Весь Роберт Джордан в одном томе - Роберт Джордан

этому госпожа Харфор проводила наемников именно сюда, хотя они даже не догадывались о глубине нанесенного им оскорбления. Сама она собственной персоной находилась тут же, «приглядывая» за парой молоденьких служанок в ливреях, которые с помощью двух серебряных кувшинов, стоявших тут же на резном буфете, поддерживали кубки посетителей наполненными. Но при ней была ее тисненая папка с традиционными отчетами, словно она рассчитывала, что вопрос с наемниками будет решен очень быстро. Тут же в уголке стоял Халвин Норри, прижимавший собственную папку к своей впалой груди, и, как всегда, пучки его седых волос за ушами очень напоминали перья. Их ежедневный отчет в последнее время стал незыблемой традицией, и редко когда мог порадовать ее сердце. Скорее наоборот.

Предупрежденные парой телохранительниц, вошедших в комнату для проверки впереди, все присутствующие оказались на ногах, когда в комнату вошла Илэйн. По пятам следовали еще две телохранительницы. Дени Колфорд, оказавшаяся старшей в наряде телохранительниц, сменивших дежурившую группу Деворы, просто проигнорировала ее приказ оставаться снаружи. Проигнорировала ее приказ! Она, конечно, допускала, что они смогли замечательно пустить всем пыль в глаза, но никак не могла перестать скрипеть зубами.

Кареане с Сарейтой, весьма официальные в своих накинутых шалях с бахромой, слегка склонили головы, выражая свое уважение. Меллар же поклонился, изобразив шляпой изысканный жест, поставив одну руку на пояс, украшенный кружевами и повязанный поверх сверкающего нагрудника. К нагруднику в знак его ранга были привязаны шесть золотых бантов по три с каждой стороны, которые ее сильно раздражали, но она пока позволяла ему их носить. На его напыщенном лице появилась слишком теплая улыбка, потому что как бы она не была с ним холодна, он думал, что у него есть шанс обрести взаимность, основываясь на том факте, что она не опровергала ходивших слухов о том, что ее дети от него. У нее были причины не опровергать данные грязные сплетни, поскольку они защищали ее малышей, малышей Ранда, поэтому она все это терпела. Надо просто подождать, и Меллар сам совьет веревку на свою шею. А если у него самого не получится, то веревка найдется у Илэйн.

Чуть-чуть позади Меллара держались наемники, хотя они не были столь изысканы в проявлении своего почтения. Все оказались средних лет: высокий андорец с квадратной челюстью – Эвард Кордвин в левом ухе носил крупный рубин; маленький и худощавый Алдред Гомайзен с обритой спереди головой нашил на свой камзол полосы красного, зеленого и синего цветов в куда большем количестве, чем полагалось этому кайриенцу от рождения; седеющий Хафин Бакуван в левом ухе носил массивное золотое кольцо, и по перстню с драгоценными камнями на каждом пальце руки. Доманиец был довольно полным, но, судя по тому, как он двигался, под слоем жира находились твердые мускулы.

«Разве у вас нет иных дел, Капитан Меллар?» – прохладным тоном поинтересовалась Илэйн, взяв один из стульев. В комнате их всего было пять. Они все были очень простыми – и спинка и подлокотники с простым орнаментом в виде виноградной лозы и никакого намека на позолоту. Широко расставленные спиной к окну они позволяли свету падать из-за спины того, кто на них сидел. В солнечный день подобный прием заставил бы присутствующих смотреть в ее сторону, сощурившись. К сожалению, сегодня подобное преимущество было потеряно. Две женщины-телохранителя заняли свои места позади ее стула, положив руки на эфесы своих мечей и строго глядя в сторону наемников, которые не могли сдержать улыбок. Бакуван и Гомайзен потирали свои подбородки, чтобы скрыть ухмылки. Женщины и вида не показывали, что данное поведение их оскорбляет. Они знали, в чем смысл их униформы. Илэйн знала, что если дойдет до мечей, они сумеют быстро стереть с их лиц эти ухмылки.

«Мой первейший долг – защищать вас, миледи», – поправив меч, Меллар покосился на наемников, словно ожидал от них нападения на нее или на себя. Гомайзен весьма удивился, а Бакуван громко расхохотался. У всех троих ножны были совершенно пусты, а у Кордвина даже двое – за спиной. Никому из наемников не позволяли проносить во Дворец оружие, кроме кинжалов.

«Мне известно и о других ваших обязанностях», – спокойно возразила она, – «потому что я сама их назначала, Капитан. Вы должны обучать людей, которых я привела из провинции. А вы не уделяете им столько времени, сколько я ожидала. Много людей требуют обучения, Капитан». – Много стариков и детей, если быть точной, и их достаточно, чтобы занять все его время. Хорошо еще, что он уделял немного времени телохранительницам вместо того, чтобы ими командовать. Хотя, занимался он не совсем обучением. На самом деле он больше любил щипать их за попы. – «Я предлагаю вас пойти их повидать. Немедленно».

В узком лице Меллара полыхнул гнев, он даже затрепетал, но мгновенно овладел собой. Все произошло настолько быстро, словно ей это почудилось. Но она-то знала, что это было не так.

«Как прикажете, миледи», – ответил он мягко. И на его лице расплылась такая же мягкая липкая улыбка. – «Честь имею служить, миледи», – сделав еще один изощренный поклон, пританцовывая, он попятился к двери. Немногим удавалось терпеть выходки Дойлина Меллара достаточно долго.

Бакуван снова рассмеялся, откинув голову назад. – «Парень теперь носит на себе столько кружев, что я готов был поклясться, собирается учить нас танцам, а он действительно танцует». Кайриэнец тоже рассмеялся противным гортанным смехом.

Меллар напрягся, чуть не споткнувшись на пол дороги, затем ускорил шаг так, что чуть не врезался в дверях во входившую Бергитте. Он исчез, не задержавшись извиниться, и она нахмурилась, проводив его взглядом. По узам пробежала искра гнева, но быстро погасла, сменившись нетерпением, которого не было до этого в помине. Она захлопнула дверь и очутилась за стулом Илэйн, одной рукой опершись на спинку. Ее толстая коса не была заплетена после просушки волос как обычно аккуратно, но униформа Капитан-Генерала была в полном порядке и очень ей шла. В сапогах на каблуках, она оказалась ростом выше Гомайзена, и когда хотела, могла выглядеть очень внушительно. Наемники сделали небольшие поклоны – скорее из вежливости, чем из уважения. Что бы они ни говорили вначале по поводу женщины-военачальника, зрелище боя Бергитте с врагами, особенно с луком, оставляло неизгладимые впечатления.

«Вы говорите так, словно знали Капитана Меллара прежде, Капитан Бакуван», – произнесла Илэйн обыденным тоном, сделав лишь слабый намек на вопрос. Бергитте постаралась спроецировать уверенность сквозь узы, но все равно прорвались настороженность и беспокойство. И непременная усталость. Илэйн