И пришел Лесник! 8 (S-T-I-K-S) - Василий Лазарев

двести метров монстр замедлил движение. Здесь подземный туннель переходил из вертикального в горизонтальный и был перегорожен решёткой с крупной ячейкой. В отверстие проходили тела людей и нейромантов других задерживались и в итоге смещались вправо в отдельный проток. Благодаря картинке мы увидели, что Ктулху не пролезет в боковой проход, самое большее, что могло туда пройти был бык. Ктулху подплыл вплотную к решетке и обхватил прутья своими щупальцами. Тела нейромантов проникали через решётку и плыли дальше. Поток уменьшался и уже не занимал всю апертуру туннеля, превращаясь в подводную реку. «Вода» в реке на протяжении последующих ста метров окрашивалась зелёным и в ней растворялось все тела, что приплывали сверху. Вот так фокус! Выдержал бы скафандр Астры? Дальше, насколько хватало «взгляда» фронтальной камеры «вода» превращалась в некое подобие питательного желе из тел, прошедших через кислотный барьер. Этот уже неагрессивный бульончик заполнял собой большое озеро, над которым висело нечто. Само озеро размерами достигало футбольного поля и находилось в базальтовой пещере с высоким сводом.

Размерами Чёрный мозг не уступал Ктулху и был абсолютный чёрный. Папаша Кац предельно чётко описал его. Над озером из тел висел мозг человека повторяющий оригинал с поражающей точностью. Все извилины, все пропорции, все изгибы. Абсолютно всё, только размером в поперечнике как Ктулху. Ну и ну! От решётки, где застыл Ктулху было хорошо видно, чем занимался Спящий. Но совершенно непонятно, как он держался над озером. Судя по его размерам, весил он тоже как дом Советов, но от его нижней части в озеро опускалось несколько пульсирующих труб солидного размера. Ими он видимо забирал питательную жидкость паря над озером. Была ещё одна полупрозрачная труба исходящая из самого мозга, оттуда, где у людей расположены лобные доли. Она была гораздо больше труб забирающих бульон из озера, по ней на небольшой балкончик в скальной породе непрерывно выходили различные монстры. Преимущественно нейроманты, но по итогам пятиминутных наблюдений там хватало всех модификацией. Меня передёрнуло от брезгливости.

— Вот они откуда всё прут, — ахнула Наташа.

— Ну и Древние, мать их… — проскрипел папаша Кац. — Какое же говно они выпустили наружу.

— Астра говорило, что в результате аварии, — напомнила Кобра.

— Да за такие аварии к стенке надо ставить, — сказал Нибелунг. — Учёные эти куда смотрели? Такую тварь на свободу выпустили.

— Спящий, обычный комплекс для терраформирования почвы. Для дальнейших посевов. Чернозём этот говнюк должен был делать на заданных участках грунта, — во всяком случае так было со слов Астра, когда она мне рассказала, что убежало из лаборатории.

— Чернозёма он наделал, но только неправильного, — пробурчала Кобра. — Лесник, что дальше? Ктулху-то застрял.

— Не, он просто нам дал картинку в соответствии с программой, — успокоил её папаша Кац. И правда осьминог начал движение. Он ухватился за решётку, распределив по три щупальца с каждого края и начал сжимать её к центру. Она угрожающе затрещала, из стены посыпалась порода и Ктулху выдернул глубоко замурованные в стены прутья. Конструкция зашаталась, и осьминог отбросил её вперёд. Металлическая решётка тут же ушла на дно освободив проход общей массе. В озеро хлынуло всё что принёс поток растворяясь в последующем кислотном барьере. Осьминог упёрся в свод пещеры, и как паук полез по потолку. Он переставлял одно щупальце, держась другими пятью присосавшись к каменному потолку и полз дальше. Медленно, зато уверенно. Внизу в потоке растворялось всё что в него попадало. Что за кислота такая мы тоже знали, познакомившись с ней очень близко. Именно ей Чёрный мозг заправлял в «чужих».

— Вот хитрец, — папаша Кац обрадовался, как ребёнок, наблюдая за осьминогом, крадущимся по потолку.

— Ну хоть что-то получилось у Древних, — облегчённо вздохнул Нибелунг. Ктулху тем временем выбралась из малой пещеры и полез на стену уже в большой. Купаться он больше не хотел и решил подобраться к Чёрному мозгу по суше спрыгнув на него сверху. Спящий подал первые признаки беспокойства. Поток выходящих по широкой трубе иссяк, те кто уже стоял на балконе перед туннелем уходящим наверх тоже обеспокоенно крутили головами.

— Не фига они не сделают, — злорадно потёр рук знахарь. — Сам мозг вообще ничего сделать не может, прикован намертво, а эту шелупонь Ктулху на раз разгонит.

— Это уж точно, — кивнул Нибелунг. — Лесник, ждём, когда он над ним будет?

— В принципе да. В идеале если он на него сверху свалится, тогда можно будет взрывать.

— А он сам раньше не может взорваться? — настороженно спросила Наташа.

— Пока вроде не взорвался, — как эхо ответила Кобра, приняв человеческий облик.

— Ползёт! — Ктулху уже было точно над Чёрным мозгом. Тот дико нервничал, сокращая свои извилины. По ним шли волны умственных усилий и не находили решения. Руки он себе забыл отрастить, а теперь уже и поздно было. Его недавно вылупившиеся создания не знали, что делать и размахивали конечностями создавая панику. Из туннеля уходящего наверх показались ушедшие ранее, началось столпотворение. Вниз с балкона в озеро посыпались не уместившиеся на узком выступе нейроманты. Озеро забурлило от купальщиков.

Чёрный мозг попробовал оторваться от большой трубы, по которой ранее шли нейроманты и даже умудрился оторвать её. Она так и повисла, прилепившись одним концом к балкону. Чёрное существо пронзительно запищало, издавая ультразвук, что даже мы поморщились. Камеры передали, что там творилось. По изображению пошла рябь и Ктулху в свою очередь затрубил на всю пещеру. Многократно усиленное эхо оглушило уже Чёрный мозг, и он перестал верещать замолчав. Внутри него всё пульсировало, он был крайне раздражён и всем своим видом показывал, как он недоволен.

— Не нравится, — сказала Наташа. — Конец тебе, гондон драный.

— Богом себя возомнил, думал неприкасаемым, стал, — радостно воскликнул папаша Кац. — Теперь уже не отвертится.

— У него вся поверхность пузырится, это нормально? — спросил Нибелунг.

— Здесь нет экспертов, но что можно сказать точно, он боится, — заключила Кобра.

— Пока бы уже, а то вдруг свалит? — прошептал Нибелунг.

— Куда? Сам себе склеп вырыл, — рассмеялась Наташа.

Ктулху дополз до середины свода и застыл. Затем продолжил движение, прицеливаясь, чтобы точно упасть Чёрному мозгу на лысину. Остановился на секунду и отцепился от потолка, отлепив все свои присоски полетел вниз. Прыжок его был точен, он плотно обхватил своими щупальцами Чёрный мозг приземлившись тому прямо на макушку. Спящий