Цель оправдывает средства. Том четвертый - Илья Сергеевич Модус

— «Маршал Синилиан», «Маршал Пустос», «Генерал Никс» и «Маршал Хэллаген» заходят с правого и левого флангов ударными отрядами, — сообщила ГЕМИНИ. Но Трахта видел это и своими глазами. За долгое время «штабной» службы привычка оценивать театр военных действий с точки зрения стороннего наблюдателя посредством голографического тактического проектора, плотно въелась в подкорку. — «Адмирал Вар», «Адмирал Ширано» и «Адмирал Кривз» двигаются в нашей нижней полусфере.

Ну, а «Берсерк» — флагман эскадры «Легенда» — находился в центре этой формации. И в настоящий момент первый в своём подразделении звёздный разрушитель типа «Рассекатель III», наряду с восемью остальными своими «систершипами», выпускал истребители и перехватчики, которые устремлялись вперёд, туда, где плавали в космической пустоте безмолвные орбитальные станции типа «Звёздная крепость». Всего две, учитывая, что на орбите их по штату должно быть не менее десяти. Как и «Память Вайкена»… Впрочем, теперь понятно, откуда на орбите столько космического мусора.

— ГЕМИНИ, — обратился гранд-мофф к управляющему дроиду. — Статус станций?

— Обесточены, сэр, — произнесла она. — Регистрирую следы сражения. Обе станции критически повреждены. Реакторы заглушены, экипаж эвакуирован или мертв.

— Отправь на борт каждой станции по роте «небовиков» и технические команды, — распорядился Трахта. — Я хочу знать, насколько эти станции могут быть нам полезны.

— Информация направлена исполнителям, — донёсся до него голос ГЕМИНИ.

— Попробуй установить связь с поверхностью, — произнёс гранд-мофф следующий свой приказ. — Также выпусти челнок — пусть разместят временный ретранслятор. Нам необходима связь с Империей без каких-либо проблем.

— Выполняю, гранд-мофф, — голограмма ГЕМИНИ на мгновение замерла. Затем, дроид произнесла:

— Канал связи установлен. На поверхности идёт бой. Подразделения Закуульской гвардии находятся в окружении, имеется большое количество раненных. Внимание! Фиксирую четыре эскадрильи «крестокрылов», поднимающихся с поверхности планеты. Сигналы транспондеров отключены. Предположительная идентификация — противник.

— Сообщи гвардейцам, что мы прибыли, запроси информацию о ситуации на поверхности, и начинай высадку десанта при поддержке сопровождения, — приказал Трахта. Размяв шею, он с горькой улыбкой посмотрел на отметки кораблей противника, приближающиеся к его флоту. Противника, некогда бывшего их собственными гражданами.

«Вторая крупномасштабная гражданская война на моём веку», — подумал он.

— ГЕМИНИ, свяжись с кораблями этих идиотов, — произнёс он. — Предложи сдаться. Меньше всего мне хочется устраивать тут резню…

— Сэр, они игнорируют запросы на соединение, — ответила ГЕМИНИ.

Гранд-мофф покачал головой.

— Резня, так резня, — произнёс он. — Приказ всем пилотам и десантникам: найти и уничтожить противника. Пленных не брать.

— Информация направлена исполнителям, — равнодушно ответила ГЕМИНИ.

И всё же, есть что-то привлекательное в том, чтобы быть дроидом. Никаких эмоций, только лишь эффективность. Ни больше, ни меньше.

«Часовой» буквально рухнул на поверхность площадки, опоясывающей главное административное здание компании «Инком». Посадочные опоры, подломившись с протяжным стоном металла, сплющились под многотонной тушей десантного челнока.

— На выход! — скомандовал командир 12-го штурмового корпуса маршал клон-коммандер Смоук. Бойцы, не впечатлённые красотой полёта и приземления, рванули наружу, на ходу готовясь к бою. Пусть у противника здесь и не профессиональная армия, всё же разумные из службы безопасности — обученные бойцы. Не ясно лишь почему они не на стороне Империи. Однако, это уже мало кого волнует.

Корабль упал слишком далеко от точки высадки: фактически в зоне подконтрольной противнику. Но и это было чудом. Чудом, сотворенным теми, кто сидел в кабине этой изувеченной машины. До тех пор, пока их не протаранили.

Нужно выбираться и пробиваться к своим. Рота штурмовиков посреди врагов. Они не продержатся и пяти минут после того, как противник поймёт, что они все живы.

— Пробиваемся к зоне высадки! — скомандовал маршал.

Смоук покидал корабль последним. Он остановился возле деформированного люка, разделяющего кабину пилотов и десантный отсек. На мгновение, сквозь шум боя, он услышал тихий стон. А система жизненных показателей молчала. Стон повторился. К хатту электронику. Там живой!

Сквозь разрывы металла в переборке, он легко проник в изуродованную кабину.

Половина отсека была снесена начисто — таранный удар подбитого «крестокрыла» не оставил бы им шансов на выживание. Если бы пилот не смог перевести машину из горизонтального в вертикальное положение и таран не пришёлся бы на половину кабины, проигнорировав дефлекторный щит, то… Скорее всего они бы погибли ещё в воздухе.

Второй пилот находился в своём кресле. Правая рука отсутствовала, гермошлем — расколот и его части где-то потерялись. Аппаратура шипела горением изоляции и фонтанировала искрами. И одного взгляда хватило бы для понимания.

Единственная оставшаяся у клона-пилота рука сейчас намертво вцепилась в рукоять штурвала. Мелко подрагивала. Только сейчас Смоук понял, что на месте рукава комбинезона у пилота лишь одна сплошная кровоточащая рана.

Глаза брата были закрыты. Из-за мешковатости комбинезона сложно было понять, дышит он или нет.

Смоук приблизился, отпихнув ногой изувеченный бортовой компьютер, лежащий в проходе. Подойдя к ложементу, понял, что сквозь дыру в кабине внутрь попадает шум боя на Ллвеке, где его бойцы уже вовсю орудовали, уничтожая мятежников. А также понял, что этому кораблю никогда более не удастся взлететь — судя по показаниям приоров, топливные баки пробиты. Вскоре изувеченный десантный челнок вспыхнет и сгорит, если не взорвется раньше.

Ноги пилота перебило шпангоутом и сейчас бёдра комбинезона прорвали две молочно-белые кости. Смоук попытался было вытащить зажатую деформацией кабины ногу, но у него ничего не получилось.

— Б…больно… — донёсся хриплый голос со стороны пилота. Маршал распрямился, уставившись на знакомое с рождения тело. Пусть у них одно лицо, но клон-пилот из «каминоанских», выращенный ещё для службы в Великой Армии Республики. Но от этого он не переставал быть братом.

— Сейчас полегчает, — Смоук вынул инъектор с обезболивающим.

— Н-не… На-а-до, — тихо прохрипел пилот. — Те… бе… нуж… нее…

— Мы тебя вытащим, — заявил маршал-коммандер. Привлечённый шумом в десантном отсеке, вскинул винтовку. Но это оказался лишь Евгум — Имперский рыцарь, действующий совместно с клонами.

— Н-ет, — облизнув губы, едва слышно вымолвил пилот. — Ске-елет… сло…сломан… больно…

— У