Время ожидания - Майя Астахова

Однако след Вита тянулся дальше, к мосту. Что ж, значит, он последовал к Новой Голландии, в места, которые здесь, на кромке, звались не иначе как «Собачьей Слободой» – и было это очень скверно. Единственное, что придавало Корвину сил – то, что след ауры принадлежал живому человеку. Хотя здесь и ошибиться недолго. Но понять, что тот, кого ты ищешь, уже мертв, было бы просто невыносимым. Слишком мало в мире осталось тех, кто может ходить по кромке, и каждый из «кромешников» – будь то «нейтрал», сторонник пути Света или Тьмы – был своим, неповторимым и единственным.

«Адские гончие» не заставили себя долго ждать.

Корвин уже собирался проследовать за своим подопечным по набережной канала, обходя Новую Голландию против часовой стрелки – но именно в этот момент из подворотни вынырнуласобачья стая. На сей раз «гончих» было как минимум двадцать, и пропускать большого хищного зверя они явно не собирались.

«Прячься!» – мысленно скомандовал Корвин Лукреции, но кошке особого приглашения было не нужно. Она спрыгнула с загривка саблезубого и одним махом с совершенно непостижимым даже для ее племени проворством оказалась на том берегу канала, около готического замка, который в реальном мире был Новой Голландией.

Лукреция вскарабкалась по стволу стоящего вблизи дерева, уселась на ветке и угрожающе зашипела оттуда. Тем временем стая выстроилась полукругом. Один из псов – вероятно, вожак – зарычал на Корвина, тихо и утробно, и в этом рыке «кромешнику» почудилась дикая и неизбывная тоска.

«Что, собачки, давно вам не было хорошей трепки? – подумал Корвин. – Сейчас мы упущение восполним…»

Он был совершенно прав: эти псы понимали только одно – силу. Справиться с ними как-то иначе было просто невозможно, Конечно, наилучшим вариантом представлялась экспедиция в Собачью Слободу нескольких десятков сильных магов, после чего от псов остались бы одни обугленные кости. И такие экспедиции организовывались, причем не раз.

Но проходила неделя-другая – и «адские гончие» появлялись снова, будто из воздуха зарождались.

Видимо, пока в текущей реальности будут существовать всевозможные гопники и сбивающиеся в стаи наркоманы, здесь будет существовать и Собачья Слобода. Между прочим, как слышал Корвин, такие гадюшники кое-где все-таки извели под корень – например, на кромке в Тегеране или в Шанхае. Но в Петербурге слобода процветала…

Он вздыбил шерсть и в свою очередь, зарычал на псов. Те слегка попятились – все, кроме вожака. Матерый пес слегка приоткрыл пасть – и неожиданно бросился на саблезубого, увлекая за собой всю стаю.

В таких схватках все решает первый удар. Именно поэтому, когда вожак с визгом взлетел в воздух, подброшенный ударом мощной когтистой лапы, исход можно было предсказать.

Стая набросилась на Корвина с нескольких сторон, псы старались вцепиться в бок саблезубому, оттеснить его к ограде канала. Воздух заполнился рычанием и воем.

Через полминуты трое псов отползало обратно, во дворы слободы. Эти были не жильцами – их вполне могли разорвать на куски свои, как только закончится драка. Еще две собаки больше никуда не двигались – оборотень пропорол их когтями.

А через минуту стая, словно бы повинуясь какому-то инстинкту, прекратила нападение, оставив Корвина на поле боя в окружении убитых и умирающих «гончих». Видимо, теперь у стаи появится новый вожак.

Саблезубого тоже потрепали в схватке: на левом боку оборотня виднелись две глубокие раны. Но ни один из псов не сумел добраться до его горла.

«Дойти до более-менее безопасного места и перекинуться в человека. Немедленно! До чего же я устал…» – думал Корвин, озирая последствия сражения.

«Идем», – отдал он мысленный приказ кошке. Та, впрочем, решила, что благоразумнее будет последовать за Корвином по другому берегу. И лишь когда Собачья Слобода осталась позади, Лукреция вновь перепрыгнула канал и пошла рядом с тяжело дышащим саблезубым котом.

Глава 13

Отворот с приворотом

Было уже часов десять вечера, когда Оленька Линькова завершила все приготовления к тому, что задумала. Черных свечей у нее не было, а между тем, во всех пособиях по магии они были упомянуты. Мало того – без них вообще ничего могло не получиться!

Немного подумав, Оленька поняла, что можно прекрасно обойтись и обыкновенными свечами, покрасив их в черный цвет. Черный маркер у нее был, так что за этим дело не стало. В итоге свеча получилось не черной, а какой-то пятнистой, но, внимательно посмотрев на дело своих рук, она поняла, что и это вполне прокатит. Теперь надо было сделать восковую куколку. Здесь тоже проблем не было, пару раз она уже использовала подобную магию, которая (судя все по тем же пособиям) заимствована из негрского культа Вуду.

Первый раз ей понадобилось наказать свою начальницу, которая (и бывают же такие въедливые стервы!) повадилась бесшумно открывать дверь в кабинет, причем именно в тот момент, когда Оленька складывала на компе пасьянсы. Во второй раз жертвой должна была стать соседка, которой очень не нравилось, что кто-то курит на лестнице.

В итоге начальница потеряла свои контактные линзы, а соседку увезли в больницу с сердечным приступом, так что начинающая ведьма могла торжествовать. Но сейчас был особый случай. Она должна навести порчу на свою соперницу, да так, чтобы Денис на эту толстую лошадь Скади больше и не посмотрел!

«Спал он с ней – или нет?» – размышляла Оленька, готовя ингредиенты для предстоящего магического действа. Если спал – все очень сильно осложнится. Хотя, Денис ведь сам сказал, что познакомился со Скади не так давно. Так что надо не упустить время – чем быстрее Оленька устроит порчу, тем больше у нее окажется шансов завоевать этого видного и далеко не нищего парня.

Наконец, вудуистская куколка была готова. Оля сожалела, что у нее нет ни одной фотографии соперницы – она считала, что наклеенная на лицо куколки фотография сделает обряд более действенным.

– Нарекаю тебя… – бормотала она, – именем…

Стоп, а ведь имени-то она и не знает! Скади – это интернетовское прозвище, ник-нейм.

«Вот я дура! – выругала себя Оленька. – Надо было у Дениса спросить…»

Минуты через две она успокоилась. Если ее соперница предпочитает называть себя Скади – значит, это и есть ее истинное имя.

– Нарекаю тебя Скади, – завершила Оленька свою речь.

Куколка получилась аляповатой, как какие-нибудь скульптуры энного тысячелетия до нашей эры, которые порой находят археологи. Но сейчас и этого было достаточно.

Свечка на блюдце была водружена в центр пентаграммы, нарисованной на полу мелом. Она никак не хотела разгораться. Только минуты через три фитиль, наконец, вспыхнул, и Оленька увлеченно принялась за работу. Она нагревала на огне свечки булавки, а потом втыкала их в куколку – в голову, в сердце, в живот.

Оленька представляла, что втыкает булавки не в полубесформенный кусок воска, а непосредственно в свою соперницу.

– Так тебе… Так… Получай… – приговаривала она.

Через некоторое время куколка стала похожей на ежа, и только тогда Оля решила отдохнуть от своих не слишком праведных трудов. Она погасила свечу и некоторое время просидела в раздумьях, не представляя, что делать дальше. Интересно, через какое время подействует магия? Может быть, почти мгновенно? Или придется подождать?

Ждать Оленьке совсем не хотелось. Поэтому она решительно подошла к телефону и набрала номер Марины Крутицкой, с которой обменялась телефонами на вечеринке. Она знала, что Марина – подруга Скади, и, может быть, что-то уже произошло с ее соперницей?

В трубке послышался гудок, потом не очень приветливый женский голос проговорил:

– Алло?

– А Марина дома? – спросила Оленька.

– Марина болеет, – ответили ей.

– А… как жаль. Это ее сестра?

– Нет.

– Ну, вы Марину сможете позвать?

– Не смогу. Она плохо себя чувствует. Спит… – терпеливо пояснили Оленьке.

– Ну, извините, – Оленька повесила трубку и задумчиво прошлась по комнате.

Ну, конечно, болеет – так мы и поверили. Вот только что была совершенно здорова – а теперь взяла и заболела, к телефону подойти не может? Время-то – всего ничего! Сказали бы сразу – не хочет разговаривать! Болеет она, видите ли…

Хотя – почему бы и нет? Может быть, проклятие, которое только что создала Оленька, уже ударило не только по Скади, но и по ее родственникам и ближайшим друзьям? Такое тоже иногда случается.

«Ну и ладно, – решила Оленька. – Я права по любому!»

В конце концов, ответственность за порчу лежит именно на Скади – а не надо быть такой хамкой! Подумаешь, разбитый хрустальный шар… Во-первых, не ей этот подарок предназначался. Во-вторых, всякое случается, тем более что шар действительно казался раскаленным, он просто-напросто вырвался у Оли из рук. А что в итоге? «Косорукая»! Ну, теперь-то мы посмотрим, кто там будет косоруким!