И пришел Лесник! 8 (S-T-I-K-S) - Василий Лазарев

— Тогда мы с Коброй, — сказал папаша Кац. — Не боишься меня, красотка?

— Боюсь, а что делать, — пожала плечами Кобра и рассмеялась.

Доместос помог мне переложить Астру на узкую кровать. Она так и не проснулась, когда мы её ворочали. Я уже засомневался, не впала ли она в кому, но знахарь заверил, что она просто спит и пошёл к себе. Мы остались с Наташей.

— Ложись, спи. Я немного посижу, — я показал ей на вторую кровать.

— Боюсь ты здесь не поместишься, Женя, — Наташа улеглась и накрылась одеялом.

— Значит просто посижу на стуле. Она просила меня проследить за ней, и когда она впадёт в кому не дать ей мучиться.

— За что нам всё это, — вздохнула Наташа.

— Спи.

Глава 28

Астра

Я уснул на стуле держа за руку Астру. Она металась во сне, шептала и звала Крена, как я понял своего первого помощника. Порой у неё поднималась температура да так сильно, что я порывался пойти за папашей Кацем. Под утро она затихла, температура спала, и она наконец-то успокоилась, дав поспать немного и мне. Проснулись мы от сильного стука в дверь. Я очнулся на стуле и обнаружил, что держу в руках пистолет, направленный в дверь.

— Кто? — крикнул я.

— Свои, — донёсся из-за двери голос папаши Каца. — Открывай, Лесник!

Я встал на деревянных затёкших от долгого сидения ногах, и как паралитик пошлёпал к двери. В комнату к нам ворвались знахарь и Кобра.

— Они пошли на штурм, — с порога заявил папаша Кац.

— Кто они? Нейроманты, дедушка? — спросила Наташа, протирая глаза.

— Да, внучка, они проклятущие, — прокаркал Изя Кац. — Валят по мосту как по проспекту, нам повезло, что он всё-таки он узкий. Пока Доместос сдерживает кое-как. Зовёт всех на помощь.

— Да, конечно, — разминаясь сказал я. — Сейчас идём.

— Хоть бы одно утро прошло без эксцессов, — зевнула Астра. — Жень, я кричала во сне?

— Нет, но металась с температурой. Как сейчас?

— Легче. Я бы даже сказала волшебно, но это ненадолго, — сказала Астра, копаясь в своём рюкзаке.

— Почему? — не понял я.

— Обычно перед тем, как… люди ненадолго чувствуют себя намного лучше, — сказал папаша Кац.

— Астра, не пугай меня, — начал я.

— Не надо, Жень. Обо всём уже поговорили. Папаша прав, это ремиссия, краткосрочная. Идём, я готова, — она что-то нашла в рюкзаке и просветлела. — Я только забегу в дамскую комнату.

На набережной мы были минут через двадцать. Здесь уже вовсю шла мясорубка. К переходу с нашей стороне подкатили второй ДШК и установили на прямую наводку. По заслонке пёрли толпы нейромантов и заражённых. Местные заражённые в штурме участия не принимали и только успевали хватать свалившихся с моста подраненных наступающих заражённых. Нейромантов и «чужих» они не трогали. У первых жрать было нечего, а вторых невозможно. Всех остальных же они с удовольствием пожирали. Они мне напоминали стаю уток под мостом ожидающих крошек хлеба и яростно набрасываясь на них расталкивая всех в округе. Ктулху видно не было, возможно он спал и ничего не слышал или ему было глубоко наплевать на эти игры.

По мосту пустили быка. Он еле втиснулся между двумя парапетами и давя своими толстыми лапами ещё подающих признаки жизни монстров понёсся вперёд. Его широкий лоб и круглые бока, увешанные косичками свалявшейся шерсти свисающие с обеих сторон прохода, занимали всё пространство прохода. Он пёр вперёд как асфальтовый каток давя и плюща всё, что оказывалось у него под копытами. ДШК такую дуру в лоб не пробивал. Всё-таки был маловат калибр.

Здесь уже стояли и наши собиравшиеся с мест ночлега. У людей Нибелунга были экзоскелеты с ракетами. С ними бой пошёл веселее. Быка удалось остановить на середине моста несколькими ракетными залпами. Он заревел в агонии, из расколотого черепа потекли мозги, он закачался, балансируя над бездной с одной стороны и водой с другой. К всеобщему удовольствию он всё же свалился в воду и тут же пошёл ко дну. Примерно сотня местных заражённых водоплавающих нырнула за ним вцепившись в тушу. От быка за минуту остался голый скелет, который плавно опустился на дно. Ничего удивительного эти «рыбки» были почище пираний и также быстро разделали суперэлитного крокодила. Единственного, кого они боялись был Ктулху, на остальных они клали толстый болт.

На той стороны моста раздался возглас разочарования и вместо быка нейроманты пустили собак и чужих. ДШК отложили в сторону, дабы зря не расходовать боеприпасы. За дело взялись ракетчики Нибелунга. Сам карлик залез повыше и руководил боем. Несколько волн собак и чужих были отражены, заслонка местами стала плавиться от кислоты. Но успеха монстры не добились и тогда стремительно, буквально размазываясь в пространстве на мосту появился Призрак. Я сталкивался с ними под даром и знал, что они способны развивать такую скорость, но к этому финту не был готов. Появившись недалеко от передовых отрядов Нибелунга, он нанёс ментальный удар невиданной силы. Люди застыли даже, находясь в экзоскелетах, которые вроде бы немного предохраняли от таких штук. Вслед за первым ударом Призрак повторил ещё два раза полностью деморализовав защитников. Боевые порядки дрогнули. Кто-то упал, дёргаясь в конвульсиях, кто-то схватился за голову и побежал, не разбирая дороги. Некоторые даже умудрились свалиться в канал. Призрак продолжал и дальше издеваться пока издалека не получил несколько ракет. Они прилетели на пределе своих возможностей из тыла разорвавшись перед ним. Призрак счёл за лучшее отступить, но пустил вместо себя ящеров.

Помогая себе щупальцами, они ловко маневрировали, уходя от шквального заградительного огня. Подпрыгивая вверх, прижимаясь к полу, иногда даже соскакивая в воду и тут же взбираясь назад. По воде они вообще двигались как водомерки и ловко избегали зубов обитателей канала. Пулемётный огонь не мог остановить всех, ракет оставалось мало и Нибелунг приказал их беречь. Местные попытались применить гранатомёты, но они всё-таки были не такие эффективны как ракеты. От летящей гранаты заражённые уходили легко. И только пользуясь общей скученностью на мосту они наносили урон. Наташа не вытерпела и присела перед мостом на корточки положив ладони на бетонный пол. Мощный поток инея выплеснулась навстречу ящерам и тотчас заморозил их, заставив замереть