Царетворец. Волчий пастырь (СИ) - Извольский Сергей

Гаррет преломил тонкую капсулу света, и внутренности снежного шалаша озарило неяркое зеленое сияние. Внутри купола, по сравнению с метелью снаружи, оказалось немного тепло и даже уютно. Парило дыханием, не бил в лицо ветер с колким снегом, не забирались под воротник стылые порывы.

– Гаррет, – обернулся я к нему. – Мы с тобой дежурим по два часа. Задача – очищать выход от снега, чтобы нас совсем не завалило. – Первое дежурство мое, сейчас ты спать. Но прежде одно дело. Несса, Венсан, – обернулся я к остальным спутникам. Несса все еще смотрела мутным взглядом, неокончательно придя в себя. Венсан, пусть и морщась от сломанных мною ребер, выглядел даже пободрее.

– Так, смотрите, что нужно делать.

Пригибаясь, я обогнул Дженнифер – так, что оказался с одной стороны от нее, а Венсан, Гаррет и Несса с другой и могли наблюдать за моими действиями.

Дженнифер по-прежнему была без сознания. Но изморось а-нейтрализатора отступала. Алые змейки в багрянце скверны в ее ранах вновь начали посверкивать, девушка уже хрипло и прерывисто дышала, на лбу ее выступили бисеринки пота. Рана на щеке Дженнифер горела внутренним огнем – в нее словно раскаленной лавы залили. Края раны побагровели – и от них уже начали расходиться черные и багровые ниточки.

Это плохо.

Не выключая силовой пояс Дженнифер, я медленно – преодолевая некоторое сопротивление щита, начал расстегивать на девушке китель. Раскрыв его, выругался. Рана на груди выглядела еще хуже, чем на щеке. Здесь пореза было два – один поверхностный, а вот второй более глубокий. Малая рана шла через плечо, а вот вторая проходила прямо над левой грудью, наискось вниз до живота.

Разорвав взрезанную плетью облегающую футболку Дженнифер, от ворота до пояса, и растянув в сторону края, я выругался еще раз: кожа вокруг второй, более глубокой раны уже начала чернеть.

Очень, очень плохо.

– Венсан. Ты самый тяжелый, держи ей ноги. Нет, не так. Садись на них. Да, да, вот так. Несса! Давай сюда, держи ей плечи и голову. Да, вот так. Когда откроет глаза, успокаивай ее голосом сразу, чтобы она поняла – среди своих. Гаррет, сядь справа от Нессы. Ты тоже, плечо и голову, держи крепче. Приготовьтесь, она будет вырываться как припадочная. Крепче держим, ясно?!

Вроде, судя по кивкам, всем ясно.

Активировав меч, я с некоторым трудом – медленно-медленно, просунул его сквозь поле силового кокона щита Дженнифер. Держа меч над раной, рукоять отпустил: уже щит теперь его поддерживал, клинок так и остался парить в нескольких сантиметрах от груди Дженнифер. Сам же я быстро достал из кармана пояса склянку с синим лириумом (его не было в составе полагающейся аптечки, но я давно привык носить с собой эссенции синего, зеленого и желтого – которые в иных случаях дороже золота, потому что это стоимость жизни), и капнул Дженнифер в рот почти половину. Хорошо ей от этого – от такого количества эссенции, не станет. Но и хуже точно не будет – учитывая живое адское пламя в ее теле.

Плотная, подсвеченная внутренним сиянием жидкость мгновенно впиталась в сухие, потрескавшиеся губы девушки – которые на пару мгновений приобрели густой синий цвет. Не теряя времени, я взял меч за рукоять, и приложив сверху ладонь к лезвию, начал медленно опускать клинок к длинной ране на груди.

– Держите, крепче держите!

Едва клинок коснулся открытой, самой большой раны, как Дженнифер моментально очнулась. Она дернулась, пытаясь выгнуться, и истошно завизжала от боли.

– Дженни, Дженни, это мы, потерпи немного, потерпи сладкая… – говорила, обращаясь к ней Несса, держа Дженнифер за голову и пытаясь установить визуальный контакт. Не получалось – Дженнифер, пусть в тисках чужих рук, изгибалась и билась, как припадочный одержимый.

– Дженни, Дженни, это мы!

Дженнифер не слышала – глядя невидящим взглядом, она кричала от боли. Выгнувшись в очередной раз, она вырвалась из рук Нессы – и меч соскользнул с раны.

– Вашу чертову демонову рать! – рявкнул я. – Я сказал вам держать, а не держаться за нее! Давайте снова, второй раз, теперь ее боль на вашей совести!

Со второго раза получилось. Клинок накрыл рану, и удержался на ней нужные секунды. Синий лириум прошел через энергетический каркас Дженнифер, протянувшись через рану к мечу.

Да, это была очень грубая очистка раны от адского пламени. Опасное лечение, иногда ломающее энергетический каркас – причем так, что его восстановить не каждый магистр может. Но выбора сейчас нет: кожа уже начала чернеть, а это значит что адское пламя, если ничего не сделать, сожрет Дженнифер еще до полуночи.

А магическая буря продержится над нами дольше.

Еще раз громко закричав, Дженнифер открыла глаза – лучившиеся сейчас, от лириума, яркой синевой. Я убрал от раны меч и увидел, как на кожу девушки капают капли. Мой пот со лба – от напряжения момента я сам взмок как испуганная мышь.

– Дженни, Дженни, это мы, все хорошо… – продолжала приговаривать Несса.

В том, что все хорошо, я бы мог с ней поспорить.

Глаза Дженнифер, кстати, уже закрыла – я вколол ей успокоительное с обезболивающим. Которое тоже за свои покупал у каптенармуса в Мессене из-под полы, в составе индивидуальной аптечки курсанта его не было.

– Все, Несса, все, она спит. Все, все молодцы. Теперь смотрим, – поворачивая перстень и убирая меч, произнес я. И достав нож, медленно и аккуратно – преодолевая сопротивление щита, откромсал от футболки Дженнифер несколько кусков. Положив в центр первого отреза ткани немного снега, плотно умял его, заворачивая ткань. Приложив импровизированный холодный компресс к малой ране на груди, после сделал второй и приложил его к изуродованной щеке Дженнифер.

Глубокая же рана на груди уже была просто раной – неприятной, болезненной, требующей лечения. Но адское пламя из нее ушло – возможно, ценой магических способностей девушки. Об этом мы – если конечно получится выжить сегодня в буре и доставить Дженнифер к целителю, скоро узнаем.

Малые раны «лечить» подобным образом, купируя заражение адским пламенем, я не собирался: это тот случай, когда лечение может быть хуже болезни. А вот холодным компрессом, если менять его постоянно, пламя можно пригасить на время, даже без использования а-нейтрализатора. Который, в общем-то, тоже здоровья не добавляет.

– Держим компрессы вот так. Всю ночь. Когда снег начинает таять, его нужно менять. Несса, ты сейчас спишь, два часа. Венсан – держишь компрессы. Следите за ее поясом, как только заряд упадет, нужно будет поменять на мой. На нем заряда до утра хватит.

С этими словами я открыл застежку, снял свой пояс и положил его рядом с ногами Дженнифер. Несса, как и Венсан, как и Гаррет ошарашенно посмотрели на меня – они лишь только сейчас, увидев полную полоску заряда на кромке пряжки, поняли и осознали, что все время после столкновения Нереиды со скалой я был без защиты щита.

– Несса, Гаррет, вы спать. Спать я сказал, выполнять! – голосом пресек я возможные возражения обоих.

Практически синхронно кивнув, Гаррет и Несса отползи в самый угол, и подтянув колени практически к лицу, скрючились каждый в позе эмбриона, закрыв глаза.

После отбора и начального курса мы изучили пару ментальных практик и теперь умели засыпать тогда, когда это нужно – и Гаррету с Нессой сейчас, с активным коконом активированного пояса, будет даже немного комфортно.

Пусть пока отдыхают, впереди очень долгая и тяжелая ночь.

Во время которой снежный купол и Фортуна, очень надеюсь, защитят нас и от призрачного гона Дикой Охоты в небе, и от рыскающих по склону берсеркеров и гончих из второй группы сопровождения ведьм.

Глава 21

Ветреная Фортуна, вероятно, вчера ходила в гости к кому-то из других богов на вечерний прием. Иначе и не объяснишь, почему нам настолько не повезло – слишком уж много злой глупости сложилось для того, чтобы мы оказались в центре магической бури под защитой лишь наспех сложенного снежного купола. Тем более в центре магической бури у подножия Среднего пальца – около этой высокой горы бури как правило всегда задерживались, иногда делая вокруг горы несколько кругов. Словно где-то рядом находился центр их притяжения.