Цель оправдывает средства. Том четвертый - Илья Сергеевич Модус

— Однако, — раздался вкрадчивый и мелодичный голос. Исходил он почему-то не из уст молодой и привлекательной девушки с относительно короткой стрижкой, склонившейся надо мной. Её пухлые губы и по-детски открытые глаза смотрели на меня с вниманием и чуткостью. А также в них можно было различить толику беспокойства, нежности и заботы. И пусть голос не принадлежал этой юной красавице, но вот небольшая колбочка с серо-зелёной жижей, источающей тот самый отвратительный запах, держала именно она. — Я думала, придётся идти на более жёсткие меры.

— В этом нет необходимости, — заявила красавица, отходя от меня. — Раздражитель его уже пробудил…

— Точно? — а вот прекрасный голос источал недоверие. Да за что же со мной так? Почему тело задеревенело и ощущается таким лёгким, далёким… И что это за отсек такой? На изолятор или медицинскую палату не похож — слишком уж как-то просторно, да и предметы утвари, которые я мог разглядеть глядя перед собой, были совершенно далеки от тех, что применяют врачи…

А в следующее мгновение я уловил слабый оттенок угрозы. Не смертельной, но неприятной и…

Мою правую щеку обожгло одновременно с хлестким звуком пощёчины. Руки непроизвольно дёрнулись к части лица, опороченной членовредительством… Ещё одной красавицы. Но на этот раз — чуть выше ростом первой, одетой в тканевый комбинезон. Ах, какие у неё чудесные чёрные как смоль волосы, увивающиеся крупными локонами. Даже легкий прищур бездонно прекрасных глаз — и тот шёл ей, добавляя в её юную красоту оттенок стервозности.

— Зачем ты это сделала? — требовательно поинтересовалась у второй девушки первая красавица. Голос у неё более юный, но мелодичный. Чуть более строгий. Она тут главная? — Я же сказала — он пришёл в сознание!

— Да ты посмотри на его взгляд! — прекрасным юным голоском прошипела курчавая девушка. — Он смотрит на меня, как на пустое место! И на тебя тоже, между прочим, Обри!

— Оли, у него в мозгах копались двое суток! — неодобрительно сказала коротко стриженная красавица. — Возможно выставлены психологические барьеры или что-то подобное… Дай ему время — мозг должен всё вспомнить.

— А объясняться с остальными по поводу, почему это он лежит тут и прохлаждается, мне прикажешь? — недовольно сморщила носик обладательница прекрасных кудрей, названная Оли. Они обо мне говорят? Если да, то почему таким недовольным тоном, я же ничего не сделал?!

— Оли, — коротко стриженная девушка недвусмысленно указала курчавой в сторону прямоугольного проёма в стене. Дверь? — Оставь нас, пожалуйста! Его мозг должен ухватиться за что-то знакомое и близкое, чтобы всколыхнуть воспоминания. Ашша и Кира перестарались, похоже…

— Главное, чтобы не сделали его полным идиотом, — фыркнула черноволосая красавица.

— Ты такая смелая, потому что он сейчас ничего не понимает? — уточнила коротко стриженая.

— Меня он никогда не обидит, — черноволосая красавица бросила в мою сторону подозрительный взгляд и отчего-то потёрла горло рукой. Изящной маленькой ручкой, такой прекрасной, наверняка нежной.

— Поэтому ты его ударила? — уточнила та, которую черноволосая назвала Обри.

— Это не самое плохое, что я в отношении него делала, — с независимым видом произнесла та, которую Обри назвала Оли. Это имя такое? Великолепное. Я даже мог бы в неё влюбиться, но что-то мне не даёт воспылать к этой девушке чувствами… Словно… Какие-то странные ощущения… Будто… Много прекрасных девушек и женщин… И я один… Почему так? Я в рабстве у женщин?! Почему я не могу пошевелиться?! И что это ещё за колодки на моих руках и ногах, поблёскивающие энергией и словно щекочущие мне кожу, не могу из-за них сосредоточиться. Не больно, но… Очень неприятно.

— Куда это он смотрит? — наморщила носик Обри. Затем неодобрительно посмотрела на Оли. — Ты же должна была отключить шоковые браслеты!

— Да ты бы видела, какая у него была блаженная мина на лице, пока они работали во время его беспамятства! — ещё раз сморщила носик Оли. — Тем более, там минимальный режим выставлен. Они даже не шумят! А он зато отдохнул как следует! Может быть после такого релакса добрее к людям станет?

— Напомни мне никогда больше не обращаться к тебе за помощью, — произнесла коротко стриженная Обри, выключая щекочущие меня устройства. Красавица посмотрела на меня с надеждой. — Император, с вами все в порядке?

Э-э-э-м… Что? Я? Император? Да ну, вы чего, я же просто…

Раскалённый песок, буквально поджаривающий лицо. Горячий ветер. Звуки стрельбы. И боль в груди от попадания бластерного выстрела.

Что это? Арена Петранаки? Джеонозис? Нет, я же лежу в кровати!

— А-А-А-А-А-А-А-А! — крик, подобный грому, вырвался из моей груди, когда голова буквально взорвалась от картинок мест, событий, персоналий. И всего-всего, что я пережил за свою недолгую жизнь.

— Выходим из гиперпространства, — доложила ГЕМИНИ, материализовавшись справа. Как и положено хорошо обученному старшему помощнику капитана. — Все системы «Адмирала Страйкленна» приведены в состояние боевой готовности. Члены экипажа заняли свои боевые посты, объявлена «красная» тревога, истребители и перехватчики готовы вылететь по приказу. Дефлекторная защита в полной готовности и готова к активации. Орудийные системы в порядке.

— Хорошо, — произнёс командир звёздного разрушителя капитан Ра Бак, проведя рукой по волосам. — Кто же знал, что моим первым боевым заданием будет усмирение мятежа на территории самой Вечной Империи?

— Мне просчитать вероятности, сэр? — уточнила ГЕМИНИ.

— Нет, — ответил капитан. — Это был риторический вопрос. Сколько нам до цели?

— Тридцать секунд, сэр, — ответила управляющий дроид с женской самоидентификацией. — Гранд-мофф Трахта направил на корабли сигнал о предбоевой готовности.

— Сообщите, что мы в деле, — ответил Ра Бак.

— Отправляю подтверждение, — сообщила ГЕМИНИ.

Молчание, повисшее на полупустом мостике продлилось недолго. Световой тоннель гиперпространства распахнулся, и звёздный разрушитель оказался в реальном космосе. А на экранах, заменяющих обзорные иллюминаторы боевой рубки, появилось изображение планеты.

— Ллвек, — прокомментировал Ра Бак. — Ну вот и началось…