Безобидное хобби - Татьяна Андрианова

Что ж, логика в рассуждениях молодого мага присутствовала. И план, несмотря на его спонтанность, весьма хорош, но как во всех, даже самых гениальных планах, здесь имелось свое «но». Для того чтобы сделать из человека зомби, сначала необходима его смерть. Положа руку на сердце, я вовсе не была готова к хладнокровному убийству. Да, граф желал получить от меня не только поцелуй, но не прибег к открытому насилию, скорее стал жертвой нашего маскарада. Так что ненавидеть его было, в сущности, не за что.

– То есть ты хочешь его убить? – на всякий случай поинтересовалась я, потихоньку перемещаясь в сторону гостиной.

В конце концов, никакие неприятности не стоят человеческой жизни.

– Убить? Зачем? – искренне изумился Рэнделл.

Кажется, парнишка не так испорчен, как может показаться на первый взгляд.

– Просто зомби – они из мертвых людей получаются, а из живых ни один некромант зомби сделать не сможет.

– Хочешь сказать, он жив? – поразился живучести графа Рэнделл. – Ты уверена?

– Да. На все сто процентов, – заверила я. Чего-чего, а мертвеца от живого всегда отличить сумею. Лучше всякого целителя. – А ты об этом жалеешь?

Маг поперхнулся. По его худенькому молодому лицу промелькнули тени каких-то эмоций. Кажется, там присутствовала некая смесь неприязни с брезгливостью. Но не поручусь.

– Не то чтобы я сильно раскаивался по этому поводу, но граф вполне заслужил смерти, и сдается мне, не единожды.

– То есть?

Рэнделл понизил голос и с видом заговорщика придвинулся ближе.

– У нас в Академии о графе ходили жуткие слухи. Говорят, что женщины за ним толпами ходят, у него их целый гарем. Число дам постоянно меняется. Многие мечтают попасть в него, а те, кто покидают объятия графа, до того несчастны, что кончают жизнь самоубийством.

Хм… А мужик силен на любовном фронте. Впрочем, лично я никакого особенного обаяния не заметила, но тут, как говорится, на вкус и цвет… Если каждого мужика, до женского пола охочего, считать злодеем, то порядочных, пожалуй, даже в глубинке не сыщешь.

– А еще говорят, он черной магией увлекается.

– Бред! – не выдержала я. К демонам дипломатию. – Практиковать черные искусства запрещено. За это запросто на костер можно угодить. А он, как видишь, жив, несмотря на то что ты приложил некоторые усилия, чтобы это исправить.

– Конечно, этого никто не может доказать, но как иначе объяснить тот факт, что ему более шестисот лет, а с виду едва за сорок перевалило.

– О, это как раз можно объяснить множеством причин. Во-первых, граф может вести здоровый образ жизни. Спорт, травяные отвары, здоровое питание.

– Да? И что же надо есть такого особенного, чтобы умудриться дожить до столь почтенного возраста?

– Согласна. Версия не выдерживает критики. Хотя… причиной долгожительства может служить, например, употребление крови вампиров. Говорят, у нее есть подобный эффект. Или граф может быть не чистокровным человеком, а где-то в далеком прошлом его прапрародительница спуталась, например, с эльфом. Вот кровь бессмертных и проявилась в далеком потомке.

– Или он, используя черную магию, вызнал у демонов секрет изготовления философского камня и теперь гонит эликсир бессмертия, а также попутно превращает свинец в золото.

Ну и фантазия у парня! Хотя его версия вполне имеет право на существование, только мудреная больно. У меня, конечно, не бог весть какой опыт в таких вещах, только инстинкт подсказывает, что все гениальное обычно очень просто. Чем сложнее решение, тем больше шансов, что что-то пойдет не так.

– Ладно. Допустим, граф действительно монстр. Что ты предлагаешь? – вопросила я, честно полагая, что при таком полете фантазии Рэнделл точно припас пару-тройку решений нашей проблемы.

– Я наложу на нашего хозяина сонные чары. Он мирно проспит до утра и будет, проснувшись, маяться жутким похмельем. Пусть подумает, что мы ему просто приснились. Только придется оттащить его в постель.

Надо признать, хорошая идея.

– И найти что-нибудь из спиртного, – добавила я.

– Правильно. Я тоже хочу что-нибудь выпить, – поддержал Рэнделл.

– Вообще-то я не это имела в виду. Неплохо было бы, если бы граф, проснувшись, обнаружил свою одежду залитой вином и наполовину пустой кубок возле кровати. Это дополнит картину.

– Согласен! – с энтузиазмом кивнул маг. – И все-таки сами тоже выпьем.

Глава 14

Комнату графа нашли легко. Чудные фигурки из разноцветного стекла диковинной работы действительно присутствовали, в этом он нас не обманул. А вот доставить в спальню бесчувственного мужчину куда сложнее. К тому же хозяина дома угораздило расположить ее на третьем этаже. Чем объяснялся такой выбор, не знаю. Может, из окна вид особенно хорош, а может, просто удачная планировка комнат. Если коридор первого этажа освещался магическими светильниками, то на втором и третьем явно экономили – стены украшали укрепленные в специальных пазах факелы, пропитанные жиром. Лестница для прислуги не освещалась вовсе, и к тому же на ней напрочь отсутствовали перила. Если учесть, что оступиться в темноте на неосвещенных ступенях плевое дело, оставалось только догадываться, чем именно продиктованы подобные меры. Зато понятно, почему при транспортировке графа нам так никто и не встретился – люди берегут свою жизнь.

Комната графа была обставлена просто, без особых излишеств. Правда, кровать, на которую мы с дружным стоном облегчения свалили бесчувственное тело хозяина, оказалась необычно широкой. На ней запросто можно играть в прятки, и уж если кого-то потеряешь, на поиски уйдет неделя, не меньше. В этом свете насмешкой выглядел плотный, забранный витыми золотыми шнурами балдахин, чьи пурпурные, из тяжелого бархата складки должны были защищать спящего от ночного холода, когда дрова в камине уже прогорят. На самом деле надышать в пространстве над кроватью при опущенном занавесе смогут, наверное, лишь штук десять мужчин или случайно забредший погреться великан. Помимо камина и кровати имелся также стеллаж, на полках которого в свете факела многочисленными бликами заиграли стеклянные фигурки из коллекции, массивный шкаф, где граф, скорее всего, хранил часть своего гардероба, шкура какого-то животного, служившая прикроватным ковриком, и стол, на котором красовался затейливо украшенный эмалью подсвечник в три свечи. На красиво вышитой неизвестной мастерицей салфетке величаво, словно вельможа, окруженный свитой, расположился невиданной красоты хрустальный графин в окружении шести рюмок. В емкости плескалась жидкость темно-янтарного цвета – явно не компот.

Рэнделл умудрился поджечь свечи от факела и не спалить их разом. Искусство уникальное в своем роде и мне, к сожалению, не подвластное. Между тем маг метнулся в коридор – повесить факел обратно. Что ж, его таланты далеко не исчерпывались зажиганием свечей, еще он умудрялся всю дорогу нести массивный источник света и графа одновременно. Правда, и то и другое делал из рук вон плохо. В итоге честь тащить крупного мужчину в самом расцвете сил в большей степени легла на мои хрупкие девичьи плечи. Это безусловный минус. Но, учитывая, что мне досталась голова и пару раз я его все-таки уронила – ладно, больше, чем пару раз, – в этом были и свои плюсы. К тому же Рэнделл своим факелом спалил часть собственных волос и прожег нехилую дыру в штанах высокопоставленного вельможи. Пламя мы сбили без особых повреждений для бесчувственной персоны, но понятия не имею, каким богатым воображением должен обладать хозяин дома, чтобы объяснить метаморфозу со штанами завтра утром.

– Только не вздумай разливать вино по бокалам, – строго потребовала я, когда вернувшийся из коридора Рэнделл потянулся ручонками к графину.

– Это еще почему? – удивился он, кинув в мою сторону взгляд обиженного ребенка, которого мать лишила сладкого.

– Потому, любезный сообщник, что утром нашему милому хозяину сложно будет объяснить самому себе, почему он вечером пил из двух посудин разом. Разве что у него раздвоение личности и он об этом знает. Бедняге еще предстоит понять, отчего на его голове за ночь выросло дикое количество шишек, а штаны продырявились на весьма пикантном месте. Пожалей беднягу. У него и так с утра нашими общими стараниями будет жуткое похмелье.

– А ты не боишься? – мило, словно гостеприимный хозяин на светском рауте, поинтересовался маг, с видом знатока наливая янтарный напиток.

– Чего? Что граф очнется и предъявит счет за спиртное? Или даст такой пендель, что лететь нам до самой столицы?

– Нет. После моего заклинания ему сильно повезет, если проснется к полудню. Просто бытует поверье: тот, кто пьет из бокала после тебя, узнает твои мысли.

– О, вот как! Не знала… В таком случае, думаю, будет справедливо предоставить нашему очаровательному хозяину право выпить первый бокал. Вторым, разумеется, выпьешь ты.