Охота на Крысолова (СИ) - Фламм Феникс

Первым делом я решил сменить позицию: с восточного берега на западный. Командиры отделений и Дуболомов меня поддержали: западный берег был немного выше, да и оборону моста следовало вести так, чтобы контролировать ситуацию с переходом по нему. Мы быстро перешли и окопались: оборудовали траншеи и огневые позиции. У меня под рукой оказались пять пулеметных расчетов, и я расположил их так, чтобы организовать перекрестный огонь. Также я приказал задержать два расчета артиллеристов, которые догоняли свою часть и расположил их на восточном берегу с 2 противотанковыми пушками, хорошо замаскировав.

Дуболомову я приказал реквизировать у проходящих бесхозных и лишенных командиров военных все гранаты и автоматы ППШ, а также минометные мины к нашим минометам-лопатам. Я очень рассчитывал на это чудо военной мысли — простейший тип миномета небольшого калибра и хотел использовать их в дальнейшем для проведения операции. В походном положении этот миномет массой около 1,5 кг представлял собой лопату, рукоятью которой служил ствол. Миномет-лопата мог использоваться для рытья окопов. При стрельбе из миномета лопата выполняла роль опорной плиты. Лопата была сделана из броневой стали. Какие-либо прицельные приспособления у миномета отсутствовали, стрельба велась на глаз. Для стрельбы была разработана 37-мм осколочная мина массой около 500 граммов. Мины были небольшие, всего в 2 раза больше сигареты. Дальность полета мины при оптимальном угле возвышения была к сожалению, невелика и не превышала 250 метров, но было слишком заманчиво иметь под рукой такую карманную артиллерию.

К концу дня наш боекомплект пополнился множеством патронов, и гранат в основном это были Ф-1 или в простонародье «лимонки», также мы реквизировали 23 ППШ, мин для миномета набралось всего ящик. ППШ я распорядился раздать своим разведчикам, превратив их во взвод автоматчиков. Вскоре вернулся Андрей, на ГАЗике, он привез целый кузов продуктов. С двумя курсантами, исполнительный Чопорец нашел машину и помотавшись по городу, обнаружили большие запасы продовольствия на складе аэродрома за городом, где уже никого не было. Моя команда затарилась там под завязку. Бойцы сразу повеселели, разгружая ящики с консервами и галетами.

Провозившись с текущими делами в должности комроты до вечера, я понял, что теперь точно не смогу покинуть позиции раньше времени и оставить своих бойцов на произвол судьбы. Мне удалось в кратчайшие сроки организовать порядок на вверенной мне территории, что сразу бросалось в глаза всем, кто выходил к нашему мосту из окружения. Только организованность и дисциплина могли стать психологическим щитом на пути отступающих войск. А тем временем, поток людей на нашем направлении иссяк, за час мост перешли всего несколько гражданских и проехала одна подвода. Скорее всего завтра утром немцы уже атакуют наши позиции, и многие бойцы погибнут, защищая вверенный мне участок фронта. Я подумал, что моим бойцам нужно дать хороший отдых перед боями, которые наверняка растянуться как минимум на несколько дней. Вечерело, я уже думал, что можно расслабиться, и готовиться к встрече фрицев утром, когда внезапно как черти из табакерки из-за леса, выскочили немецкие мотоциклисты. Видимо фрицы сами растерялись, увидев множество наших бойцов, которые носились туда и сюда, распределяя боеприпасы. Мы едва не поплатились за такую беспечность. На каждом мотоцикле был пулемет. Однако мотоциклов оказалось всего четыре и видимо они далеко оторвались от основной группы. Немцы, выехав из-за леса, остановились на безопасном как они считали расстоянии для прицельной стрельбы. Нас разделяло чуть меньше километра.

— Немцы! — крикнул громовым голосом Дуболомов, подбегая ко мне и ожидая моих распоряжений.

— Чопорец, винтовку! — крикнул я и уже через несколько секунд разглядывал фрицев в перекрестие своей системы, учитывающей даже скорость ветра, который к слову сказать в данную минуту был совсем незначительным. С меткостью в 16 баллов я был самым лучшим снайпером на этой войне. Я не торопясь проверил положение специального рычажка с правой стороны ствольной коробки. Он стоял на одиночном режиме, который был основным. Я снова медленно прицелился. Потом примерно за 10 секунд произвел 13 выстрелов. Немцев было всего 12, и только на одного мне пришлось потратить 2 патрона, остальные были убиты первым же выстрелом в голову. Ничего удивительного в этом не было, вначале я снял водителей, а потом добил остальных, Заявленная начальная скорость пули моей винтовки составляла 840 м/с, поэтому статично стоявшие фрицы на фоне закатного неба были обречены. Похоже только последний смог понять, что против них работает снайпер, но его реакция была слишком медленной. Получив ранение, он был добит следующим выстрелом.

— Афанасий, организуй людей и пригони немецкую технику и соберите все обмундирование и оружие, все это еще нам пригодится, — спокойно сказал я, возвращая винтовку улыбающемуся Андрею. Надо сказать, что он вел себя так словно я на его глазах устраиваю такой тир каждый день. Однако все остальные бойцы первый раз сталкивались с такой феноменальной стрельбой и застыли как стояли, в самых нелепых позах словно в детской игре «море волнуется».

— Дуболомов, мать твою! — пришлось прикрикнуть мне, — ты так до утра стоять будешь? Выполняй приказ! Сейчас вторая волна пойдет, всем занять свои позиции!

Глава 7

Моим бойцам предстояло отразить первый серьезный удар противника. Многие из моей роты были еще не обстреляны, поэтому от первого боя зависела судьба всей нашей обороны. Не дрогнут ли мои солдаты? Как будут выполняться мои приказы? Сможем ли мы отражать немецкие танковые части не имея резервов и без серьезной поддержки нашей артиллерии? Все эти вопросы крутились в моей голове, пока разведчики были заняты убитыми немецкими мотоциклистами: они быстро собрали все документы, а трупы фрицев перевезли на мотоциклах к реке и побросали в воду, предварительно сняв с них целехонькую благодаря моим точным выстрелам форму. Нам важно было скрыть следы моего снайперского огня. Сами мотоциклы бойцы потом перегнали на восточный берег и замаскировали, предварительно сняв с них трофейные пулеметы и усилив ими наши позиции. Эти тридцатьчетверки, как можно было называть по аналогии с нашим танком немецкие MG-34, имели приличную до 2000 метров дальность стрельбы и хорошую пробиваемость. Запас патронов к ним был правда небольшой, но я собирался их использовать в дальнейшем при проведении операции в тылу врага.

После того как мной был перебит немецкий авангард, я не сомневался, что следующие части вермахта прибудут на наш участок фронта с минуты на минуту. Цель моей миссии была ясна: требовалось задержать наступление противника. Чтобы сорвать немецкий блицкриг на вверенном мне участке я разработал собственный план обороны, опирающийся на хорошее знание немецкой тактики. Для этого я решил сразу же сильно врезать фрицам по зубам, чтобы они начали искать другие маршруты и забыли дорогу к моему мосту. То, что они конечно прорвутся на других участках фронта, я не сомневался, но такова была суровая реальность этой войны, к тому же это будет означать, что моя миссия будет выполнена. Выскочившие в зону расположения моей роты немецкие мотоциклетные части уже давали понять о примерном составе второй атакующей волны. Сейчас на Восточном фронте немцы располагали более двадцатью батальонами мотоциклистов, действующих как правило в составе танковых дивизий. Небольшая часть этих подразделений была частью мото- и горнострелковых дивизий, а также дивизий СС. Поэтому примерно я понимал с каким противником мы сейчас столкнемся. За авангардом мотоциклистов совсем скоро последуют более серьезные силы. Я не напрасно торопил Дуболомова собрать наши трофеи. Вскоре я уже смог конкретно понять, кто будет нашим противником. Из документов убитых мной фрицев следовало, что они находились в составе 6-ой танковой дивизии 4-ой танковой группы генерала Эриха Гёпнера. Этот ярый нацист перед нападением на СССР издал приказ, в котором призвал свои войска вести войну с неслыханной жестокостью и только на уничтожение. Вначале я даже обрадовался, что судьба сведет меня с этим военным подонком, однако трезво рассудил, что сам «Старый кавалерист» вряд ли будет участвовать в штурме ординарного деревянного моста, не являющегося у него на карте какой-то серьезной и стратегической целью и поэтому наши пути разминутся. А главной моей целью, как я и планировал вначале, лучше избрать Гудериана.