Безобидное хобби - Татьяна Андрианова

Роланд воззрился на мага с таким видом, словно подозревал как минимум в государственной измене. Да что у них тут происходит? И хочу ли я это знать? Наверное, нет. У меня своих проблем хватает. Хотелось домой, спать, опуститься на свежие прохладные простыни, выпив горячего чая на сон грядущий. Хотя… Плевать. Можно и без чая.

– Редкий случай, но ты прав, Рэнделл. Мне действительно необходимо попасть к градоправителю, и как раз туда, как мне думается, следует доставить нашу милую травницу, – заявил капитан.

– Зачем? – непонимающе нахмурился парень.

– Как зачем? – искренне удивился Роланд. – Она маг, не обученный, но, как мы видели, вполне способный. Кому, как не тебе, следует знать, что в таких случаях скрытого мага необходимо сдать властям.

– Сдать? – возмутилась я.

Прежде чем тащить меня к Лемносу, мог хотя бы справки навести. Я ведь несколько раз извещала магов о своем даре. И всякий раз получала ответ, что «этого не может быть».

– К вашему сведению, господин стражник, я не вещь, которую можно сдать, словно шубу в гардероб или потерянные перчатки в бюро находок.

– Так будет справедливо, – отрезал Роланд.

Я пристально посмотрела на него. Похоже, у нас с ним разные понятия о справедливости. Капитан выдержал мой взгляд со спокойствием уверенного в своей правоте человека. Что ж, наверное, мне не нужно ожидать ничего хорошего от работы с людьми, которым мое присутствие навязали вампиры. В человеческой природе противиться союзу, что так настоятельно рекомендует нежить, или, по крайней мере, не доверять ему. И почему же тогда на моих губах горький привкус предательства?

– Хорошо. Тогда пойдем. – Я так резко развернулась вокруг своей оси, что юбка взметнулась колоколом.

Если Роланд и удивился такому решению, то не подал вида ни словом, ни жестом. Лицо его хранило непроницаемое спокойное выражение, словно величественная погребальная маска восточного царя. Нарб разглядывал нас с любопытством алхимика, смешавшего наугад множество ингредиентов и теперь гадавшего, получится ли философский камень или очередной взрыв уничтожит лабораторию. В глазах Рэнделла читалось удивление, смешанное с осуждением. Маг единственный, кто если и не знал, то, по крайней мере, предполагал природу моего дара и почти наверняка догадывался, что лишний раз попадать в поле зрение магов мне не с руки.

Я успела сделать несколько шагов прочь от ворот дома, но внезапно озарившая мою блондинистую голову идея заставила остановиться на половине шага. Я резко повернула назад. Не ожидавший такого финта Роланд показал хорошую реакцию, успев шагнуть в сторону и тем самым избежать столкновения.

– Можно полюбопытствовать, что именно вы скажете градоправителю?

Роланд удивленно уставился в мои голубые глаза.

– Как вы объясните, как поняли, что я являюсь счастливой обладательницей магического дара?

Капитан несколько раз моргнул, словно не верил собственным глазам и надеялся, проморгавшись, избавиться от назойливых галлюцинаций.

– Я расскажу ему о ритуале, проведенном совместно с Рэнделлом. Думаю, других доказательств не потребуется.

– Действительно, не потребуется, – печально вздохнула я и продолжила свой путь в сторону города.

Ну почему я должна быть хорошей девочкой, смиренно шествующей туда, куда изволят вести сильные мужчины? Кто сказал, что я должна уподобиться овце, с одинаковым энтузиазмом шествующей как на пастбище, так и на бойню. А вот дудки! Не позволю с собой так обращаться. Я резко остановилась и обернулась к своему добровольному конвоиру. Роланд был готов и успел отступить в сторону раньше, чем я повернулась к нему.

– Что-нибудь еще? – Взгляд светло-карих глаз стал колючим и нетерпеливым.

Похоже, он стал подозревать, что такими темпами до особняка градоправителя мы доберемся только через неделю.

– Да. Я уже знаю, что намерены сказать Лемносу вы. Не желаете услышать мою версию?

Теперь он точно удивился. Кажется, ему и в голову не приходило, что моя трактовка событий может отличаться от его изложения.

– Конечно. Вы ведь все равно скажете, так давайте не будем тянуть с этим.

Что ж, уважаю решительных мужчин. Но это обстоятельство ничуть не изменит моего решения. Я медленно, выверенным движением взмахнула длинными ресницами. Выдавить слезу было сложно, но возможно. Достаточно представить что-нибудь печальное. Лично я в такие моменты представляю одиноких, несчастных котят, забытых где-нибудь в закрытом помещении рассеянными хозяевами, мучительно умирающих от голода и жажды. Очень помогает. По щеке скорбно сползла одинокая слеза, другая картинно прокатилась по реснице и зависла на самом ее кончике. Всевышний, кажется, во мне умерла великая актриса! Что ж, если когда-нибудь наскучит продавать зелья, травы, притирания и чаи, вполне смогу удачно сменить сферу деятельности и податься к лицедеям.

– Выслушайте меня, господин Лемнос, – полным трагизма голосом сквозь слезы выдавила я. – Уверена, как счастливый отец дочери примерно одного со мной возраста, вы поймете меня. Этот стражник, Роланд… Он ворвался ко мне в лавку сегодня утром, вытащил из ванной и… и я просто не знаю, как сказать… – пролепетала я, нервно покусывая губы. – Порядочной девушке не пристало слышать такое. В общем, он предложил то, – перешла я на доверительный шепот, – что можно предложить леди… только после свадьбы. А когда я отказалась, – судорожный всхлип добавил исповеди драматизма, – он… Он избил меня!

– Ты ее бил? – возмутился подошедший Рэнделл. – Как ты мог?!

– Это неправда, – процедил сквозь зубы изрядно обозлившийся капитан, и даже встряхнул меня, видимо для пущей убедительности.

– Да? – «удивленно» распахнула я невинные, полные невыплаканной влаги глаза. – А как вы объясните наличие синяков и ушибов на моем лице и теле?

Пораженный женским вероломством капитан так и застыл, воздев легкое девичье тело высоко над землей. Подозрительный треск ткани блузки мне не понравился, но думаю, плачевнее выглядеть моя одежда просто не в состоянии.

– Затем, – представление продолжалось, – поняв, что добром своего не получит, он силой притащил меня на кладбище, показал расчлененное тело вампира и смотрел, как меня тошнит… Почему? – горько рыдала я. – Почему все так неправильно на этом свете и где вселенская справедливость? Почему всего можно добиться только обманом и ложью? Почему хорошие люди живут мало, плохие долго? Почему в ряды нашей доблестной стражи набирают извращенцев?

– Градоправитель не идиот. Он не поверит глупым россказням истеричной девицы, – неуверенно выдавил Роланд.

– Правда? – усмехнулся подоспевший охотник. – Это будет твое слово против ее. Наша травница чудо как убедительна. Только посмотри на нее, какой талант: полные слез голубые глаза, следы побоев на лице. Даже наш маг поверил, а он, между прочим, тебя знает не первый день.

– На чьей ты стороне?! – рыкнул на него стражник.

– Ни на чьей, – поднял ладони Нарб. Смотри, какой я безобидный, безоружный и вовсе не собираюсь нападать. – Я просто сказал правду и не виноват, что она тебе не нравится. Посмотри на Ангеллу. Она хрупкая блондинка с голубыми глазами, явно избитая, и выглядит так, словно ты одевал ее собственноручно в спешке, в полной темноте, в одежду, которую нашел в корзине с вещами для стирки. У нее просто на лбу написано – «жертва». Добавим, что ты новичок в городе, тебя никто не знает, кроме нас. А мнение команды спрашивать точно не станут, так как посчитают, что мы заодно, а значит, изначально пристрастны. И будут правы. Зато наверняка пошлют опросить ее соседей. И что узнают? Что девица Ангелла примерная горожанка – ходит в храм Всевышнего по воскресеньям, одалживает крупу соседям, помогает переходить дорогу всем старушкам, которых встретит, дружит с соседями, подкармливает бездомных собак и кошек и жертвует деньги на сиротский приют.

«А еще готовлю специальные чаи для семьи градоправителя. Для самого Лемноса – чай для поддержания мужской силы. Его жене напиток дарит бодрость и хороший цвет лица. Дочери – прекрасное настроение и возможность танцевать на балах до утра без устали. Их рыжему шпицу, похожему на шарик на ножках, – травы, чтобы бедняжку не пучило, когда он в очередной раз переест кексов с сахарной глазурью», – добавила я про себя.

– Я не вытаскивал леди из ванной и уж тем более не одевал ее! – зашипел Роланд, словно дракон, готовый изрыгнуть пламя и спалить все вокруг.

– Правда? А как иначе объяснить, почему дама пришла в башмаках от разных пар, а ее блузка вывернута наизнанку? О состоянии прически даже упоминать не стоит.

В разных башмаках? Что это значит? Я с удивлением уставилась на болтавшиеся в воздухе ноги. Действительно. Один башмак черный с серебряной пряжкой и на каблуке, второй – рыжий на плоской подошве. Надо же, а я и не заметила. И ведь даже не хромала по дороге. Блузка тоже оказалась надетой наизнанку и имела вид скорее грязной тряпки, напяленной впопыхах, нежели предмета одежды. «Наверняка пятна не отстираются, – с тоской подумала я. – С такой помощью вампирам одни убытки. Интересно, а накладные расходы мне оплатят? Может, стоит прислать им счет при покупке новой одежды? Хотя вряд ли клыкастые решат раскошелиться. Чего доброго, всучат мне одного из своих, как ценный подарок, а я пока не готова к подобной щедрости с их стороны. Ладно. От покупки новой одежды не обеднею».