Белый Z на лобовой броне - Михаил Александрович Михеев

Решив воспользоваться удачным опытом, сегодня Виталий сменил машину. Тамара в компании пленного осталась при внедорожнике, а Виталий, не мудрствуя лукаво, разжился видавшей виды «шестеркой».

Изделие отечественного автопрома не отличалось комфортом или прытью, но и ненужного внимания не привлекало. Максимум вызывало кривоватую презрительную усмешку. Прямо как в России лет двадцать пять назад. Сейчас к размерам и стоимости машины на Родине относятся куда проще, а здесь снобизм никуда не делся. Ну да это и на руку.

Селянин, продавший сей пепелац, наверняка считал, что совершил выгодную сделку. Что же, может, и так. Виталия же вполне устраивало, что тарантас едет достаточно бодро и рассыпаться, несмотря на периодически раздающиеся в салоне жутковатые скрипы, не собирается.

И пускай на него смотрят презрительно. Виталий мысленно посмеивался. Они ж «цэ европейцы». Стало быть, хотят жить по-европейски. А раз так, пускай учатся говорить со своими руками, ибо согласно европейским законам, прежде чем заняться сексом, надо получить согласие от партнеров…

Хи-хи да ха-ха, но этот бред позволил малость снять нервное напряжение. Перестав смеяться, Виталий огляделся. Да уж, та еще дыра. А ведь район, в который он приехал, еще престижным считается.

Дом. Самый обычный, хрущевка-пятиэтажка. Виталий остановился напротив подъезда, пару минут сидел в машине. Идти внутрь категорически не хотелось. Нет, его не мучили никакие предчувствия, и ничего подозрительного тоже вроде не наблюдалось. Просто не хотелось. Два шага до конца похода, и риск, на который раньше Виталий шел с легким сердцем, ныне казался совершенно излишним.

Это был даже не страх. Как говорят доморощенные философы, трусливый мужчина хуже прорыва в канализации, а Виталий трусом не был. Скорее уж, и впрямь усталость. Пора заканчивать с этой работой…

Что же, долг тяжел, как гора, а смерть легче пера. Древние японцы понимали толк в философии… Виталий неторопливо выбрался из машины, салон которой в силу отсутствия кондиционера и прочих мелких, но приятных благ цивилизации превратился в нечто раскаленное и душное. Дверь захлопнулась с удивительно мягким, «породистым» чавканьем, словно отрезая его от прошлого и говоря: обратной дороги нет.

Подъезд тоже был вполне обычным, не слишком чистым, но и не слишком загаженным. Без домофона, что характерно. Виталий бодро поднялся на третий, «еврейский», этаж, посмотрел на неработающий (провода торчали наружу) звонок и с чувством побарабанил в дверь, которая почти сразу, без вопросов, открылась. Прямо как в давно и прочно забытые советские времена. Будто хозяин ждал визита. Или действительно ждал?

– День добрый, вам кого?

На пару секунд возникла пауза. Виталий с интересом рассматривал стоящего в дверях человека и лишний раз убеждался в том, что фотографии не передают очень многое. Черты лица, разумеется, один в один, только вот на фото – обычный, ничем не примечательный человек. А здесь и сейчас – этакий седеющий, но не растерявший харизмы светский лев, даже в собственной квартире одетый с иголочки.

«Да уж, на такого женщины должны буквально западать», – с некоторой долей завистливой неприязни подумал Виталий. Ничего удивительного, к слову: симпатию к человеку, на которого приходится смотреть снизу вверх, ощущать довольно сложно. А этот умник был выше Третьякова почти на голову и улыбался так… сдержанно-снисходительно.

Тем не менее пароль-отзыв, этот обязательный джентльменский набор, прошел без заминки. Шаг назад, широкий приглашающий жест: проходите, мол. Совершенно без каких-либо подозрительных нюансов, обычные действия вежливого и хлебосольного человека. И, услышав в ответ дежурное «только после вас», резидент лишь кивнул понимающе и зашагал первым.

Виталий последовал за ним, внимательно осматриваясь и постоянно контролируя попутчика. Ничего личного, обычная профессиональная предосторожность. И разумеется, полезная для здоровья привычка никогда не поворачиваться спиной к потенциальному источнику опасности. А то мало ли…

А квартирка-то без особых изысков. Обычная трехкомнатная хрущевка. Планировка незнакомая, но это не более чем местный колорит, вся атрибутика в виде маленькой кухоньки и проходных комнат налицо. Обстановка, к слову, тоже не из разряда «здесь живет подпольный олигарх». Во всяком случае, мебель в гостиной (ох и маленькая она, все же Виталий привык к чуточку другим масштабам) самая обычная.

Хотя ремонт неплохой, все подобрано со вкусом, чистенько, уютненько, в углу, на специальной подставке, шикарная двенадцатиструнная гитара. А вот телевизор в углу старый, но это как раз нормально. Такие вот внушительные, с солидным кинескопом агрегаты вполне способны работать десятилетиями. Качество в те времена было еще на высоте, и какой смысл его менять, если и так справляется? Так что не гоняющийся за модой человек вполне может использовать привычный ему девайс и в наши дни. Дело житейское.

– Прошу. – Резидент жестом указал на внушительных размеров диван, который, как ни странно, не казался запредельно громоздким. – Чай, кофе?

– Нет, благодарю, – максимально вежливо ответил Виталий. – Дело прежде всего, а времени у меня не так много.

– О да, разумеется. Дело… Вот.

На стол легла флеш-карта. Виталий кивнул, такое он видел совсем недавно.

– Простите…

Он не договорил даже. Виталий почувствовал угрозу так, словно пахнуло холодным ветром, заставляя вставать дыбом волоски от макушки до копчика. И в следующий миг в комнате организовались сразу трое мужчин. Крепких, хотя и не перекачанных, как братки из подворотни. Зато с пистолетами на изготовку. Откуда они появились? Да хрен их знает.

Виталий поморщился:

– Ну и ради чего было извиняться? Пустяки, дело житейское…

– Сидеть смирно, руки держать на виду!

Сказано это было на вполне достойном русском, но акцент все же чувствовался. Не местный, украинский, а другой, смутно знакомый.

Виталий покопался в памяти, сложил два и два, улыбнулся понимающе:

– Литва или Эстония? Или, может, латыши? Я вас не слишком различаю…

На самом деле различал, конечно, да еще как, но хвастаться этим смысла не видел. Не перед кем тут бисер метать.

Тот, который ему скомандовал, лишь хмыкнул:

– Тебе это не важно. Руки на виду держать, я сказал!

– Тоже верно. – Лишних движений Виталий делать не собирался, и быстрый, вполне профессиональный обыск перенес без лишних эмоций. Пусть ищут, все равно ничего не найдут. – И так понятно, что повелители шпрот! Ну, привет вам, смертнички.

– Молчать!

– И не подумаю.

Он прекрасно знал, что отнюдь не все прибалты дикие селяне, называющие дворовых собак Шарикас в надежде, что те будут лаять «Гавс!». Конкретно эти – подготовленные, весьма опасные специалисты, которые могут причинить немало хлопот. Но вместе с тем они наверняка получили приказ доставить его к своему начальству живым и по возможности целым. Стало быть, бездумно палить во все стороны они точно не станут. Желательно только определить, до каких