Время ожидания - Майя Астахова

– Ну, вообще-то, купальник я взяла – на всякий случай. Можно и поехать.

– Тогда нам – обратно, на «Маяковскую»…

Пока они направлялись к эскалатору, ехали вверх, прошли мимо мозаичного портрета Маяковского, Ольга твердила себе: «Да он же ее нисколько не любит… Не любит!»

Она и подозревать не могла, что идущий рядом Темный маг прекрасно слышит ее слишком «громкие» и слишком незащищенные мысли.

Путь до гостиницы «Прибалтийская», стоящей на самом берегу Финского залива, прошел почти незаметно. Денис спокойно и уверенно рассуждал о «третьем глазе», о контактах с Мировым Разумом и прочей ерунде, которая обыкновенно становилась достоянием «желтых газет». Потом перешел на кое-что более серьезное, с таинственным видом произнося почти мистические фамилии – Блаватская, Кроули… Этого оказалось достаточно: миловидная брюнетка развесила уши.

Теперь, когда они вышли из метро и ждали подходящего транспорта, она пыталась рассказывать сама – к примеру, о том, как попыталась наколдовать себе более приличную зарплату.

Технология оказалась простой донельзя – Денису пришлось приложить немыслимые усилия, чтобы сдержать смех. Под конец он готов был включить невидимость, а то и уйти на кромку – лишь бы вволю отсмеяться там.

Оленька решилась колдовать по ею же разработанной методе. Она была убеждена, что, поскольку «баксы» имеют зеленоватый цвет, значит, для успеха магического действа необходимы зеленые свечи. В итоге она долго шептала заклинания (вычитанные из книг по колдовству) и перевела-таки несколько свечей. Потом набрала ванну, высыпала какую-то минеральную соль, придавшую воде зеленый цвет, и улеглась туда, представляя, что она купается в зеленых долларах.

– Ну и как, оно сработало? – спросил Денис, подозрительно отворачиваясь и делая вид, что высматривает, не идет ли нужный им автобус.

– Ну, да… – не слишком уверенно произнесла Оленька. – Зарплату мне прибавили… на пятьсот…

– Так пятисотенная – она же фиолетовая, – Денис упорно продолжал смотреть в сторону.

– Так ведь оно и не важно. Главное – прибавили, – усмехнулась Оленька с победным видом, мол, знай наших, мы, хоть в теории подкованы и не очень, тоже на что-то да годимся.

Темный маг продумывал сейчас план небольшого вмешательства, которое могло бы доказать девушке его силы и умения. После этого Оленькой можно было бы управлять без особых хлопот. Вмешательство, которое могло бы изменить баланс сил Тьмы и Света, – даже если это вмешательство очень небольшого уровня – было сейчас недопустимо. Конечно, вряд ли его сейчас возьмут за воротник и потащат к Посредникам – Светлые маги Сообщества, как подозревал Денис, были сейчас заняты решением собственных проблем – а проблемы эти были как две капли воды похожи на те, которыми занимались их коллеги-Темные. Так что все разногласия после юбилейного года были задвинуты на задний план, сейчас между ними царил мир или, по крайней мере, нейтралитет. Можно сколько угодно друг друга не терпеть – но выбираться из ямы, в которую они попали, приходилось сообща. Как всегда и делалось в Сообществе.

Иное дело – те силы, которые стоят над ним. Вот их Денис откровенно побаивался. Например, Посредников. Он даже плохо представлял, о ком (или, может быть, о чем) идет речь. Информации такого рода было очень мало. Интересно, потерянный артефакт – часть «портала фараонов» – уже передан им? Пожалуй, эти собиратели древних артефактов неплохо заплатили бы «кромешникам» за хрустальную пирамидку. Хотя известно – то, что попало в руки «Третьей Стражи», оседает именно у них. И Посредники, кто бы они ни были, получат шиш – «стража» работает автономно.

Значит, надо продемонстрировать что-то совершенно нейтральное и безобидное, чтобы окончательно расположить Оленьку к себе. А через нее попытаться выйти на компанию, за которой наверняка следят «кромешники». Они-то Дениса и интересовали больше всего.

Самое неприятное заключалось в том, что умения «восстанавливаться», о котором он похвастался Ольге, у Дениса не было. Бессонная ночь и утренний разнос с угрозами сил ему не добавили.

– …Вроде и транспорта должно быть много, а автобуса все нет и нет, – несколько разочарованно протянула Оленька, чем вывела Дениса из состояния задумчивости.

– А и не надо. Сейчас попутка будет. Смотри и запоминай.

Ловля попутки и проезд без денег были делом, в общем-то, вполне нейтральным. За такое никто никого не карал.

Тотчас же появилась и нужная машина – новенький «москвич».

Денис, к удивлению Ольги, не стал даже «голосовать». Он просто смотрел на то, как водитель – типичный «браток», хотя, разумеется, только внешне – открывает дверь, улыбается ему.

– До «Прибалтона», говорите? Сейчас-сейчас – с ветерком…

– Но ты же ему ничего не сказал! – шепнула Денису Оленька, усаживаясь на заднее сиденье.

– А это и неважно. Главное – он меня и так понял… Без слов.

Второй раз Оленька удивилась, когда они выходили. Не было и намека на то, что Денис должен водиле хотя бы рубль. Он кивком отпустил мощного «братка», пожелав тому удачи. И хозяин «москвича» уехал, безмерно довольный своей судьбой и пассажирами.

– Что ты с ним сделал? – восхищенно прощебетала Оленька, когда «москвич» исчез из виду. – Ты его… околодовал?

– Именно, – скромно сказал Денис. – Ты совершенно права. Это было небольшое воздействие. Ты сама скоро сможешь так… Нужно будет только немного поработать.

Вот сейчас он не врал.

– Я сразу поняла, что такой голос, как у тебя, может быть только у манипулятора… минимум шестого уровня, – Ольга сказала это тоном, каким признаются в любви.

Денис улыбнулся. «Шестого уровня, говоришь? Это у тебя, милая, шестой класс ведьмовства… если только не пятый», – он готов был переломиться от смеха, но приходилось все время сдерживать себя, принимая серьезно-скромный вид.

Солнце склонялось к вечеру, когда Денис и Ольга, по очереди искупавшись, отправились назад. Все что нужно, было сказано: теперь Оленька будет внимательно присматриваться к Анжеле, а заодно – и узнает кое-что насчет ее друзей. Кто из них может быть завязан на «кромешников»? Где был допущен прокол в операции? Вот что волновало Дениса больше всего.

А Оленьку волновала Скади. Нет, такой симпатичный и интересный молодой человек, как Денис, просто не может, не должен быть парнем этой грубиянки. Сейчас она продумывала, как бы получше и поаккуратнее напустить на подружку Дениса порчу. О том, как порча производится, она знала все из тех же книг по колдовству, которые можно достать в любом магазине – а откуда же еще?

…И только теперь, сойдя с балюстрады, Вит смог обернуться и посмотреть, какой он путь проделал. Сейчас же закружилась голова. Лестницы эскалатора, которые остановились, стоило ему завершить свой путь, уходили вниз, в темноту – свет в подземном вестибюле померк. Разрезалки пополам тоже успокоились – должно быть, та сила, которая привела их в движение, поняла, что они оказались бесполезны. Но все равно – смотреть вниз было страшно, очень страшно.

Он отвернулся. По крайней мере, этот проклятый метрополитен остался позади.

Только сейчас Вит начал понимать, что все его действия непонятны ему самому. Ну с чего он вообще выбрался на Витебский вокзал среди ночи? В чем был смысл?

Создавало впечатление, что кто-то его просто вел – от одной точки пространства до другой.

Вит беспрепятственно прошел по вестибюлю станции, уселся на деревянную скамейку, вынул котенка из-под свитера. Кажется, малыш уже оправился от испуга – он тотчас же зевнул, показав мелкие, но остренькие зубки, и прикрыл глаза, успокаивающе мурлыкая.

Теперь можно было поразмыслить над ситуацией.

Во-первых, что заставило его убежать из дома?

Отношения с родителями никогда особенно теплыми не были, но ничего такого, что могло бы вызвать острую неприязнь, вчера не происходило. И в предыдущие дни – тоже.

И, кстати, ни один семейный скандал – например, связанный с учебой в школе – не заставлял Вита бежать из дома. Кстати, и с учебой у него всегда было достаточно в порядке.

Так отчего же он убежал?

Услышал – почувствовал нечто такое, что заставило его выбраться из дома ночью, в полную неизвестность. И он воспринимал все это вполне нормально, как должное.

Но что случилось с ним дальше?

Он ни разу не удивился по-настоящему тому, что происходило. Поезд смотрит на него, как хищник на жертву? Значит, надо убегать. Совершенно пустое метро работает – вот и хорошо, спустимся туда и посмотрим, как там и что. Тоннели, которых в Питере нет и быть не может – ну и что с того, все нормально!

И ни разу ему не захотелось вернуться назад.

Что заставило его пойти в метро, несмотря на чувство опасности? Кто или что его зовет? Куда ведет его путь – через мрачные тоннели, через разрезалки пополам?