Хозяин Заброшенных земель - Дмитрий Лифановский

Правда, разведка доносит об успехах Раевского, присвоившего себе титул ярла, взяв имя Рагнар. И это вызывает огромные опасения. Не окажется ли этот загадочный парень хуже эллинов, которые хоть и враги, но враги известные и договороспособные. Каким же окажется Раевский неизвестно. А если учесть его связи со степью и поддержку внутри Пограничья, затей новоявленный ярл самостоятельную политику, последствия для княжества могут быть отнюдь не радужными.

У эллинов дела двигались тоже не очень хорошо. Наемники это про пограбить, а не про воевать. Эребы шли за легкой добычей, а их заставляют умирать. Среди «диких гусей» зреет недовольство, и парни Лобанова должны были выйти на некоторых командиров наемничьих отрядов, с целью переманить их на сторону княжества, или, как минимум, заставить уйти из Пограничья, попутно пощипав эллинов и преданные Раевскому отряды. Только что-то у них пошло не так. Вернее всё пошло не так! Группа и высланный им навстречу отряд Бежецкой пропали бесследно.

Ингвар бросил взгляд на Юрия, который замер у окна, сжимая кулаки:

— Юра, как так получилось?

— Это я виноват, — слова давались Лобанову не просто, но он не пряча взгляда посмотрел на друзей, — Простите, Ярик, Никита. Отряд Валькирии был единственный, кому я мог доверять. Слишком много провалов у нас в последнее время.

— Ты кого-то подозреваешь⁈ — Ингвар впился в Начальника «Ока» тяжелым, давящим взглядом.

— Если бы подозревал, уже взял бы. Об операции знало только пять человек. Ты, я, Молчан и мои штабисты. Но их можно не рассматривать. Про то, что группу будет встречать Рогнеда, им известно не было. Да и роковую случайность сбрасывать со счетов не стоит. «Волки» могли просто нарваться на сильный отряд эллинов или наемников. Слава, Никита, — Лобанов поднял виноватый взгляд на друзей, — Я сделаю все что смогу, но мои возможности там не безграничны.

Ярослав покачал головой, через силу улыбнувшись. Он вспомнил, как они с Юрием в детстве дрались из-за украденного у мельника пирога, а потом делили его на троих с Ингваром, сидя у реки, пока солнце садилось за лес. Не потому что им дома не хватало еды, просто из кухни у мельничихи доносились такие запахи, а сам факт кражи щекотал нервы…

Они тогда мнили себя разведчиками, пробравшимися во вражеский тыл с целью захвата секретных планов в виде пирога. Сам мельник с женой прекрасно знали о шалостях малолетних шалопаев и против ничего не имели. Еще бы! Вечером от каждого из родов к ним приходил слуга с увесистым кошельком, щедро оплачивая съеденную выпечку.

— Юрка, — тихо сказал Бежецкий, — Мы все тут воины. Знаем, как бывает. Если человек лучше всех подходит для дела, посылаешь его. Ты не мог иначе. Я бы тоже отправил Рогнеду. Но всё равно… тяжело.

Никита кивнул, отняв руки от лица. Глаза его покраснели, но он нашёл силы ответить:

— Да, Юра. Дарья сама пошла — упрямая, как я в молодости. Помнишь, как мы с тобой через болото лезли на спор, а Ингвар со Славкой потом вытаскивали нас из трясины? Она такая же. Не виню тебя. И ты себя не вини. Только бы узнать, что с ней…

Лобанов посмотрел на них с благодарностью, но тяжесть не ушла. Он кивнул:

— Спасибо. Я агентуру нагрузил, пока молчат. Надо еще к Раевскому обратиться, — Лобанов посмотрел на Олега. Все прекрасно знали — Наследника с Федором связывает если не дружба, то крепкие товарищеские отношения.

Княжич покачал головой

— На связь он в назначенное время не вышел. Но это ни о чем не говорит. Сами понимаете — аномалия, да и ситуация могла сложиться так, что просто не было такой возможности. Считаю, надо лететь к нему. Тем более, Евпаторы тоже настаивают на встрече с ярлом.

Ингвар нахмурился, отставив бокал:

— Евпаторы тут при чём?

Олег посмотрел на Лобанова, Бежецкого и Белозерова.

— Говори при них, — махнул рукой Князь, — Если им не верить, то кому?

— Евпаторы не хотят войны. Деметрий в порту мне шепнул, что Спартокиды их подставили, а Император добивает. Ираклий хочет выйти из игры. Но ему нужны гарантии и выгода.

— И что они хотят? — заинтересовался Ингвар, да и остальные внимательно прислушивались к разговору.

— Род Евпаторов выходит из войны и пропускает вглубь Империи кочевников Абылая.

— Это прямая измена, — хмыкнул Лобанов.

— Никифор публично унизил Ираклия, — пожал плечами Олег, — Намекнув при этом, что виноватым в провалах на севере считает Евпаторов. Им не оставили выбора.

— Никифор, что, идиот? — удивленно воскликнул Бежецкий. Да, они с Евпаторами враги. Старые и непримиримые. Много раз их рода сходились лицом к лицу в бою. Но враги уважаемые — честные и благородные. И Ярославу было непонятно, зачем Императору восстанавливать против себя боевой род верой и правдой охраняющий границы Империи на протяжении веков.

Ингвар с Лобановым понимающе переглянулись. Они были согласны с Бежецким в оценке Императора эллинов, разве что не так категорично.

— И что хотят за это Евпаторы?

— Невесту для наследника рода из Лодброков.

Великий Князь хмыкнул. Предложение было на грани. Все же Лодброки правящий род, а Евпаторы обычные воины.

— Продолжай.

— Раевский отпускает Федора, плененного в Чердынке и берет в жены Анастасию Евпатор. Кстати, она прибыла вместе с Деметрием.

— Вот как⁈ — ухмыльнулся Великий Князь, — Через брак с нами, они обезопасят себя от гнева Никифора, потому что Лодброки никогда не бросают своих. Княжество должно будет вступить в войну с Империей, если Император захочет наказать мятежный род.

— Мы и так фактически в состоянии воины с эллинами, — вмешался Бежецкий. Несмотря на вражду, в данном случае он понимал и поддерживал Евпаторов.

— Опосредовано, Ярик, пока опосредовано. К прямому конфликту мы не готовы.

— Как и они, — заметил Лобанов. Такое коллективное обсуждение давно вошло у них в привычку и гнева Великого Князя не вызывало. Скорее наоборот — Ингвару в таких спорах было проще принимать решения.

— Как и они, — согласился Великий Князь, — Но продолжим. Через брак с Раевским они надеются подобраться к ресурсам Заброшенных земель, опять же заручившись поддержкой сильного воина и фактически