Вся Робин Хобб в одном томе - Робин Хобб

Торговцу Кандралу явно не понравилось, что ему сделали замечание. Или, возможно, ему не понравилось то, что Лефтрину назвали его имя. Как бы то ни было, он откинулся на спинку своего кресла и нахально ответил:

— У меня действительно был вопрос, и я его задал. Чем именно угрожали нашему капитану? И если угрозу прислали до его отплытия, почему он не стал сообщать об этом до того, как отправиться в путь?

Торговец Полск прищурилась, но кивнула, разрешая Лефтрину отвечать. Глядя ей в лицо, он ответил:

— Это был шантаж. В записке содержалась угроза выдать некие личные сведения. Я не стал о ней сообщать, потому что решил, что сам справлюсь, а Совет требовал скорого отправления. Немедленного, если я правильно помню.

— Драконы были опасны! От них необходимо было избавиться! — Это заявил мужчина в плотной холщовой куртке и брюках, который встал, чтобы его лучше было слышно. — Нам с сыном пришлось спасать жизнь, убежать прямо в раскоп. А тот маленький зеленый дракон преследовал нас, сшибая подпорки. Он хотел получить наш ужин, хоть это был всего лишь хлеб с сыром в мешке. Он сожрал его вместе с мешком, а потом съел бы и моего парня, если бы мы не убежали, пока он жрал! Я хочу сказать, что если драконы ушли — так и хорошо. А если начнется разговор о том, чтобы их вернуть, то я и другие копатели бросим лопаты!

Он скрестил на груди мощные руки и обвел окружающих яростным взглядом.

— Прекратить выкрики!

Торговец Полск сурово одернула мужчину, который столь громко поведал свою историю. Тот сел, досадливо фыркнув, однако окружавшие его люди одобрительно кивали.

— Они кого-нибудь убили бы, если бы их не отманили отсюда. И вообще они с самого начала были неудачной сделкой, — добавил он не так громко, однако все равно заработал гневный взгляд от главы Совета.

Лефтрин воспользовался настроением, преобладавшим в зале.

— Сегодня, уважаемый Совет и торговцы, я явился сюда просто для того, чтобы получить нашу законную плату. Драконы устроены: я никогда не приведу их обратно. Так что выдайте нам наши деньги: мне, моей команде, хранителям и охотникам. У меня есть подписанные ими доверенности, по которым мне следует получить за них наличность. Некоторые хотели, чтобы часть денег была отправлена их родственникам, одна хранительница распорядилась, чтобы все её деньги ушли к её родным, а остальные поручили мне забрать все их деньги.

— Докажите! — решительно потребовал торговец Кандрал.

Член Совета в темно-зеленом энергично кивнула, поддерживая его.

Мгновение Лефтрин молча смотрел на них. Затем он снова снял сумку с плеча и медленно её открыл. Доставая оттуда свернутый в рулон документ, он негромко заметил:

— Некоторые оскорбились бы той формой, в которой было высказано это пожелание. Ещё кто-то мог бы потребовать удовлетворения от щенка, который так оскорбил его честь. Однако… — он шагнул вперед, чтобы положить доверенности на стол, и посмотрел на торговца Кандрала в упор, — я, пожалуй, приму во внимание источник. — Он не стал дожидаться ответа мужчины, продолжив, словно реакция того не имела никакого значения, и развернул бумагу перед торговцем Полск. — Здесь все подписались — все охотники, хранители и матросы, а также Элис и Седрик. Все, кроме Варкена. Он утонул. Я привез с собой его контракт. Думаю, его деньги должны отойти его родным. Он отзывался о них тепло. Грефт мало говорил о своих родственниках, и я не знаю, были ли у него близкие. Можете оставить его деньги себе, если сочтете это справедливым. Что до денег Джесса Торкефа, поступайте с ними, как пожелаете. Это — грязные деньги, и лично я к ним не притронулся бы.

Кандрал вжался в спинку своего кресла.

— Если все эти хранители выжили, почему здесь нет никого из них? Откуда мы знаем, что они не умерли, а вы не явились просто присвоить их деньги?

Это мерзкое обвинение заставило Лефтрина побагроветь. Он набрал в грудь побольше воздуха.

— Торговец Кандрал, вас Совет говорить не уполномочивал. Капитан Лефтрин! — Торговец Полск говорила отрывисто, — прошу вас отойти от стола. Совет рассмотрит эти документы. У нас никогда не было к вам никаких претензий. И мы желаем обсудить ваше предположение о том, что в найме охотника Торкефа было нечто неподобающее.

Она бросила на торговца Кандрала оценивающий взгляд.

Лефтрин с места не сдвинулся, а только перевел взгляд с торговца Кандрала на Полск.

— Я проигнорирую это оскорбление. На этот раз. Но пока Совет будет искать нарушения, ему следует вспомнить, что лжецы часто с подозрением относятся к честным людям. Я даже отвечу на этот вопрос. Хранители решили остаться со своими драконами. Два хранителя погибли, и, наверное, будь я тем человеком, который готов наживаться на мертвых, я сказал бы вам, что все живы, и тогда забрал бы и их деньги. А теперь я отойду, как только получу плату за мои услуги, за мой корабль и мою команду. Как было договорено и подписано всем Советом.

— Думаю, что никто из нас против этого возражать не станет, — Полск бросила предостерегающий взгляд на Кандрала, который уже открыл было рот, собираясь заговорить, и заставив его поспешно сжать губы.

Торговец Полск жестом потребовала себе чернила и бумагу, однако женщина, сидевшая слева от Полск, внезапно спросила:

— А как же торговец из Удачного, как Элис Финбок? Где она? И тот мужчина, который её сопровождал, Седрик Мельдар? Они же не могли пожелать остаться с драконами?

— Торговец Свердин, эти вопросы следовало представить Совету, чтобы они были заданы должным образом!

Торговец Полск выразила свое недовольство совершенно ясно. Щеки у неё покраснели, и она в досаде запустила руку в волосы, взъерошив свой седой ежик.

Лефтрин не стал смотреть на неё: он устремил свой взгляд прямо на торговца Свердин.

— Элис Кинкаррон пожелала остаться с драконами. Она дала мне письма, чтобы я переслал их её родным. Они уже отправлены. Что до Седрика, то, поскольку он не подписывал с Советом никаких договоров, то вас вряд ли касается то, что с ним стало. Однако я оставил его живым и здоровым и, полагаю, он по-прежнему в том же состоянии.

Торговец Свердин нисколько не смутилась. Она откинулась на спинку своего кресла и, вздернув остренький подбородок, обратилась к торговцу Полск.

— У нас нет никаких доказательств того, что кто-то из хранителей выжил. Нам ничего не известно о том, что