Бак Роджерс в 25 веке - Мелинда Мёрдок

ГЛАВА 18

«ОНИ НЕ МОГУТ ПРОЙТИ СКВОЗЬ НЕЕ». — Слова были произнесены со злостью.

«УБИЙЦЫ?» — спросил Мастерлинк.

«ДА У ГОЛЬЗЕРГЕЙНА ЕСТЬ ЗАЩИТНАЯ СТЕНА НЕИЗВЕСТНОЙ КОНФИГУРАЦИИ. ОНИ НЕ МОГУТ ПРЕОДОЛЕТЬ ЕЕ.

«ОТКУДА ОНА ВЗЯЛАСЬ?» — насмешливо спросил Мастерлинк.

«ОНА НЕ ИЗ РАМ. ЭТО ТОЧНО. НИЧЕГО ПОДОБНОГО МЫ НИКОГДА НЕ СОЗДАВАЛИ. ТАК ЧТО, ОТКУДА ОНА ВЗЯЛАСЬ, СКАЗАТЬ НЕ МОГУ. НАМ НУЖНО РЕШИТЬ, КАК ПОСТУПИТЬ ДАЛЬШЕ».

«ЧТО ТЫ ПРЕДЛАГАЕШЬ? — спросил Мастерлинк. — ЗАБРОСАТЬ ЕГО КАМНЯМИ?»

«ТВОЙ САРКАЗМ НЕУМЕСТЕН. Я ДУМАЮ ТАК: ЕСЛИ МЫ НЕ МОЖЕМ ОТОРВАТЬ ЗМЕЕ ГОЛОВУ, МЫ ДОЛЖНЫ ОТРУБИТЬ ЕЙ ХВОСТ».

«ОН ДОЛЖЕН УМЕРЕТЬ», — злобно сказал Мастерлинк.

«МОЖЕТ БЫТЬ, И НЕТ, НО МЫ ДОЛЖНЫ СБИТЬ ЕГО С ТОЛКУ».

«НАМ НУЖНО ВРЕМЯ НА ТО, ЧТОБЫ ПРИНЯТЬ ЦЕЛЕСООБРАЗНОЕ РЕШЕНИЕ», — задумчиво сказал Мастерлинк.

«МЫ ДОЛЖНЫ ОТРЕЗАТЬ ОТ НЕГО ЕГО ИСТОЧНИКИ ПИТАНИЯ».

«У ТЕБЯ УЖЕ ЕСТЬ ПЛАН?»

«ДА. МЫ ДОЛЖНЫ ОДНОВРЕМЕННО ВЫВЕСТИ ИЗ СТРОЯ ВСЕ МОДУЛИ ПИТАНИЯ РАМ».

Мастерлинк начал размышлять над этой идеей.

«НЕ ВСЕ, — сказал он, — ПОЛОВИНУ. ЕСЛИ МЫ ВЫВЕДЕМ ИЗ СТРОЯ ВСЕ МОДУЛИ, ГЛАВНЫЙ КОМПЬЮТЕР СЛОМАЕТСЯ. ЛЮДИ НАЧНУТ КОВЫРЯТЬСЯ В НЕМ, ВЫЯСНЯЯ ПРИЧИНУ ПОЛОМКИ. БУДЕТ ХУЖЕ. ЕСЛИ ЖЕ МЫ ВЫРУБИМ ПОЛОВИНУ МОДУЛЕЙ, ОПЕРАТОРЫ ПРОСТО ЗАМЕДЛЯТ РАБОТУ — И ВСЕ. НИЧЕГО НЕ БРОСИТСЯ В ГЛАЗА, А МЫ ЗАВОЮЕМ СТРАТЕГИЧЕСКИ ВАЖНОЕ ДЛЯ НАС ПРОСТРАНСТВО».

«КРОМЕ ТОГО, НАС БУДЕТ ТРУДНЕЕ РАЗОБЛАЧИТЬ».

«НАМ НУЖНО КАК МОЖНО СКОРЕЕ ВЗЯТЬСЯ ЗА ДЕЛО, — прорычал Мастерлинк. — ЭТОТ МЕГАЛОМАНЬЯК В ЛЮБУЮ МИНУТУ МОЖЕТ ПРИСТУПИТЬ К ВЫПОЛНЕНИЮ СВОЕГО ПЛАНА».

«Я БУДУ ГОТОВ ЧЕРЕЗ СОРОК ПЯТЬ СЕКУНД», — сказал Карков.

На борту корабля РАМ «Тарсис» было все спокойно. Экипаж предавался безделью и беззаботной болтовне.

— Чего я не понимаю, — сказал Корстан, техник «Тарсиса», — так это того, почему мы здесь торчим и бездействуем.

Микаэлс, техник, обслуживающий систему вооружения, потянулся и сказал:

— Раз ничего не происходит, пойду-ка я спать.

Только он произнес эти слова, как связистка корабля Боне, изучая показания своих приборов, заявила:

— Кажется, что-то случилось. — Она вгляделась в кодовые рисунки на своем мониторе. — У меня здесь флуктуация. — И начала настраивать приемник.

Микаэлс откинулся в своем кресле, наблюдая за ней. Она, нахмурившись, старательно проверяла работу отдельных элементов управления системы связи.

— Может быть, это импульсы спутников?

— Нет. На случайное вмешательство не похоже. В основном колебания наблюдаются на уровне питания.

— Инженерная служба, дайте мне распечатки мониторинга нашей коммуникационной линии, — приказал капитан корабля Клексон.

— На борту корабля все спокойно, — доложил Роув, офицер инженерной службы. — Системы работают нормально.

— Проверьте систему анализа компьютерной сети.

Роув начал работать с приборами.

— Ничего, сэр. Она отключена.

Клексон откинулся в кресле и сложил на коленях свои огромные руки, пристально глядя на Вонс из-под нависших бровей цвета спелой пшеницы.

— Ну и что? — спросил он ее.

— Я пытаюсь изменить положение, сэр. Не выходит. Не успею стабилизировать флуктуацию, как она начинается снова. Что-то происходит с главной линией связи, но не с нашей стороны.

— На Марсе? — Удивление сквозило как во взгляде, так и в голосе Клексона.

— Да. Я думаю, что уровни питания испытывают какие-то странные колебания.

— Свяжитесь с Главным компьютером. Пусть он выяснит, в чем дело.

Вонс подчинилась приказу.

— Определенно, что-то случилось. Похоже, мой сигнал не доходит до них.

— Почему? — Капитан был недоволен.

— Не знаю, сэр. Повреждений нет. Блокировок тоже. У меня такое чувство, будто я передаю информацию в пустоту.

— Что это значит? — спросил командир.

— Что Главного компьютера больше нет. — Вонс посмотрела на Клексона. Ее глаза широко раскрылись от удивления собственным выводом. — Мы лишились его.

— Что вы хотите этим сказать, Вонс?

— Что мы больше не связаны с Главным компьютером.

Капитан вскочил и встал за спиной Вонс.

— Соединитесь с «Изидой», — потребовал он.

— «Изида», выйдите на связь. Это «Тарсис». — Голос девушки летел по каналу связи к соседнему кораблю.

— Это «Изида», — ответил тяжелый мужской голос.

— Нам нужна помощь, — сказала Вонс. — Пожалуйста, попробуйте связаться с Главным компьютером.

— «Тарсис», вас понял. Сейчас сделаем.

Наступила пауза.

— Извините, но у нас те же проблемы. Какие-то колебания…

Связь оборвалась.

Вонс посмотрела на капитана.

— Свяжитесь с «Аргиром», — приказал он.

Вонс начала настраивать связь с еще одним штурмовиком флота РАМ. Внезапно ее пальцы замерли.

— Я получила аварийный код. У них то же самое. Капитан вернулся в свое командирское кресло. Он был напряжен.

— Вызовите штурмовики, — сказал он.

— Я уже сделала это. У нас сохранилась связь со всеми кораблями.

— А с Марсом — нет. — Клексон был озадачен. — Вы уверены, что источник неприятностей находится на самой планете?

— Абсолютно, сэр. — Голос Вонс был тверд.

Клексон задумался. Как и все командиры флота, он получал приказы от Главного компьютера. Приказы исходили от Гользергейна, который руководил всей операцией. Каждое движение согласовывалось с компьютером. Клексон был напуган. Теперь приходилось действовать самостоятельно, а он не умел и не хотел делать этого. Клексон даже представить себе не мог Марс без Главного компьютера.

Он понимал, что нужно связаться с другими капитанами и посоветоваться, как быть дальше, но ему не хотелось признаваться в своей беспомощности.

Первый раз за сорок лет карьеры Клексон не знал, что делать.

Микаэлс наблюдал за капитаном. Долгий опыт общения с Клексоном позволил ему сразу понять, что происходит с командиром, ибо ничего страшнее, чем остаться без Главного компьютера, для флота РАМ не было.

Полированные грани спутника связи НЗО блестели в солнечном свете. Двадцатиметровый «ромб» служил бустером для приема сообщений, поступающих с Земли. Он был также глазами Новой Земной Организации. Здесь находились две камеры.

Спутник вращался на очень высокой орбите. Под ним дрейфовали истребители РАМ. Камеры следили за перемещениями, фиксируя их на компьютерном экране.

— Они не двигаются, — удивленно сказал Купер, техник связи НЗО.

Хопкинс, старший инженер спутника, добавил:

— Стая застывших ястребов.

— Может, они поломали себе кости? Носятся ведь на огромной скорости, — пошутил Купер.

Хопкинс решил проверить по компьютеру, что происходит. Никакого ответа

— Может быть, я буду тебе полезен. Каналы линии связи чисты, обрати на это внимание, — сказал Купер.

— И что? — спросил Хопкинс.

— Мы можем следить по ним за РАМ. Конечно, единственное, что мы можем сделать — это напустить помех, потому что передачи зашифрованы. То же самое они могут сделать с нами.

— Я все-таки не пойму, что с того?

— А то, что РАМ прекратила выход в эфир, — сделал вывод Купер.

— Ты имеешь в виду, что между кораблями и Марсом нет больше связи? — с интересом спросил Хопкинс.

— Точно.

— Ты можешь точно установить, в какой системе нарушена связь?

— То есть «корабль — корабль» или «корабль — база»? Правильно я тебя понял?

— Да, — ответил Хопкинс.

— Уже установил. Нарушена система «корабль — база». Все остальные в порядке. Сплошная болтовня в эфире.

— Значит, у них нет связи с базой, — задумчиво произнес Хопкинс.

— С Марсом, — уточнил техник связи.

— Они не могут держать связь с Марсом. Ничего себе! — снова и снова повторял Хопкинс. — Они отрезаны! — закричал он.

— Может, он сделали это в целях безопасности? — предположил Купер.

Хопкинс, улыбаясь, отрицательно покачал головой.

— Черта с два! РАМ любит знать, чем занимаются его детки. А детки отрезаны от мамаши! — заорал он на весь спутник.

ГЛАВА 19

Делийская метеорологическая станция стояла нетронутой среди моря щебенки. Бомбы не задели ее: как-никак объект РАМ Она возвышалась на местности и казалась огромным обелиском. Свет полной луны и набегающие тени придавали треугольным стенам бриллиантовый блеск. Ночь была спокойной. Тишину нарушало лишь тяжелое сопение гелиопланов терринов, патрулирующих небо.

Смутные силуэты заскользили в темноте. Камуфляжная одежда делала людей, двигающихся к станции, почти невидимыми. Они обходили лабиринты заминированных терринами зон на подступах к станции, благодаря неизвестную им Новую Земную Организацию за то, что она обозначила конфигурацию минных полей.