Солнечный Остров - Илья Сомов

«С этим все», - понял Вакир, переводя взгляд на пару испуганно застывших охотников.

- Еще у кого-нибудь есть идеи насчет, того что нам делать дальше?

Быстро переглянувшись, оторопевшие слуги замотали головами.

- Тогда быстро помогите этому оклематься. Мы идем в погоню.

Ормату казалось, что он бежит почти не касаясь земли, сердце билось спокойно и ровно, даже жаркие влажные испарения леса наполняли его грудь так же легко, как сладкий воздух равнин. Оленьим прыжком он перемахнул через частокол безжизненных кустов. Ступни крепко стукнулись о землю, но никакой боли он не почувствовал. Не нуждаясь в остановках и передышках, Ормат мчался все дальше и дальше.

Неожиданно взгляд зацепился за что-то странное в неглубокой ложбинке – нечто такое, чему в лесу не место. Неохотно остановившись, Ормат подошел ближе. Несколько минут ушло на то, чтобы понять – из земли торчит верхушка разрушенной стены. Когда-то здесь был дом или вернее сказать, дворец. Но какой идиот поставит дворец среди леса? И камень странный, вроде даже не камень, а черное стекло. Оплавившееся и потекшее мутными ручейками.

Должно быть, в прошлом году, когда была нормальная зима, дожди размыли склон овражка, и открыли то, что тот срывал много веков, а может даже и тысячелетий.

«И все же интересно, что за люди тут когда-то строили города из стекла? И что он сам здесь делает?» - мелькнула следом окрашенная тревогой мысль.

Беглец недоуменно оглянулся.

Он собирался пройти по краю Следа морозника (если это действительно тот самый След) но забрался в самую глубину. Удивительно, но Ормат совершенно не помнил, как это произошло.

Беглец прислушался к тревожно молчащему лесу. Ничего живого. Даже насекомых не слышно.

Лучше все же отсюда по-быстрому выбраться.

Прикинул направление, Ормат стремительно набрал разгон, ноги легко несли его к границе мертвого леса. Мышцы заходили под кожей, выгоняя тревогу, вернулось чудесное ощущение силы, бесстрашия. Всемогущества. Хотелось, чтобы восхитительный полет никогда не кончался.

Ормат и сам не заметил, как стал все круче и круче отклоняться от намеченной дороги, пока не оказалось, что он вновь несется в немую темноту Следа.

Он бежал навстречу шепоту, который незаметно поселился в его голове, едва лишь беглец ступил под мертвые кроны черных деревьев. В шепоте не было слов, только призыв. Властный призыв, которому он не мог и не хотел сопротивляться.

Глава 15

- Нет, даже не упрашивай, - отмахнулась Ульвэ, тусклые лучи одиноких светильников отразились в тугих завитках медного шлема волос.

- Да ты не торопись, подумай, - сказал Лео, уже начавший жалеть о своей миротворческой затее.

Молодые люди медленно брели по подземному коридору Тропы Ушедших. Сейчас уже никто не помнил точно почему так назвали так паутину тоннелей, в незапамятные времена пробитую под Гнездом Сокола. Некоторые шептались, что подземелья создали задолго до того, как был построен дворец, и пробили их в несокрушимой скальной породе вовсе не люди.

Ульвэ то и дело останавливалась, помечая что-то в своем световом планшете. Ради путешествия по подземелью девушка облачались во все черное: брюки, туго обтягивающие стройные  ноги, атласную жилетку и рубашку с пышными складчатыми рукавами. Единственным светлым пятном был белый шёлковый шнур, завязанный на горле сложным узлом – он раскачивался в такт шагам.

Лео молча брел рядом. Он сменил дворцовый китель на стального цвета длиннополый пиджак. Кружевной воротник он, поразмыслив, отвязал и спрятал в карман. Ноги утопали в мягкой, заглушающей шаги пыли.

- Да не плетись ты за мной, как укор совести, - проворчала Ульве, делая новую пометку. – Я тебе уже все сказала.

Лео впервые обратил внимание, что на перчатках девушки красуется знак белки. Князь закусил губу. Будь он безнадежным оптимистом, решил бы, что она выбрала этого мифического зверька из любви к рыжему цвету, а вовсе не из-за его неукротимой воинственности.

- Но тебе не кажется, что в этом деле главная пострадавшая сторона – я? Разве мое мнение не имеет значения?

- Можешь считать, что я твое мнение уже учла, - Ульвэ сурово сдвинула блестящие брови, - но это ничего не меняет. С Эвиашем, если хочешь, можешь разбираться сам, я тут и так слишком много нотаций выслушала. Но с Замией разговор особый, использовать меня после того раза, как…

Девушка опустила голову что-то неслышно забормотав.

– Прощение не окупается, - сказала она, наконец. – Человек только радуется, что избежал ответного удара, и думает, что то же самое будет всегда. Чувствует себя безнаказанным. Если бы Замия еще в тот раз получила все, что ей причитается – сегодняшнего разговора не было бы.

Вздохнув, Лео снял с уха повисшую паутинку, клейкая ниточка тут же ухватилась за гладкую ткань перчаток и никак не хотела отцепляться.

«Что же за страсти кипят там, на девичьей половине, - подумал Лео, яростно размахивая кистью. – Надо было расспросить Замию подробней, а то такое чувство, будто идешь на ощупь».

Молодые люди свернули за изогнутый под странным углом поворот. Лео тряхнул головой, ему показалось, что стены и потолок начали незаметно изгибаться внутрь. Да и подошвы стали соскальзывать, будто пол выгнулся горбом.

- Слушай, а это обязательно – нам говорить в таком месте? Может, лучше на свет поднимемся? - сказал Лео, опираясь рукой на холодную стену.

- А что, боишься, призраки появятся? - улыбнулась девушка, на миг, блеснув своим обычным весельем. – Мне же нужно доделать свою работу по архитектуре, а здесь уникальный материал. А ты, кстати, меня отвлекаешь. Если не с кем болтать, иди к Замии. Думаю, сейчас она как раз в настроении для разговоров, и не только.

- Я бы оставил этот материал лежать под землей. И вообще, на твоем месте был бы поспокойней. На Тропе сильные эмоции до добра не доводят. Помнишь ту историю про парня с прошлого набора? Говорят, его нашли где-то здесь, а отчего он вдруг умер, так никто и не понял.

- У каждого поколения учеников был свой «парень из прошлого набора», - усмехнулась Ульвэ, - это просто дворцовая легенда.

- Может и легенда, но все равно лучше успокоится, сильные чувства могут потревожить.

- Кого?

- Никого. Просто… так лучше.

Неожиданного захихикав, Ульвэ толкнула его локтем в бок:

- Не бойся, пока я здесь – никакие призраки тебя не обидят, - Ульвэ снова прыснула. - Надо будет рассказать Итаю, пусть он тебе прочитает  десяток лекций о вреде суеверий.

- Только не это, - охнул Лео, вскинув руки в шутливой панике, - Хотя, знаешь, эти подземелья действительно на меня давят. Неприятное место, даже без призраков. Все эти углы, линии…

Лео покачал головой.

- Возможно, ты в чем-то прав, - неожиданно согласилась девушка, - есть здесь что-то такое…

Она вдруг резко остановилась.

- Ты слышал?

- Что слышал? – нервно завертел головой Леомир.

- Вот этот звук.

Князь прислушался. Сперва он не разобрал ничего, кроме собственного дыхания, но скоро до него донесся мерный глухой стук. Как будто кто-то пытался пробить каменные стены и вырваться наружу. Сумрак в промежутках между светильниками начал казаться Лео особенно разросшимся, там словно что-то двигалось в такт загадочному звуку.

- Что это может быть? – очень тихо прошептал он, облизав губы.

- Не знаю, - прошептала Ульвэ, - Но если предположить… То, скорее всего, это насосы дворцовой вентиляции, - закончила девушка обычным тоном.

Глядя на вытянувшееся лицо друга, она покатилась со смеху.

- Ульвэ, за таки шутки в приличном обществе…

- Помни о вреде сильных эмоций, - воскликнула девушка, и, смеясь, бросилась бежать по коридору.

Он ринулся следом, отфыркиваясь от пыли облачками взлетающей из-под сильных ног беглянки.

Смеясь, молодые люди вбежали в небольшой, странно перекошенный круглый зал.

- Все, все, - подняла руки Ульвэ, - я сдаюсь, ты ведь не станешь бить пленную.

- В последний раз мы с тобой подрались, когда нам было по десять. Хотя, признаюсь, желание вспомнить детство у меня возникало много раз.

- Сама удивляюсь, как ты сдерживался, - улыбнулась Ульвэ, раскрывая свой планшет.

Пока девушка бодро орудовала световым пером, Лео осмотрел тускло освещенный зал.

Действительно перекошен – потолок со стороны входа почти на метр выше, чем у выхода, да и пол, кажется, идет на подъем. Лео незаметно поежился. Может, строители не умели толком обращаться со своим инструментом? Поэтому Тропу и забросили, а будущие поколения, которые уже ничего не знали, напридумывали сказок. А тут еще Ульвэ со своими шуточками. Несмотря на успокоительные мысли, нервы Лео разыгрались. Ему стало мерещиться, будто тени за тонким строем светильников начали уплотняться, и вроде бы даже перебираться с места на место.