Хозяин Заброшенных земель - Дмитрий Лифановский

Когда первый из «Орлов» вынырнул из оврага, я положил руку на плечо вытянувшейся от напряжения в струну Сольвейг:

— Спокойно, девочка, не спеши.

Она, тихо пискнув, задышала спокойней.

Вот наверху уже около двух десятков воинов, залегших вдоль склона и ощерившихся магострелами. Часть преследователей оставалась еще на той стороне лога, но тянуть больше не было смысла. Пора.

— Теперь! — я толкнул Сольвейг и почувствовал, как дрогнули магические нити. Её пальцы сжались в жесте, который я показывал. Особой нужды в визуализации активирующего плетения не было, но ученице пока так было проще.

Склоны оврага рухнули как карточный домик. Камни, вековые корни, тонны снега — всё смешалось в чудовищной лавине. «Орлы» метнулись в стороны, но слишком поздно — магические мины, вплетенные в обрыв, вспыхнули синим пламенем, направляя хаос точно в центр их построения. Крики ужаса заглушил рокот стихии, сменившийся воем израненных, раздавленных людей.

— Бежим! — я схватил Сольвейг за ворот, буквально выдергивая ее из бурелома. Надо воспользоваться замешательством среди имперцев, чтобы успеть уйти.

С ушедшим вперед десятком мы столкнулись неожиданно, выскочив друг на друга из темноты. Они не рванули бездумно назад, а, разделившись, стали прочесывать тайгу вдоль дороги. Я успел толкнуть ученицу в сугроб, наметенный вокруг огромной ели, как плечо и бок обожгло болью. Зараза! Значит оружие у них артефактное. Хреново!

Я метнулся к ближайшему бойцу. Мое спасение теперь сойтись с ними в тесной рукопашной, чтобы они не могли воспользоваться своими магострелами. Росчерк ножа и лезвие, слегка притормозив, словно пробивая преграду, воткнулось под подбородок имперца. Я едва успел прикрыться телом, вытаскивая нож, как почувствовал толчки попаданий пуль. И тут же на меня вывалился эллин с окровавленным лицом и торчащей из головы сосулькой. Сольвейг! Выпорю!

— Не лезь! — рявкнул я ей. Хотя, признаться честно, девчонка меня спасла. Я выдернул из рук падающего имперца магострел и пустил длинную очередь в темноту на звук движения. Наградой мне стал воющий дуэт. Бросаюсь на туда. Первое тело катается в снегу. Добил быстро, просто полоснув по горлу. И опять это ощущение преграды. Хорошая у них защита, раз даже мой нож проходит с трудом.

Где второй⁈ Поздно! Там уже справилась ученица. Точно выпорю! Не посмотрю, что девочка!

Минус четыре. Где еще шестеро⁈ Пятеро. Одного нашел сразу. Не повезло бедолаге. Шальная пуля и прямо в глаз.

А вот и остальные. Пять теней метнулись с той стороны дороги. Только теперь я их видел и был готов. А они нет. Но дрались имперцы отчаянно. И крови мне попортили. В буквальном смысле. К двум ранениям, полученным в самом начале стычки, добавилось еще два. Зато трофеями взяли десяток зачарованных магострелов и кучу весьма неплохого холодняка. Да и артефакты лишними не будут. Мои лучше. Но так кто сказал, что я эти не переделаю, как надо?

У меня уже начала кружиться голова и я все сильнее и сильнее наваливался на плечо Сольвейг от потери крови, когда нас встретили люди Стрежня. Мы с ученицей буквально упали на руки контрабандистам. Девочку тут же подхватил на руки кто-то из ушкуйников, я, слегка придя в себя, пошел сам. Ватаман уважительно присвистнул при виде наших трофеев:

— Знатно повоевали.

— Не без этого, — голос куда-то пропал, из горла вырвался какой-то сип, — Радомира, займись ребенком.

— Нормально с ней все, — ворчливо буркнула старуха, — Сам ложись, давай, к костру ближе. Вон полушубок весь мокрый.

Спорить не стал, с облегчением опустился на мягкий, такой уютный лапник.

— Как люди?

— Нормально. Ранеными баронет занимается. Остальные сами в себя придут. Ты-то как умудрился⁈ — она плеснула какое-то варево мне на рану, и я едва не заорал, вместо этого заскрипев зубами.

— Получилось так.

— Получилось, — забубнила старуха, — Сам лезешь непонятно куда и ребенка с собой тащишь. Воевать, вон, Стрежневские варнаки есть, а ты — ярл.

— Не бухти, как бабка старая, — лениво огрызнулся я.

— А я и есть бабка старая.

— Ты княгиня, — я снова скрипнул зубами, но в этот раз боль была не такой сильной. Притерпелся.

— Княгиня-ягиня, — не унималась Радомира.

— Что с Рогнедой?

— Спит, — мне послышалось или в голосе старухи появилось тепло, — Досталось девочке. Ты поласковей с ней.

— Плохо?

— Сама расскажет, — старая поджала губы, — Ты лучше скажи, эллинов ждать завтра?

— Это вряд ли. Но ты поутру Стрежня отправь посмотреть что да как.

— Неча им прохлаждаться, пусть щас идут. Понял⁈

Что ответил ватаман я не услышал, проваливаясь теплый, уютный сон.

Глава 16

Очнулся я уже в лагере. Элины преследовать нас не стали — ушли. Даже тела из бойцов из передовой группы не забрали. Слишком сильно мы их потрепали. Уверен были у них потери и до того, как они нас догнали. Не могли не сработать наши ловушки. Хоть в одну должны были вляпаться преследователи. Ну а засада так и вовсе удалась на все двести процентов. Сам не ожидал такого эффекта.

Был и еще один положительный момент в нашей с Сольвейг авантюре. После продемонстрированных трофеев Стрежень со своими головорезами прониклись к нам каким-то фанатичным благоговением. Не ко мне, а именно к нам. И если со мной все понятно — Стрежень беспрекословно принял мое главенство, попросившись остаться под рукой «такого удачливого ярла». Что с ним делать еще предстоит решить. Не понравились мне его слова на счет ученицы в наше первое знакомство. Хотя, на Сольвейг эта разнузданная вольница звероподобных мужиков теперь смотрит с умильным обожанием, словно соревнуясь, кто сильней забалует и задарит ребенка.

К чести ученицы, внезапной любовью ушкуйников Сольвейг не злоупотребляла, используя их расположение лишь в одном — совершенствовании боевых навыков, выспрашивая и выпытывая у ветеранов разбойничьих набегов на Империю, и не только, хитрости, ухватки и другие боевые и походные премудрости. А стреженевцы от такого серьезного внимания юной магини только млели.

С Рогнедой поговорить пока не удалось. Слишком много дел и хлопот навалилось на меня, как на командира того табора, который мы привели из разгромленного концлагеря. В первую очередь разыскал людей Ворона и поручил их вниманию нукеров. Брат Мирославы, кстати, тоже оказался среди них. Обрадуется девка, когда вернется из разведки со своим ненаглядным Стасиком. Потом почти сутки распределяли людей. Кто готов воевать оставлял у себя в лагере, остальных