Последний конвой - Виктор Романович Саморский

Родригес некоторое время молчал, погруженный в собственные мысли, и внезапно для самого себя озвучил их:

— А я один раз пробовал крокодилятину, вкусна-а-а-я…

— Кончай дурить, и так жрать охота. Ты еще тоску нагоняешь.

— Посмотри туда, по-моему, движется что-то.

— Валить надо! — проворчал Бурунов, вновь прикладывая бинокль к глазам.

Дальше события развивались стремительно, Стивен отвернулся только на секунду, чтобы осмотреться, нет ли опасности для группы. Родригес, стоял у самой кромки воды, а сержант в нескольких шагах от него слева, раздался негромкий всплеск, словно что-то кинули в воду.

Стив повернулся и увидел, что Родригеса на берегу нет, а по воде расходятся круги. Сержант опустил бинокль и хотел что-то сказать испанцу, но так и застыл с открытым ртом, не обнаружив того на прежнем месте. Медленно, очень медленно, словно время остановилось, рванул с плеча автомат, щелкнул предохранителем, дернул затвор.

Над водой показалась голова Родригеса, как-то слишком далеко, метров десять от берега. Штурмовик быстро вдохнул, попытался закричать, но не успел, чудовищный рывок снизу и булькая, испанец скрылся в пучине. Сержант нажал на спуск, автомат задергался, оглушающе загрохотал в ночной тишине.

И тогда вся поверхность воды словно вскипела, тысячи красных огоньков зажглись одновременно. Они были повсюду, насколько хватало остроты зрения, словно яркие звезды в ночном южном небе покрыли поверхность водоема.

Раздался сухой щелчок, автомат сержанта поперхнулся и замолк. Меняя магазин, Бурунов отступал, не уводя срез ствола от кромки воды. Плеснуло, и сразу три огромных крокодила показали свои узкие страшные морды из воды. Нелепо перебирая лапами, неторопливо выбрались на сушу, сноровисто двинулись к сержанту роняя капли на песок.

Стивен бросился на помощь, расстояние невелико, всего-то метров тридцать, но он катастрофически не успевал, спускаться с обрыва оказалось непросто. Поскользнулся, грохнулся на задницу и съехал вниз.

«Калаш» ударил короткими очередями, пара огромных пресмыкающихся застыла на месте, но из воды полезли новые, и их было много. Очень много!

Стивен привстал на одно колено открыл огонь, стараясь «поливать» веером, чтобы зацепить как можно больше особей сразу. Очень скоро он понял свою ошибку, отдельные попадания не приносили вреда, твари почти не обращали никакого внимания на ранения и продолжали сосредоточено ползти к выбранной жертве.

Автомат дернулся в руках и затих. Стивен выругался, полез в подсумок за вторым рожком. Хотел все сделать быстро, как на тренировках, но не вышло. Чуть не взвыл от досады, проклятый магазин зацепился за что-то в подсумке и категорически не желал вылезать. А время идет, уходят драгоценные секунды.

Крокодилы ползли, сержант застрелил еще несколько штук, продолжая отступать назад. Он не видел, как из темноты от кустов слева быстро скользнула маленькая черная тень, Стив хотел предупредить, но не смог, голосовые связки будто парализовало, рот открывался и закрывался, но не единого звука из него не вырвалось. Раздался отчетливый хруст, Бурунов с душераздирающим криком повалился на песок. Стивен наконец-то справился с подсумком, дрожащими руками вставил магазин, передернул затвор и прицелился.

Сержант катался по песку, держась за ногу, у которой не было стопы, из разорванных вен на песок хлестала кровь. Учуяв запах, крокодилы бросились к нему одновременно с разных сторон, шустро перебирая уродливыми конечностями. Стивен поймал в прицел огромную голову ближайшего монстра, нажал на курок.

Та-та… та-та… та-та…

«Прицельная очередь два патрона, — вспомнил он уроки капрала, — потом ствол уводит вверх и вправо».

Три крокодила замерли обездвиженные, но остальные приблизились к Бурунову почти вплотную. Еще секунда и стрелять станет опасно, можно нечаянно зацепить сержанта.

— А-а-а, черт вас подери, — Стивен нажал на спуск и выпустил весь остаток рожка по приближающимся крокодилам, почти не целясь.

В этот раз ему повезло, длинная очередь нашла пару тварей и поразила, но живых осталось еще больше. Один атаковал Бурунова, ухватив за левую кисть. Сержант перекинул автомат через себя и удерживая одной рукой, выпустил оставшиеся патроны прямо в чудовищную морду, терять ему было уже нечего. Брызнули ошметки, заляпав песок и лицо, зеленая осклизлая пасть захлопнулась, и обездвиженная ткнулась в бедро штурмовика.

Огромные челюсти другого земноводного сомкнулись на предплечье руки, державшей автомат, а еще одна невероятно омерзительная желтая пасть ухватила за плечо и горло сержанта. Вместо крика до Стивена донесся только кошмарный булькающий звук.

Стивен оцепенел, глядя на страшное зрелище, один крокодил вдруг кувыркнулся на месте, не разжимая челюстей, а второй, продолжал удерживать тело Бурунова. Невыносимый чавкающий звук прервал страдания сержанта, тело разорвалось пополам, обильно забрызгав кровью полоску песчаного пляжа.

Стивен на секунду почувствовал слабость и острый приступ тошноты.

От Бурунова теперь оставались только небольшие окровавленные куски, крокодилы делили добычу, устроив нешуточную потасовку между собой. На Стивена они не обращали никакого внимания.

— Суки, — сказал Стивен, и почувствовал, как по небритой щеке побежала слеза. Нашарил в подсумке третий и последний рожок.

Умом он понимал, что нужно драпать. Пока еще не поздно. Но ведь у него оставался еще один рожок.

Это целых тридцать патронов!

Ведь не меньше десятка положу.

Переключил на стрельбу одиночными, поймал в прицел самого большого, нажал спуск. Автомат дернулся, и крокодил замер без движения. Перевел срез ствола на следующего, нажал спуск. Еще один готов.

Я вам сейчас устрою геноцид!

Заостренные пасти множества тварей разом повернулись к нему, парализующе сверкнули красные глаза, а потом рептилии быстро заскользили по песку приближаясь.

Шустрые сволочи!

Бах — бах — бах.

Плохо дело, руки дрожат, переизбыток адреналина в крови, три пули в молоко уложил.

— Так спокойно, Стив, — произнес он вслух, — между глаз, нужно целиться. Понял? Между глаз!

Бах-бах.

Вот отлично, еще одним гадом стало меньше.

Он успел уловить очень быстрое, практически молниеносное движение правым глазом, адская боль пронзила щиколотку словно удар током. Холодея, посмотрел вниз, ожидая увидеть напрочь откушенную ногу, но разглядел лишь небольшого крокодиленка, наверное, подростка, намертво вцепившегося в ботинок.

Стивен, не соображая, что делает, перехватил автомат и принялся изо всех сил колотить прикладом по маленькому уродцу, — раз, другой, третий. Твареныш не шевелился, но и челюсти не разжимал. Тогда Стив быстро перевернул автомат, опустил вниз, приставив ствол вплотную к ноге и нажал спуск. Грохнул выстрел, голень обожгло так сильно, что он закричал. Туловище крокодила разорвало в клочья, но челюсти все равно не разжались, и голова осталась намертво пришпиленной к берцу.

Да черт с ним! Все равно дохлый.