Г 3 (СИ) - Игнатов Михаил Павлович "Аорорн"

Вперёд вырываются Костяшка и Мечник. Первый сбоку подскакивает к низкой деревянной двери, обрушивая на неё удар молота и выбивая, а второй, пригнувшись, вламывается внутрь, тут же начиная звенеть сталью. А затем внутри, опережая Костяшку, оказываюсь я, хотя это и не по плану. Вот только остановить меня, начавшего двигаться к цели в магическом трансе, может разве что мастер меча, но Катирия, даже появись у неё такое желание — на левом острие отряда, обтекающего башню и рвущегося к другим выходам на площадь.

Внутри неожиданно нет деления на этажи: один зал, потолок которого теряется в полумраке высоко над головой, а больше половины пола занято сложной холмоподобной конструкцией, буквально выращенной с помощью тысяч кристаллов. Вот только на них уже откинуты два разрубленных некроголема, своими телами превратившими в пыль несколько десятков кристаллов и нарушившими целостность магической системы.

Хреново.

И это не о накопителях, раз я не ощущаю никакого выплеска маны. Я о другом: похоже, поддавшись эмоциям и доказывая себе, что случившиеся раньше это всего лишь минутная слабость, я нарушил планы и стою здесь не зря.

Мечник, уже не раз сходившийся в тренировочной схватке с Катирией и показывавший мне, как много он сумел перенять ее таланта с мечом, сейчас бьется всего с двумя некроголемами и, невзирая на всю свою силу и умение, не может их даже отбросить. Больше того, на моих глазах он пропускает удар, выбивающий искры из наплечника. Две закутанных в серые плащи фигуры с широкими мечами теснят его с каждым ударом, следя за каждым его взмахом поворотом закрытых шлемов с узкой щелью для глаз.

Темные отродья! Их в Сети три.

С проклятьем я отправляю на помощь голему Улей, а влево Копьё, в буквальном смысле выдергивающее из невидимости ещё одну тварь. Вполне обычную и уже окончательно мертвую.

Десятки ударов игольчато-острых клинков воздуха из Улья лишь бесполезно скользят по чудовищно толстой, сверху покрытой старой, расползающейся кожей броне некроголемов. Я касаюсь заклинания мыслью, пользуясь тем, что оно в пределах ауры. Удары смещаются, теперь уже я сам пытаюсь найти стыки пластин, ужалить в щели забрала. Тщетно. Словно там, под сталью, нет никакой человеческой и хрупкой основы.

Но позади Мечника уже стоит Костяшка, поднимающий свой молот. Первый мой голем встречает удар некротвари на щит, заставляя его скользнуть в сторону, а врага податься вперед и тут же второй вминает ей голову в плечи. Мечник, освобожденный от гнета двух противников, взрывается десятком ударов, быстрых даже для меня в Сах.

Мгновение — и все было закончено. Врагов в башне не осталось, а её накопитель, что десятки лет собирал ману для защиты города, тоже умирал. Слишком уж он оказался чувствителен к повреждениям.

И только теперь по плану сюда должны были войти маги и сообщить по цепочке:

— Чисто!

Крикнул я громко, с удивлением понимая, что успел сбить дыхание за эти секунды схватки. Но это было уже неважно, хуже то, что здесь должен был стоять Эрной, а я проверять площадь Сетью.

Старшему товарищу хватило одного взгляда, чтобы высказать оценку конструкции из кристаллов:

— Редкая дрянь. Это невозможно заставить совершить выплеск маны. Выходим.

Вид кивнул, пропуская мага вперед, а вот мне за его спиной показал кулак. Что ж, он был в своём праве.

На улице Лария получила новую команду:

— Давай, девочка, передавай — вторая часть.

Эфирница, развернувшись, потратила несколько секунд на поиск точного положения и стиснула пальцы на амулете. Спустя секунду через меня прошла волна чуждой энергии, заставляя поморщиться. Но, похоже, волновало это только меня. Зато сил было вложено достаточно, чтобы сообщение легату и Повелителям дошло с гарантией и теперь уже Вид получил новое указание:

— Сразу к шестой цели.

На этот раз мы шли по широкой улице, что лежала между двухэтажных домов параллельно внешней стене и здесь нас уже ждал серьёзный заслон. И новый удар чужой магии. Вот только в этот раз враг оказался неаккуратен, и я успел ощутить ярко мигнувший зелёный огонёк в Сети. Впрочем, среагировать на него я не успел, да и бил он с предельного расстояния, оставаясь вне досягаемости мастеров. На этот раз от удара десятков ярко-белых шаров нас прикрыла Сигна первой роты и, спустя несколько секунд ожидания под переливающимся куполом защиты артефакта, мы снова зашагали вперёд. Звонко щёлкали пружинами метатели, а от былой неуверенности бойцов не осталось и следа. Мы шли по улице, словно неумолимо катящийся с горы валун, десятками уничтожая врагов. Дважды нас пытались ударить в спину крупные отряды и дважды сдвоенный залп уничтожал химер.

А затем твари и вовсе исчезли с нашего пути, дальше мы шли в полной тишине, будто вся улица вымерла, пойдя на ритуал. Мне не нравилась лёгкость происходящего, как не нравилась и всем опытным бойцам. Вид несколько раз, почти рыча, приказывал глядеть внимательнее, а затем мы миновали очередной перекрёсток с какой-то узкой улочкой, и вот здесь-то нас и ждало настоящее нападение. Тишина как будто замерла на мгновение, а затем события словно сорвались с цепи.

Первыми под ногами возникают линии чужого заклинания. Я обрушиваю на видимый мне участок десятки рассекающих игл. Пламит, стоявший впереди возле Гвардейца, без какой-либо команды активирует Сигну. В то же мгновение на наш отряд обрушивается тот самый громоподобный удар, заставляя часть солдат схватиться за уши. Я остаюсь на ногах, даже не лишаюсь слуха и поэтому сразу слышу знакомый свист. Ломатели! И вскидываю руки, готовясь отправить в некроголемов Копья, прощупать их защиту, выиграть секунды на мой Пробой.

Вот только не вижу на улочке ни одной огромной фигуры некротвари, а свист сменяется волной эфира, сильнее обычной для Ломателей во много раз и на бойцах амулеты просто взрываются от резонанса.

И только в эту секунду зелонцы наносят четвёртый удар. Тот самый, которого я всегда так опасался, тот самый, что принес столько опасных минут в загонах при каменоломне.

Не меньше двух десятков солдат вскидывается, хватаясь за метатели, собираясь направить их на товарищей. Я снова замираю на миг, но старший собрат по Искусству не собирается шевелить и пальцем: мы готовились к чему-то подобному. И ударяем мы: я, Каир, Эрой. Канцелярист выкрикивает команду, сдобренную огромным выплеском своей стихии:

— Замри!

Огневик активирует заготовку яркой вспышки над центром отряда. А я Сферу, накачанную воздухом. Её стенки истончаются, порождая огромной силы хлопок, сравнимый по силе звука с раскатом от молнии в десятке шагов от нас.

Все удаётся. Подготовленное противодействие срабатывает так, как и задумывалось: лишь двое подчиненных зелонцем сумели устоять на ногах достаточно для того, чтобы дёрнуть за крючки. Не так-то просто без амулетов пережить такой удар звуком и светом. Даже не все, готовые к команде бойцы, знающие что произойдет после крика «замри», сумели вовремя прикрыть глаза и сейчас с ругательствами хватались за смотровые щели шлемов.

Но это небольшая цена за то, чтобы не допустить трагедии. Маги свое слово сказали, дальше все в руках остальных бойцов: скрутить оглушённых товарищей должно быть не сложно. Куда сложнее магам будет не допустить другого.

Повторного удара по уцелевшим амулетам. Где же эти твари?

Ломателей я так и не нашёл, зато взгляд, обшаривающий колебания нитей Сети, потоки силы вокруг отряда, зацепился за необычную каменную тумбу у края стены, от которой отчётливо полыхнуло разгорающейся силой. Копьё! Проявившись на краю ауры, заостренный обломок псевдоматерии свистнул над головами бойцов и разнес артефакт зелонцев на куски. С другой стороны отряда Эрой тоже видимо нашел цель и справился не хуже меня: и там свист оборвался, едва начав наращивать тон.

Прошла ещё одна эфира, явно несущая с собой новый приказ, вот только сил выполнить его в подчинённых бойцах уже не было. Я вслепую, руководствуясь лишь догадками, обрушил Сферы на крыши зданий, дальние проулки, пытаясь обнаружить врага.