

Но высокородные подчинённые нисколько не обижались (по крайней мере, внешне), быстро одевались и занимали свои места у изголовья коечек. Командир – есть командир! Должность у него такая, собачья, на всех рычать и гавкать, даже если всё делается быстро и отменно.

Вот и сейчас он придрался ко Второму по причине вставания в строй самым последним, обозвал привычно ротозея «старым перделем» и пригрозил в следующий раз за леность наказать «двоечкой». Тот на это притворно пучил глаза, ел глазами начальство, но видно было, что настроение ему никто и ничто не испортит. Став бессмертным, наследник короны великой Банцарии наверняка посмеивался в душе над сержантом-простолюдином. Понимал, что вскоре в любом случае займёт подобающее его титулу место, а для этого готов был на последних трёх заданиях даже погибнуть.

Показав свою власть, Эйро Сенатор распустил строй на пятнадцать минут перед утренней разминкой и с глубоким чувством выполненного долга потопал на плац. В это время все девять товарищей набросились на Десятого с вопросами, попутно, сразу в несколько голосов рассказывая то, о чем командир не поведал или не посчитал нужным терять время на воспоминания. Так Фредерик узнал о своей нелёгкой судьбе, а точнее, о смерти своей предыдущей копии.

Оказывается, ему и в самом деле стреляли в голову, когда поняли, что человек сможет сбежать. Устройство-то рекали вроде как и прикрыли, и прижали, и приварили, и силовыми полями окружили, а вот десантника всё-таки не рискнули оставлять в живых. И были по-своему правы. Потому что в следующий момент транспорт отправился домой как ни в чём не бывало, а потом ещё и взрыв на полянке спровоцировал, плеснув туда кусочек Сверхновой, соприкоснувшейся с антиматерией.

Но самое удивительное, что Астаахарский, у которого выстрелом сорвало весь скальп с головы, да ещё нанесло черепу трещины и травмы, несовместимые с жизнью, ещё долгое время оставался жив. Во время двухминутного пребывания в невесомости, он соответственно не мог усесться и пристегнуться. Дальнейшее тоже считалось случайностью. Так как принц лежал на полу, его одним из первых ударов снесло под сиденья и там заклинило намертво. В противном случае его тушку потом бы собирали тряпками со стен. А так случилось ещё одно чудо: Фредерик ещё живой, практически на последнем издыхании добрался-таки на Полигон. Его товарищи как раз сели ужинать, когда их сорвали по тревоге и отправили встречать прибывающий транспорт. Тем более что по показаниям с борта устройства давался сигнал, что десантник жив.

Неизвестно, смогли ли бы его регенерировать в медицинском модуле, но он окончательно умер на руках товарищей, когда они пытались вытащить зажатое тело из-под сидений. И это действо оказалось архисложным.

– Складывалось такое впечатление, что ты в той щели вырос! – экспансивно басил Шестой, заглушая всех остальных рассказчиков. – А сиденья-то литые вместе с корпусом! Пришлось с тебя все остатки скафандра срезать, а потом и одежду, иначе никак не получалось. Наверное, именно эти пять минут адского дёргания твоего тела его окончательно доконали. Так что вся вина на нас, прости, друг!

– Не на «нас»! – пытался перекричать его поджарый и худощавый индус Девятый. – А именно на нём! Он тебя так дёргал, что чуть на части не разорвал! А из-за его широкой спины мы сами не могли к тебе добраться!

– Предатель! – возмущался Гладрик Литогорский. – Не ты ли кричал мне, чтобы я не деликатничал и тянул сильней? Ладно, ладно, не бледней так за своего земляка… А чтобы не досадно было и он на меня не обижался за излишнюю резкость, обещаю лично ему подарить боевой космический крейсер!