Чистилище. Живой - Виктор Глумов

– Которые тотчас превратят в дуршлаг, – сказал Андрей. – Что с охраной возле КПП?

– Днем видел четверых, – ответил Валера. – Но не уверен, может, их больше. Тут, напротив КПП, у них вагончик, – он нарисовал ручкой прямоугольник. – Если вояк четверо, два охранника будут спать, два – нести службу. Вы меня поняли?

Макс сказал:

– У каждого – АК с укороченным стволом и по несколько снаряженных магазинов. Итого четыре автомата. Если повезет, то и пистолеты добудем. На первое время этого должно хватить. Потом поищем оружейный магазин или другую воинскую часть, брошенную.

– Значит, план таков, – резюмировал Андрей, хлебнул воды из бутылки – от волнения пересохло во рту. – Дожидаемся ночи, еще лучше – предрассветных часов, когда самый крепкий сон. Часовых двое, значит, двое подкрадываются к охранникам и вырубают их, а двое страхуют. Потом отбираем автоматы, вырубаем спящих, прыгаем в БМП и уезжаем. Так?

– Как все гладко и безупречно, – вздохнул Влад. – В жизни так не бывает. Военные вооружены огнестрелом, у нас – только кухонные ножи. Даже если все получится, что будет, когда мы заведем БМП? А если они рванут за нами? Усаков не простит предательства.

– Ну, оставайся и жди, когда Усаков мутирует, если сам не мутируешь раньше, – всплеснул руками Валера, успокоился, понизил голос. – Надо попытаться.

– Да я ж не спорю, – пожал плечами Влад. – Надо тщательно все продумать.

– Мы и пытаемся! – Валера поставил четыре точки возле КПП.

– Ты нас недооцениваешь. – Макс блеснул глазами и ухмыльнулся. – Одного постового я легко сниму и гарантирую, что никто ничего не заметит. Будзинкан – кто-нибудь слышал такое слово?

– Кто второго охранника убирать будет? – поинтересовался Влад. – Я не уверен, что справлюсь.

Валера потух, разве что уши не прижал к голове:

– Могу попытаться. Но не уверен, что смогу подкрасться незаметно…

– Не сможешь, я вижу. – Макс посмотрел на Андрея.

В глазах потемнело, по позвоночнику прокатилась волна жара, выступил холодный пот. Да, он научился стрелять из ППШ, положил пару десятков безмозглых мутов, но теперь-то от него будут зависеть жизни людей, в том числе – любимой девушки. Если ошибется… Но ведь больше некому! В конце концов, его учили не просто драться, но и убивать, он умел обращаться с холодным оружием, и многое другое.

– Я пойду, – произнес он чужим голосом и оглядел собравшихся.

Влад смотрел недоуменно и недоверчиво, Валера словно проверял его в спарринге. Таня шелохнуться боялась, грызла ногти. Макс подошел, положил руку на плечо:

– Молодец, не ошибся в тебе. Больше некому, Андрюха. Добро пожаловать в иную реальность. Я все это проходил примерно в твоем возрасте.

Впервые в жизни Андрей заглянул в льдистые глаза убийцы, холодные, как сталь. Чтобы выжить среди волков, нужно самому научиться смыкать челюсти на чужом горле. Переступить через порядочность и брезгливость.

– Главный конструктор Академии наук, – вспомнил Андрей легенду Макса.

– Между прочим, это правда. У меня много увлечений. Вернемся к нашим постовым. Выдвигаться надо, как ты правильно заметил, перед рассветом, когда самый крепкий сон. Хорошо, ночи сейчас безлунные. Действовать мы должны синхронно, потому что постовые будут стоять рядом, и когда один захрипит, второй услышит. Так что ты действуешь первым. Если у тебя не получится бесшумно, я подстрахую.

– А наша задача в чем? – вскинул бровь Влад.

– Быть на подхвате и действовать по ситуации, – распорядился Макс.

Пальцы Тани сжали плечо Андрея до боли, ее трясло.

– Парни, – пролепетала она. – А разве обязательно кого-то… убивать? Можно ведь попытаться договориться.

– И ты ночью внезапно мутируешь, как генерал Каневский, – ответил Влад. – А днем продемонстрируют твой труп.

– Ага, – закивал Валера. – Мне один мужик рассказал, он мутировал первым, что нас сделают рабами, а Усаков, как тот морж, – будет покрывать всех самок. Тьху. И ведь прав тот чувак оказался! Он считал, что Каневский долго не протянет.

Макс хлопнул в ладоши, направился в кухню, выглянул на лестничную клетку и встал возле окна, опершись на стену.

– Мы с Андрюхой идем первыми, вы – на расстоянии метров двадцать от нас… Нет, лучше, чтобы вы нас обогнали, обошли постовых по широкой дуге и приближались со стороны леса. Тогда они могут подумать, что это прорыв мутов или звери… Да! А мы подкрадемся сзади и… – Он чиркнул себя по горлу. – У вас есть холодное оружие?

Валера с готовностью вытащил из берца складной нож, протянул Максу, но Андрей и издали видел, что это никуда не годный хлам.

– Этим только консервы открывать, – резюмировал Макс.

Андрей с сожалением вспомнил мачете, но отогнал мысль о нем – он слишком большой, здесь больше подошел бы… Хозяин судьбы, который подарили Сталкеру! Нож остался в рюкзаке, рюкзак никто не обыскивал… Андрей метнулся на кухню, где бросил вещи.

Макс шевельнул губами, словно хотел что-то сказать ножу, раскрыл его, провел пальцем по клинку с таким видом, будто ласкал любимую женщину:

– Не очень функционально, но пойдет.

Он обвел взглядом комнату:

– Это все? Больше ни у кого ничего?

Влад качнул головой, Валера пожал плечами.

– Плохо, – вздохнул Макс.

– Поправимо, – улыбнулся Андрей. – Надо обыскать пустующие квартиры. Это ж военный городок, можно и что-то поинтереснее найти. Офицерам сейчас выдают оружие?

Макс хлопнул себя по лбу:

– Черт, и как мы раньше не додумались? Идем скорее, пока совсем не стемнело. Хрен знает, выдают или нет.

Таня отлипла от Андрея, он поднялся, потянулся.

– А я? Я боюсь. А вдруг Усаков придет?

Андрей обнял ее и поцеловал в лоб:

– Закройся и не впускай. К тому же он не знает, где мы.

Таня тяжело вздохнула, плюхнулась на диван, но не просидела и минуты, вскочила, заметалась по комнате, как белка в клетке. Остановилась:

– А я пока эту квартиру обыщу.

Отмычки, понятное дело, ни у кого не нашлось, и там, где квартиры были заперты, приходилось орудовать подручными средствами. Андрею выпало обследовать седьмой этаж. Ему повезло, первая же квартира с дерматиновой дверью была распахнута. Наверное, кто-то из жильцов спасался бегством.

В нос шибануло падалью, с двери слетела стая сонных мух, зажужжала, ударяясь о препятствия. К горлу подкатил комок тошноты, Андрей стянул с вешалки черную мужскую шапку и прижал к лицу, шагнул через арку в просторную кухню и невольно попятился. В луже засохшей крови ничком лежал человек. Тучная седая женщина в халате, со слипшимися волосами на проломленном затылке. Стол усеивали кубики недорезанной моркови, возле банки зеленого горошка валялась открывалка.