Весь Дэвид Болдаччи в одном томе - Дэвид Балдаччи

Успокоившись, она взяла сумочку, ключи от машины и, плотно закрыв за собой дверь, вышла на улицу.

Хоть ей и сказали, что во время ее отсутствия за микроавтобусом постоянно наблюдает кто-то из людей Капитана Джека, она волновалась: нельзя допустить, чтобы машину украли. Времени на замену нет.

Странный человек этот Капитан Джек, подумала Джамиля, усаживаясь в автомобиль. Нечасто встретишь американца, свободно говорящего по-арабски! А обычаи и историю исламского мира он знает лучше иного мусульманина. Джамиле объяснили, что она должна повиноваться этому человеку, что бы он ей ни приказал. Ей казалось, что не дело это — подчиняться приказам американца, но от Капитана Джека исходила такая сила (Джамиля почувствовала это при первой же встрече), что противиться ему даже внутренне было невозможно.

Вечерние поездки стали для нее своего рода ритуалом. За рулем она могла слегка расслабиться после дня, проведенного с тремя кипящими энергией сорванцами, да и надо было запомнить все дороги и проезды — этого требовала возложенная на нее миссия.

Оказавшись в центре Бреннана, она проехала мимо больницы Милосердия. Аднан аль-Рими в этот день не дежурил, но Джамиля не показала бы, что его знает, если бы и увидела. По той же причине она не стала смотреть и направо, на ту квартиру, из окон которой на больницу были направлены стволы двух снайперских винтовок «М-50». Там в это время проходила ежедневная тренировка.

Привычный путь привел Джамилю к автомобильной мастерской. Она проехала мимо больших ворот и затемненных окон и двинулась к южным кварталам центральной части города. Там она свернула на главную, ведущую из города дорогу. Через тридцать минут та роль, ради которой она здесь, будет сыграна. Она молила Бога, чтобы во время операции ее вели его мудрость и его отвага.

Продолжая движение, она довольно скоро миновала место, где должна была состояться церемония. Джамиля знала лишь то, что здесь перед массой людей выступит американский президент. Во всем остальном этот покрытый зеленой травой участок для нее мало что значил.

Маршрут Джамили проходил мимо дома Джорджа и Лори Франклин. Это было очень симпатичное строение, если вам по вкусу традиционная американская архитектура. Но больше всего в доме хозяев Джамиле нравился задний двор. Там было множество мест, где дети укрывались при игре в прятки, там зеленели лужайки, по которым можно было бегать, и там стояли деревья, на которые можно было залезать. Одним словом, задний двор дома Франклинов служил прекрасным местом для игр с мальчишками. Выросшая в пустынном климате, Джамиля признала, что Америка очень красивая страна. По крайней мере внешне.

На обратном пути Джамиля еще раз оказалась возле дома Франклинов. Когда автомобиль проезжал мимо здания, она инстинктивно взглянула на окна мансарды, где в двух комнатах сейчас спали трое ее мальчуганов. К немалому своему удивлению, она чувствовала, что все больше и больше привязывается к ним. Эти славные ребятишки, повзрослев, несомненно, станут ненавистниками ислама, то есть того, во что она так свято верит. Если бы мальчики по-настоящему были ее, она обратила бы их в истинную веру, открыла бы им глаза на сверкающий мир ислама. Они узнали бы, что в двух великих религиях гораздо больше сходства, чем различий. Джамиля даже остановила машину, чтобы как следует поразмыслить на эту тему. Ей все время твердили, что примирение между Америкой и исламом невозможно. И это действительно было так. «Ведь они уничтожают мою страну, — напомнила себе Джамиля. — Америка — страна насилия, обладающая непобедимой армией. Американцы без колебаний отнимают у других то, что хотят отнять, — будь то нефть или человеческие жизни». Однако, глядя на мирные дома, в это трудно поверить. Очень трудно.

* * *

Алекс обежал взглядом интерьер, и увиденное ему очень понравилось. Квартира вовсе не являла собой образец порядка — тут и там были заметны следы небрежности. Алекс никогда не был педантичным аккуратистом и сомневался, что смог бы длительное время водить компанию с поборником абсолютной чистоты. В комнате повсюду валялись книги, что само по себе служило хорошим знаком. Небольшой любитель чтения в школьные годы, он компенсировал этот пробел за время работы в секретной службе. Долгие перелеты оставляли массу времени для поглощения книг. Но высоколобым литературным снобом Алекс не стал. Потому испытал сейчас некоторое облегчение, увидев на книжных полках не только классику, но и приличную порцию популярных современных романов. В углу большой, занимавшей почти весь первый этаж комнаты стоял маленький кабинетный рояль.

На стенах были развешаны семейные фотографии, и Алекс мог наблюдать процесс трансформации Кейт Адамс из нескладного застенчивого подростка в красивую, уверенную в себе женщину. Процесс наблюдения доставил ему удовольствие.

Наконец реальная Кейт спустилась из спальни — босиком, в джинсах и свитере, оторвав его от приятного занятия.

— Прощу простить, — сказала она, — после целого дня в платье и туфлях я готова взорваться!

— Выбросьте из головы всякие костюмы и салонные прически. Я бы тоже не вылезал из джинсов и футболок, — улыбнулся Алекс.

— Пива? — рассмеялась Кейт.

— Пиво, как известно, — лучший спутник мятного мороженого!

Кейт достала из холодильника две бутылки «Короны», нарезала лайм, и они уселись на кушетку, с которой открывался вид на внутренний двор имения.

Она поджала под себя ноги, угнездилась поудобнее и спросила:

— Итак, что вы намерены предпринять? Каков будет ваш следующий шаг?

— Не знаю, — пожал плечами Алекс. — Официально я переведен в охрану Белого дома, и должен за это благодарить небо. Но это вовсе не значит, что в ходе расследования я ошибался. Дело в том, что я отказался подчиняться прямому приказу начальства и не назвал имя одного человека. До сих пор не верю, что смог так поступить.

— Речь идет о вашем старом друге, о котором вы говорили? Об Оливере Стоуне?

Он выразительно посмотрел на Кейт. Другого ответа и не требовалось.

— Как, черт побери, вы догадались?

— Вы не единственный, кто обладает дедуктивными талантами.

— Видимо, так. — Он сделал большой глоток пива, откинулся на подушки кушетки и продолжил: — Как я уже сказал, в данный момент руки у меня связаны. Я даже не могу сообщить об обнаружении лодки, не сказав при этом, что вел расследование, вопреки категорическому приказу директора службы не совать нос не в свое дело. Если он узнает об этой выходке, я превращусь в историю. Рисковать я не имею права.

— Я понимаю вашу дилемму… — Ставя на кофейный столик стакан с пивом, Кейт слегка прикоснулась к его плечу, и Алексу показалось, что его тело пробил электрический разряд.

Кейт села за рояль,