За 30 милль... на Север (СИ) - Раст Сергей

Раненый пошевелил ногами. Он хотел окликнуть Айса, расспросить того о деталях, но не смог. Боль властвовала над ним. Горело лицо, онемела рука, язык одеревенел. Неужели всё так печально? Но компаньон исчез где-то в ночи.

Айс действительно ходил за дровами. Догорающий костерок выбросил сноп искр вверх, огонь пополз по свежей охапке сухостоя, жадно заглатывая новую порцию угощения.

– Готово.

Человек у костра вытер руки о штаны, шагнул к нему.

Наёмник увидел потрёпанное обветренное лицо со щетиной. Типичный сталкер с незапоминающейся рожей.

– Я думал, ты заснул надолго, – сказал Айс, склонившись над ним. – Тебя напичкали антибиотиками.

Хантер покачал головой.

– Зря затеял эту возню, – проговорил он, кое-как опершись на локти, чтобы получше видеть лицо собеседника. – Оставил бы меня в овраге. Я почти труп. Не сегодня завтра меня грохнут. И тебя заодно. Тебя видели в лагере. А я... Убил соклановцев. Ещё час, и карательный отряд выйдет на охоту, чтобы найти и содрать с нас кожу.

– Я отдавал долг. Я не конченый и не мог оставить тебя умирать. Это подло, когда в тебя стреляют друзья. В следующий раз пройду мимо, обещаю.

С трудом лейтенант Синдикат выдавил из себя улыбку. Парень искренне верил в неписаные правила ЧЗО. Наивный.

– Они мертвы? Друзья мои?

– Да. Без шансов, – покачал головой Айс, опершись на оружие.

– Уходи, Айс. Я благодарен за помощь. Тебе опасно со мной оставаться. Я отдохну, и пойду тоже.

– Да ты едва языком ворочаешь! – ухмыльнулся сталкер, закуривая сигарету. – Сто метров не осилишь, как упадёшь. Потом опять тебя тащи. И барахло в придачу. Даже не знаю, есть ли в этом смысл.

– Ты не понимаешь. Меня ждут… Без меня они ни за цент пропадут. И…

Грешник запнулся. От боли у него сводили скулы, отчего он едва говорил.

– Это из-за денег? Бойня. Я правильно понял? – Айс с наслаждением курил, выпуская вверх облачка сизого дыма. – Контракт решил не терять. Понимаю тебя, приятель.

– Не совсем. Не в них загвоздка.

Костёр разгорелся ярче. Айс не ответил ему. Воцарилась неловкая пауза. Она длилась дольше обычного. По напряжённому лицу бродяги Грешник понял, что за раздумьями его невольного сотоварища лежит нечто большее, чем банальный ответ на простую формулировку. Он подбирал слова, нужные мысли, чтобы не сказать лишнего.

– Почему же? Твой кореш, что пытался тебя убить, взял предоплату. Увесистый аванс. Что в этой жизни важнее денег! Ни-че-го. И я говорю это наёмнику! Поверить не могу. Если так рвёшься в бой, то это точно из-за денег. И подозреваю, больших, раз к тебе подрядили киллера.

– В этот раз всё по-другому. Личное.

– Да ну! Не ври.

– Мне плевать, веришь или нет. Через час я уйду. Вздремну, приду в норму и отправлюсь в путь. Скоро рассвет.

Укутавшись потеплее, Грех прилёг на бетон. Глаза автоматически закрылись. Один час. Всего-то шестьдесят минут. Больше отдыха найм позволить не мог. Рано или поздно Синдикат спохватится и вышлет вооружённый квадр – прочесать местность.

Он прикрыл веки. Волна слабости навалилась на него по всему телу, припечатала к земле. Через минуту Грешник заснул.

2.

Сталкер вытащил другую сигарету. Спать не хотелось вовсе после таких потрясений. Он мог раз десять сдохнуть, но ему немыслимо везло.

Айс чиркнул спичкой подкуривая.

И снова он не знал, что делать. Наёмник правильно сказал. Нужно уходить, и побыстрее. Синдикат расправится с ним в любом месте, где бы ни спрятался. Теперь у него появились деньги. Тридцать тысяч баксов. Да, они кровавые и грязные, но с хрустящими банкнотами он навсегда покинет Зону. За Периметром его перестанут искать. Но Айс гнал от себя сомнения и был уверен в правоте и в том, что мучения не напрасны. Он на правильном пути. Остальное вторично. Нет чести в постоянном бегстве от себя и проблем. Человек для того и живёт, чтобы преодолевать чёрную полосу, за которой маячит белая, а в его случае, выбеленная солнцем. Иначе к чему барахтаться в этом болоте, не проще ли пустить себе пулю и дело с концом.

Гуд бай, Америка!

Хотя и здесь он не смог бы выстрелить себе в висок. Для самоубийства тоже нужно мужество и решительность, а старина Айс в очередной раз цеплялся за жизнь.

Окурок дотлел в руках. Сталкер погрузился в темноту, ненадолго, на полчаса. Дальше его ждал рассвет и очень напряжённый день. А ведь он не сомкнул глаз.

В кромешной тишине хрустнула ветка. Совсем рядом, на три часа справа. Айс потянул на себя дробовик, который сам прыгнул в руки. Он уже и забыл, что находится в гостях у самого смертоносного убийцы в Зоне.

«Ты здесь, хозяйка Рыжего леса?».

Он сбросил с себя морок, тряхнул сонной головой, прогоняя галлюцинацию ослабленного организма?! Настолько реальность была размытой перед рассветом. Но тогда ему действительно казалось, что учуял зловонный запах мускуса в пятидесяти метрах. Двуглавая кошка следила за ними внимательными злыми глазками неподалёку. Наблюдала за теми, кто без спроса вторгся в её логово.

«Не бойся, человек! Я тоже устала».

Очнулся Айс на земле, лёжа на боку. Под ним лежало оружие. Ствол «Сайги» неприятно вжимался под рёбра, причиняя дискомфорт. Собственно, поэтому он и продрал глаза.

«Мать моя женщина!» – невнятно пробормотал пересохшими губами очнувшийся человек. С растерянным видом он вскочил на ноги, хватая дробовик. Его глаза зыркали по сторонам в поисках опасности. Но напрасно он пытался разглядеть скрытую угрозу: людям ничего не угрожало: ни агрессивные мутанты-злодеи, ни аномальные образования. В пяти метрах, завернувшись в спальник, мирно посапывал раненый. Тревога оказалась ложной. Однако это не умаляло тот факт, что он заснул на посту посреди Зоны. Эта оплошность могла стоить им обоим жизни.

Проклиная себя и непрерывно зевая, Айс принялся собирать разбросанные вещички. Затем он смочил глаза водой, проверил оружие, глянул в навигаторе на карту местности. До севера оставалось пройти всего два километра. Пустяк! Он проведёт Грешника до нужного указателя. Кривая берёза рядом с болотом. Такой ориентир дал ему небезызвестный Сильвер.

Часы на коммуникаторе показывали 7.10 утра. Что же, пришло время разбудить Грешника.

Особо не церемонясь, Айс ногой саданул по колену сопящего раненного.

Тот не просыпался.

– Вставай, мужик! – сказал сталкер, и несильно рукой потряс спящего за плечо.

Наёмник не отреагировал.

Тогда сталкер склонился над лежащим человеком, проверить состояние.

– Ну! Давай же, подымай свой зад! – пробормотал Айс.

Грешник никак не хотел просыпаться. Выглядел он весьма паршиво. Мокрые от крови и мази бинты окончательно съехали с лица, открывая ссадины и жуткие царапины от падения в колодец. Кое-где струпья покрылись коркой. Поначалу Айс подумал, будто калека откинулся в мир иной, настолько хреново он выглядел, но спустя минуту найм пошевелился и открыл веки.

– Здрасти! – бросил ему с ходу Айс. – Солнце взошло. Нам пора идти.

Раненый пришёл в себя не сразу. Первые секунды он осоловело переводил взгляд с одной точки на другую, не понимая происходящего. И только затем он сказал:

– Я просил тебя разбудить час назад.

Его собеседник хмыкнул в ответ:

– Один час ничего не даст.

– Ты ничего не понимаешь.

– Надо было тебя пристрелить, – брякнул Айс, и сковырнул носком податливую почву. – Хотя да, ты прав, подымай свою задницу, я проведу тебя в преисподнюю.

Грешник не ответил. Он копил силы для того, чтобы подняться на ватных ногах. Наркоз и лекарства отпустили его, вернув обратно боль и неприятные ощущения практически по всему телу. Превозмогая желание вновь закрыть глаза и понежиться на топчане, он сумел без посторонней помощи подняться на ноги.

Следующие пятнадцать минут ушли на сборы. Раненый, корчась от боли, оделся. Разобранный бронник он пришвартовал к рюкзаку, который весил, считай, тонну. Сталкер с любопытством смотрел за неловкими движениями наёмника, который не решался попросить у него помощи. Интересно, а как Грешник в таком состоянии будет выживать. Он больше не боец. Ему бы отлежаться три дня. А ведь они на данный момент находились на окраине Красного леса – одной из самых опасных локаций в ЧЗО.