Меньше, чем смерть - Наталья Шегало

– Я не могу отказаться, – напомнила Сова. – Я, в отличие от вас, не на гражданской службе, а на военной. И поэтому я думаю, что вам обоим нужно улетать с Киферона, – неожиданно закончила она.

– Так, началось! – недовольно пробурчал Командор, вставая между Совой и Лорисом, чтобы развести их в стороны. – Давайте не будем опять начинать друг за друга бояться и на этом основании отсылать друг друга подальше от проблемы. Никто никуда не полетит.

В комнате повисло тяжелое молчание.

– Это неправильно, Командор, – тихо возразила Сова. – Я, с моим организмом, еще могу рисковать, а вот вы – нет. Поэтому мне будет спокойнее, если вы оба улетите. Я не могу отказаться от этого задания. И не хочу. Не сердись Лорис, но ты просто не понимаешь сейчас, зачем мне это нужно.

– Чего уж тут непонятного, – Лорис вздохнул. – Тебе пообещали работу в разведуправлении.

Сова кивнула

– У вас обоих есть работа, которую вы выбрали сами. А я три месяца просидела за пустым столом. И никакого выбора. Что вы предлагаете? Вернуться к этому же столу на всю оставшуюся жизнь?

– Ну и закончим с этим, – подытожил Командор. – На нас с Лорисом еще никто не покушался.

Он прошелся по гостиной и еще раз понюхал розы в корзиночке.

– Вчера я видел, как император разговаривал с этим лордом Тонатоса. Думаешь, они выступают союзниками? – спросил он Сову.

– Не знаю, – ответила она. – Впрочем, вполне допускаю, что как раз император в этом уверен. Но я не могу представить, чтобы Симаргл вдруг решил выступить в чужом деле без собственного интереса. Он одиночка, и одиночка чрезвычайно амбициозный. У него в речи через каждые три слова проскакивают местоимения «мой», «моя», «мое», и предположить, что он может сказать «наши цели», как-то трудновато. С чего ему работать на других?

– Ему могут хорошо платить, – предположил Лорис.

– Он не наемник. – Сова усмехнулась. – Он – мерзавец не за деньги. Он – мерзавец в свое удовольствие.

Командор хихикнул.

– Зная его репутацию, нанять его может только политический камикадзе, – заметил он. – Я думаю, ты права: император должен быть уверен, что у Симаргла есть собственный интерес в деле. Причем интерес немалый.

– Если у любого союза будут три возможные цели, то лорд Тонатоса непременно выдумает себе четвертую. – Сова бросила изрядно помятую записку в мусорную корзину. – Так что лучше ответить на приглашение, чем мучиться догадками. Симаргл ради красного словца вполне может сболтнуть что-нибудь полезное.

– Только ничего не ешь и не пей, – строго приказал Лорис.

– Лорис, – Сова благодарно улыбнулась, понимая, что ей все-таки удалось убедить друзей рискнуть, – меня травить – дело безнадежное.

– Я тут недавно препарировал труп, – наставительно произнес Лорис, – после применения одного весьма доброго средства, которое ядом не является. Просто такая милая, искусственно выведенная бактерия с коротким жизненным циклом, которая попадает в организм и начинает бешено разрастаться, после чего благополучно умирает вместе с хозяином. Тридцать часов и сто процентов вероятности летального исхода. Зрелище, уверяю тебя, достаточно скверное, что снаружи, что изнутри. Там такие щупальца, как у осьминога, они довольно жесткие и… они двигаются по кровеносным сосудам … шевелятся… – Лорис бросил на Сову хитрый взгляд, проверяя убедительность своих доводов, и добавил: – Так что будь добра…

Сова нервно поежилась.

– Я тебя убедил? – нежно переспросил Лорис.

Она покорно кивнула и кисло добавила:

– Заодно, правда, попортил аппетит. Кстати, а куда так быстро побежал Командор?

Лорис невинно пожал плечами:

– Да он ночью, чтобы не заснуть, попросил меня это показать. Ну, я показал… Так что позвони в ресторан и отмени заказ на одну порцию: Командор, видимо, не будет завтракать.

Ресторан был почти пуст. Для завтрака время было уже слишком поздним, для обеда – слишком ранним, так что немногочисленные посетители, не обладающие полезной привычкой принимать пищу в одно и то же время, одиноко скучали за дальними столиками. Естественно, лорд Тонатоса предпочел скучать за самым лучшим столиком со звукоизоляцией и видом на море. Сова терпеть не могла популярную на Кифероне систему изолирующего звукового поля: даже в самый разгар вечера ресторан, полный людей, был совершенно безмолвен. Входя в обеденный зал, посетитель слышал только быстрые шаги официантов. Музыку можно было заказать для каждого столика отдельно по желанию жующих. Ее охотно заказывали, потому что в отсутствии мелодичного сопровождения звуковое поле лучше всего отражало звук соприкасающихся челюстей. Хотя для ведения конфиденциальной беседы звукоизоляция была как нельзя кстати.

Симаргл в вечернем смокинге с бабочкой поднялся из-за стола, приветствуя Сову. Было похоже, что он не ложился спать после ночи, проведенной в тайных интригах.

– Надеюсь, вы не ожидали, что я явлюсь на деловую встречу в вечернем туалете? – язвительно поинтересовалась она

Это был намек на испорченное платье, сделанный в надежде на то, что ей удастся застать лорда Тонатоса врасплох. Не тут-то было. Догадался он или нет, какой смысл она вложила в свои слова, лицо его по-прежнему отражало лишь лучезарную приветливость:

– После вчерашнего вашего выхода в свет, честно говоря, ожидал. – Он улыбнулся рекламной улыбкой опытного соблазнителя и галантно отодвинул для нее стул. – И потом, кто сказал, что у нас деловая встреча? Это приятный завтрак двух друзей, я бы даже сказал, свидание двух добрых приятелей.

– У меня к вам просьба, – поморщившись, оборвала его Сова. – Вы не могли бы отрабатывать свои манеры на приемах в императорском дворце? Полагаю, титулованные особы оценят ваше знание придворного этикета. Я же предпочитаю иметь дело с реальностью. К тому же я отвратительно себя чувствую, и ваши театральные таланты меня не развлекают.

Продолжая невозмутимо улыбаться, он уселся напротив и протянул ей меню. После утреннего разговора с Лорисом Сова взяла меню так, как берут руками скорпиона с отрезанным жалом, который если и не может укусить, то заставить понервничать вполне способен.

– Я тоже очень рад вас видеть, – признался Симаргл, игнорируя ее недовольство так, словно оно ни на секунду его не обмануло. – Кстати, скажите мне, леди, почему в разговоре со мной вы всегда стремитесь продемонстрировать больше злости, чем есть на самом деле? Можете не отвечать. Мне кажется, я знаю ответ. Кстати, я искренне хотел доставить вам удовольствие: мы в одном из лучших ресторанов Киферона.

Пожалуй, с недовольством она и вправду перестаралась. Действительно, почему она все время грубит даже в ответ на формальную вежливость? Ведь на самом деле злодеяния лорда Тонатоса по-настоящему неприятны лишь в том случае, если касаются ее лично.

– Никогда не могла понять, какое наслаждение люди находят в публичном поглощении пищи, – уже без прежней враждебности сказала Сова, вернув, не читая, меню. – На ваше усмотрение.

– Я уже заказал, леди.

– Тогда зачем же вы предлагаете мне выбрать?

– Как обычно – из вежливости.

Он подождал, пока официант заберет меню и удалится за пределы изоляционного звукового поля, принял светскую позу и попросил:

– Не опровергните ли вы меня, леди? Вчера у меня сложилось впечатление, что вы намерены принять участие в неком соревновании, сулящем в конце сомнительный приз?

– Симаргл, вы столь изысканно выразились, что я не поняла. Назовите вещи своими грубыми именами.

– Зачем вам понадобился сын Магистра?

– Из женской вредности. Инфанта – не единственная женщина на этой планете, кем можно увлечься.

– Сова, кому вы лжете? Вы так кардинально сменили имидж, что вчера я вас еле узнал. На фоне вашей привычки к мужской одежде и любви к холодному оружию, вдруг взыгравшее женское тщеславие выглядит несколько фальшиво. Если бы господин Ястри знал вас хотя бы так, как я, он бы держался от вас подальше. Догадываюсь, что Магистру не нравится союз, который вот-вот может заключить его разобиженный жизнью отпрыск.

Сова раздраженно помяла салфетку под столом.

– Кто еще догадывается вместе с вами?

– Неодобрение Ордена очевидно всем. И ваше присутствие здесь лишь подтверждает мои выводы. Впрочем, император достаточно самоуверен. Он не знает о ваших доверительных отношениях с отцом своего будущего зятя, так что не считает вас серьезным препятствием на пути к браку дочери.

– Как же вы не поставили его в известность о моем близком знакомстве с Магистром? – притворно удивилась Сова. – Наверное, в отместку за это император лишил вас возможности поучаствовать в качестве исполнителя в покушении на это, как вы выразились, несерьезное препятствие.

Если бы Сова больше старалась наблюдать, чем создавать видимость собственного спокойствия, она бы заметила, как Симаргл растерялся. Нет, иронично-любезное выражение его лица ни на секунду не изменилось, наоборот, оно застыло и затвердело, как фигурная гипсовая форма, но эта неподвижность лучше всяких перемен свидетельствовала о спрятанном за фасадом смятении.