Королева Депрессия - Ниян Ниянов

— А разве возможно сбежать отсюда? — удивилась я.

— Конечно, сбежать можно откуда угодно. Кроме Нижнего уровня.

Звучит убедительно.

— И куда мы направимся? — спросила я.

— На Землю…, конечно же.

— Здорово! — обрадовалась я. Перед глазами пробежало сразу тысячи идей веселого времяпрепровождения на Земле: можно подглядывать за своими друзьями, смотреть бесплатно фильмы в кинотеатрах, пугать случайных прохожих…

Анна тоже поддержала эту идею.

— Вот только, — Фрэнки посмотрел на меня, — твой контракт. Его желательно бы забрать с собой, а иначе тоже уйдешь под суд.

— Да ну его, этот контракт, когда я выйду из комы, мне будет на него наплевать

— Я бы на твоем месте не был так уверен. Я, помнится, тоже наплевал на одну бумажку, что в итоге аукнулось через семьсот лет. Поэтому подумай хорошенько, если не хочешь провести здесь вечность.

— Ладно — ладно, — сказала я, — подобная перспектива звучала пугающе, — но как мне добыть его обратно? Особенно, когда там вечеринка?

— А может тебе просто пойти и попросить его? — предложила Анна.

Мы с Фрэнки посмотрели на нее, как на сумасшедшую.

— Ага, так они его и отдали, — буркнула я.

— Это может вызвать подозрения, — поддержал меня Фрэнки, — я прокрадусь туда и попробую его вытащить во всеобщей суматохе вечеринки. А вы скажите, что закончили драить стены и попроситесь на праздник, отвлекая народ.

Воодушевившись этим планом, мы выдвинулись в Отдел кадров.

Однако, к нашему удивлению, там было пусто. Фрэнки нахмурился.

— Может, они решили устроить пикник? — предположила Анна.

Пикник? Сомневаюсь.

— Я пойду искать контракт, — сказал он, — а ты, — указал он на Анну, — сторожи вход, а ты, — он перевел взгляд на меня, — сходи проверь ближайшие коридоры.

— Впервые вижу его таким инициативным, — прошептала мне Анна, вставая на позицию. А я пошла бродить по коридорам. Но везде было пусто, словно все испарились. Видимо, специально, перенесли вечеринку, чтобы я не нашла на нее дорогу и не явилась, как золушка, посреди бала.

Однако, повернув в очередной коридор, до меня стали доноситься отдаленные голоса. Зал заседаний!

И как мы сразу не догадались! Вот куда они перенесли свою вечеринку! Да и помещение там гораздо просторнее. Но где же музыка и гул всеобщего веселья? Я подошла поближе, заглянув в зазор между стеной и дверью: надо было убедиться, что там собрался весь коллектив. То, что я увидела, мало походило на вечеринку. Скорее собрание. Честно, я не хотела подслушивать, но обрывки дошедших до моих ушей разговоров, заставил меня притаиться и немного задержаться.

— …Надо найти и убить ту девочку! — говорил тот чертяка из зала ожиданий.

— Это просто ребенок! — возмутилась Цере.

— Она видела их! Она может рассказать…

— …Своим родителям? И это спишут на детские фантазии!

— Поддерживаю. Не стоит делать из этого трагедию, — согласился Козео.

— Помалкивал бы! — заворчала тетка-сигара, — это твой косяк! Ты должен был убедиться, что программа отключена!

— Она и была отключена! Эта все «Два»! Она там протирала пыль и случайно включила приемку!

Прекрасно, и здесь меня ухитрились в чем-то обвинить.

— Зачем ты вообще собрал их вместе! — продолжали нападать на Козео.

— Вы сами сказали, что скоро проверка! И надо срочно приводить все в порядок! — отнекивался он.

— Нижний уровень… вы уверены, что мы сможем это все безопасно провернуть? — тревожился Коняшка, голос которого легко узнавался во всеобщем гуле.

— Главное, что безопасно будет у нас: если их обнаружат проблемы будут серьезные!

— Пускай их уже забирают! Я устала и хочу домой! — возмущался неизвестный женский голос.

— Да! Поддерживаю! Мы торчим здесь безвылазно целый месяц! — вторил ей другой голос.

— Мы не должны позволять им спокойно разгуливать, где им вздумается! — почти одновременно ругался еще кто-то.

— Да кто их может отсюда вытащить? Врачи? Врачи бессильны, пока их души у нас! — а это был голос дядьки в очках.

— А вообще нормально, что они остались там втроем? Без контроля? — спросил тот чертяка, с накладными рогами.

Так, запахло жареным. Я по привычке взглянула на руку, где раньше всегда были часы. Дурацкая привычка. Думаю, Фрэнки уже нашел контракт, а значит, пора делать ноги.

— Держи, — хмурясь, протянул мне Фрэнки желтоватую бумагу, скрученную в трубку. В другой руке он держал ленточку, которой этот контракт был обвязан.

— Что-то не так? — спросила я, засовывая бумагу в карман своей униформы.

— Пытаюсь кое-что вспомнить, не важно, пошлите! — ответил Фрэнки и мы отправились на тех. этаж.

— Может я могу помочь? — спросила Анна.

— Навряд ли ты знаешь буквенные обозначения категорий душ, — отмахнулся он.

Действительно, очень актуальная информация на данный момент. Мы спустились на тех. этаж, а затем еще ниже, но уже по другой лестнице, попав в очень сырое помещение с плесенью. Здесь с потолка капала вода и немного попахивало отходами.

«Все Отделы Отделов соединены между собой длинными проходами, а те в свою очередь соединены с другими Отделами и Управлениями. Когда нас схватятся, то в первую очередь, пойдут искать туда!», — тихо говорил он, пока мы шли.

«И куда же в таком случае идем мы?», — уточнила я, заходя в очередное сырое помещение.

«Давным-давно, я перерисовывал старые чертежи одного из филиалов Отдела Отделов и обнаружил старые канализационные трубы, которые уже не используются. Они отображены только на очень старых схемах, и я не стал перерисовывать их в новые», — сказал он. Неожиданно он остановился и опустившись на колени, стал внимательно изучать каждый сантиметр пола, попутно ощупывая его. В это время я рассказала о подслушанном разговоре.

— А я говорил, что это подозрительно. Скорее всего, они намеренно включали систему приема, чтобы отловить ваши души, — сказал Фрэнки.

— Может, это темные энтрилы, про которых говорил Лонг Лонг? Это связано с Королевой Депрессией? — пыталась разобраться Анна.

— Пока что я в этом не уверен. Темные энтрилы используют другие методы, — ответил Фрэнки, своими словами подтверждая весь этот бред Анны про некую Королеву Депрессию.

Ладно, допустим после всего увиденного, я готова поверить в безумную эмоцию, убившую толпу студентиков. Но тогда возникает другой вопрос.

— Но я тут причем? Вот Фрэнки — уголовник, ты… сумасшедшая. И вы оба утверждаете, что замешаны в том деле с самоубийствами и теперь вас могут искать некие темные энтрилы (на последних двух словах я изобразила кавычки двумя пальцами). Но я чем провинилась? Нанесла вред тому поезду? Я самая обычная девушка. Работаю официанткой. Живу с мамой…

— Может, ты — как та девочка? — предположила Анна, — попала сюда случайно, и они не смогли с тобой ничего поделать. И придумали весь этот маскарад…

В ее словах была доля логики. В конце концов, я