За 30 милль... на Север (СИ) - Раст Сергей

Наёмник поморщился, помотал слегка головой.

– Поговаривали пацаны, что Сильвер входил в их ряды неких Искателей. Есть у него фишка такая – вскрывать чужие тайники. Диггеры специализировались на этом.

Айс шумно вздохнул.

– Ясно.

Сталкер вдруг вспомнил, как сутками раньше нашёл закладку Фаната. Без хабара и припасов, хотя подлец уверял, что там полно́ информации и денег. Вместо добра лежал листок в клеточку с нарисованной фигой. Уж не почерк ли это самого́ Сильвера?

Дальше Грех не стал ничего говорить. В лицо вдруг подул сильный, сырой протяжный ветер, что поднял в воздух мириады частичек пыли, мелких листьев и веток. По команде они синхронно напялили дыхательные маски. Грешнику это далось нелегко. Его незажившее лицо отозвалось ноющей болью. Пришлось терпеть. Лучше такой исход, чем вдыхать радиоактивную пыль лёгкими.

Повеяло прохладой и гнилью. Излучина реки извивалась в шаговой доступности. Впереди высилась водонапорная башенка Бенёва, рядом с ней – полуразвалившееся здание коровника. Они вышли на заливные луга. Когда-то наверняка находилось пастбище с сочной зелёной травкой. Сейчас здесь было сухо, хотя весной, когда река выходи́ла из берегов, на лугах повсеместно стояла вода. Добраться к Припяти будет непросто.

Грешник снова затормозил. И вместе с ним нагруженный Айс.

– Всё. Мы пришли. Дальше я пойду один, – пробормотал через респиратор наёмник.

4.

«Ты нужен ему».

Айс отчётливо вспомнил, при каких обстоятельствах сказал ему эту фразу Сильвер. Куча трупов, темнота, и появившийся из ниоткуда деловой наглец с замашками философа. Легенда местного пошиба, оказывается. Сказанные слова крепко запали в его голове. И вроде не слушал он тогда его, старика. Видимо, тот действительно знал нечто, что не ведомо простым смертным. Этот бродяга в военной форме определённо видел людей насквозь, отчего Айсу казалось, будто Сильвер умеет читать мысли. Понятно, что он человек из плоти и крови, хотя наёмник утверждал обратное. Легенда? Странно, он всегда думал, что мистические покорители Зоны должны выглядеть по супер-геройски, с супер-способностями и умениями. И не во плоти, а в некотором роде в виде материальной субстанции или проекции, что появляется из ниоткуда и затем также неожиданно исчезает. Но не язвительным пройдохой с отвратительным характером.

Оказалось, старый пират не так прост. Он показал себя хорошим манипулятором: говорил правильные слова, подтрунивал над ним, давил таким образом на больную мозоль. Что хуже всего, говорил сущую правду. Неудивительно, что Айс дрогнул, поддался наваждению, хотя разумный голос внутри пытался возразить обратное. Разве он сам не был в опасности на тот момент? Полгода бедняга Айсберг скитался по Зоне неприкаянным беглецом, жил в постоянном страхе получить пулю от подосланных убийц, рисковал головой из-за преступлений, совершённых другими людьми, что хитростью втянули его в свои грязные игры. Сколько раз его опрокидывали знакомые подельники, говоря красивые слова о дружбе, преданности и долге! Часто он жалел о том, что не убил подонков, сохранив им их гнусную жизнь. Похоже, прав был Сильвер, считая его тряпкой.

Интересно, какой реакции добивался старый пират? Неужели он пытался достучаться к нему избитой фразой, давал понять, что таким образом личность остаётся личностью, а не беспринципным животным. Добро всегда труднее совершать, чем зло. Любое благородное дело порождало массу проблем. Подбери на улице маленького котёнка – и ты в полной мере ощутишь последствия гуманности. Мы в ответе за тех, кого приручили. Прошёл бы мимо – и окружающие люди промолчали. Всем плевать! И даже если собственными руками утопишь несчастное животное, ты и здесь будешь прав! Своим аморальным проступком ты разом избавляешь животное от дальнейших страданий голодом, холодом и жестоким обращением. Вероятность, что котёнок попадёт в приют или в хорошие руки, или просто выживет в многострадальном огромном мире, ничтожно мала. В подобном положении очутился и Айс. Он мог убраться восвояси после стрельбы, и с Синдикатом не возникло бы проблем. Но сталкер выбрал наихудший вариант – спас раненому жизнь.

Знал ли старый хитрец, что Айс был обязан жизнью Грешнику. Если бы не он, история Айсберга закончилась пятнадцать часов назад. По чистой случайности тот заглянул на шум – и вмешался. Наёмник не раздумывал ни секунды, поступил, как считал нужным. Чужие разборки он сделал своими, и плевать хотел на последствия. Любой другой человек прошёл бы мимо, но не Грешник. Будь на его месте Айс, они оба погибли с разницей в пару часов.

И теперь он находился перед выбором. Рискнуть, как это сделал Грешник, рванув вперёд без оглядки, или трусливо двинуться в обратном направлении, оказавшись в привычной для себя обстановке страха, сомнений и неуверенности.

Впрочем, Сильвер всё-таки прав. Этот бродяга не обойдётся без помощи, несмотря на мужество и сумасбродство. Он умрёт, если только Айс не пойдёт с ним до самого конца.

На Север.

Путники остановились. Шедший впереди наёмник развернулся навстречу своему невольному попутчику:

– Всё! Пришли! Дальше я сам…

Грешник протянул ему руку.

– Спасибо! Я никогда этого не забуду, дружище.

Глава 31. Последняя

Глава 31. Последняя

1.

Берёза с искривлённым стволом росла у само́й воды на небольшом острове. Найти деревце оказалось не так просто. Всё-таки им пришлось продираться через высокую траву и по щиколотку в холодной воде. Мёртвой и гнилой. От неё воротило до рвотных колик. Первым нужный ориентир заприметил Айс, более рослый, чем напарник.

– Смотри, вот она!

Они ломанулись к ней напрямик, но через десять шагов отказались от этой затеи. Вода поднялась выше колен. То там, то сям попадались ямы, где глубина доходила уже до пояса. Поэтому им пришлось преодолевать препятствие, громко хлюпая и шурша осокой. Минут через тридцать они нащупали спасительный брод, и выбрались на сухое место. Перед самим деревцем сталкеры наткнулись на слабенькую «мясорубку», что гоняла по кругу мелкий мусор.

– Зона напомнила нам о своём существовании, – Грешник опустил рюкзак и тяжело плюхнулся на землю.

– И о нашей ничтожности, – возразил ему сталкер. – Вот и кривое дерево. Так Сильвер говорил, выход здесь.

– Почему-то я не удивлён.

– Зря ты так.

– Прикинь, бро, а ведь нам остался всего один шаг до Севера. Слышал, погода там мерзкая, люди дикие, места гиблые. Не передумал ещё? – Грешник достал из кармана пачку сигарет и закурил.

– Нет.

Айсберг с интересом и потаённым страхом вглядывался в даль. Отсюда открывался неплохой вид на окрестности. Перед ним простиралась испещренная затонами и заливными лугами речная долина, чахлые мелкие кусты; в пятидесяти метрах блестела гладь широкой реки с отравленной водой и почвой в этом месте; чуть поодаль клубилась дымка утреннего тумана. С востока его взгляд различал едва видимые истуканы-высотки призрачного города. Верхние этажи многоэтажек Припяти утопали в молох очных облаках, что низко нависли над городом. Они подошли к рубежу их нелёгких странствий, которые могли стать последними. Осталось пересечь черту, чтобы начать новую главу приключений. Впервые за долгое время Айсберг не пожалел о выборе. Он больше не раб своих страхов, и поступал правильно, как подсказывала ему совесть. За эти годы, проведённые в Зоне, он и позабыл, каково это – оставаться человеком.

Сталкер обошёл аномалию по воде, и наткнулся на тщательно спрятанную старую рыбацкую лодку, закиданную сухой травой. Плавсредство наполовину затонуло, так что с трех метров напоминало корягу, облепленную тиной.

– Нашёл. Здесь лодка, – проорал компаньону сталкер.

– Здорово!

Грешник второй раз за их вояж улыбнулся. Улыбка вышла искренней и тёплой.

– Иди сюда, у меня тоже есть сюрприз.

Айс послушно пошлёпал на место вынужденного привала. Бережно и аккуратно лейтенант Синдикат вытащил из-за пазухи сложенную в четверть миллиметровую бумагу и развернул её во всю красоту.