Все правые руки - Юрий Витальевич Яньшин

Наконец, после более чем пятичасового непрерывного огня реактивной артиллерии по столицам непризнанных республик, взрывы в городах постепенно сошли на нет и вскоре совсем прекратились. Правда, связано это было отнюдь не с проснувшимся миролюбием в головах у карателей, а по банальной причине — закончились боеприпасы. За пять часов непрекращающегося обстрела, Украина израсходовала почти весь комплект ракет РСЗО. На передовой уже практически ничего не осталось, а на складах, кстати, расположенных далеко от места событий — в Западной Украине, имелся только неприкосновенный запас на случай развития непредвиденных событий, но и его еще, при необходимости нужно было как-то доставить. А сделать это было непросто, да и требовало большого времени. Несмотря на то, что в свое время, при разделе имущества Советской Армии, Украине достался самый большой запас боезарядов к реактивной артиллерии, после приснопамятного уничтожения главного склада в Балаклее, ВСУ стали испытывать дефицит по этой позиции. С боеприпасами могла выручить Болгария в лице небезызвестного господина Гебрева[93], но напуганный до смерти двумя покушениями на свою жизнь, тот решил не играть больше в «русскую рулетку» со своей жизнью, а потому сидел под лавкой тихо-тихо, как мышь под веником, боясь даже дышать в сторону сумасшедших русских. У других восточноевропейских партнеров Украины снарядов к данным системам не было вовсе. Те остатки на складах, что имелись в Чехии, Словакии и Польше уже были проданы в далеком теперь 14-м году. Поэтому израсходовав большую часть боезапаса, ВСУ пришлось резко перейти к его экономии, оголив от артиллерийского прикрытия фланги на севере и юге ОРДЛО. Обо всем этом Москва была прекрасно осведомлена, именно поэтому она и посоветовала не ввязываться в артиллерийские дуэли, а поберечь свой запас, которого тоже было не слишком-то и много, ради будущего отражения массированного танкового наступления, которое судя по всему было не за горами. Эта тактика, направленная на сохранение боеспособности сил сопротивления, была по большому счету верной, однако досталась по огромной цене. Только по предварительным подсчетам, в результате обстрела пострадало не меньше 10 % жилого фонда областных центров. Инфраструктура по снабжению городов водой, газом и электричеством пострадала еще больше. Разрушенные взрывами линии ЛЭП оставили без света почти половину городского населения. Станции снабжения и водоочистки и без того требовавшие капитального ремонта были уничтожены почти все и сразу. В одночасье города лишились самого важного для себя ресурса — воды. Пришлось осуществлять водозабор при помощи бойлеров прямо из Северного Донца и Кальмиуса. В центральных и южных района Донецка (Луганск в этом плане пострадал меньше) сразу выстроились громадные очереди за водой, про очистку которой даже и говорить не стоило. С газом тоже обстояло все довольно плачевно. Трубы газопроводов, идущие по поверхности, были исковерканы во многих местах осколками от ракет. На ближайшую перспективу не стоило даже, и думать об их починке. Но зато, заранее отведенные с передовых позиций в тыл силы самообороны почти никак не пострадали. Правда, как только смолкла реактивная артиллерия, ей на смену проснулась полевая. Орудия 152-мм. «Мста-Б» и 122-мм Д-30 начали перепахивать своими снарядами «ничейное» пространство перед собой, в надежде вызвать детонацию минных полей для расчистки в них проходов своим танкам, а также рассчитывая выкурить из укрепленных укрытий гранатометчиков. Проходы в минных полях сделать удалось сравнительно легко. Тут украинцам изрядно помогло использование УР-77 — самоходной установки дистанционного разминирования, прозванной в народе «Змеем-Горынычем». А вот с гранатометчиками ВСУ сильно ошиблось. Не было их на передовой. Вообще на передовой никого не было. Еще ночью они снялись с позиций, и отошли в тыл. А на передовой находились надувные макеты, имитирующие как бронетехнику, так и средства противовоздушной обороны, снабженные уголковыми отражателями, четко копирующими сигнатуру оригиналов для введения в заблуждение противника. Так что снаряды зря утюжили оставленные укрепления, разрывая в клочья резинотехнические изделия российского оборонпрома.

Все это, благодаря разветвленной и разнообразной спутниковой системе мониторинга окружающей обстановки. Все это непотребство в режиме он-лайн сейчас и наблюдали операторы Национального Центра Управления Обороной России. Наблюдали и в то же время лихорадочно готовились к ответным действиям. Этим и объяснялась некоторая нервозность и незаметная глазу суета. План ответных мероприятий, на основе полученных от резидентуры данных был готов уже к субботе. Но его реальное воплощение, все же требовало некоторой корректировки. Этим как раз сейчас и занимались операторы Центра, сидящие в зале и снующие между рядов. Перед ними стояла непростая задача, состоящая из нескольких этапов. Нужно было раз и навсегда отбить всяческую охоту у ВСУ решить силой вопрос реинтеграции Донбасса. Вся трудность предстоящей операции заключалось в том, что необходимо было, во что бы то ни стало избежать огромных потерь в рядах противника, дабы не настроить против себя абсолютное большинство населения, все еще находящегося в состоянии колебания. При этом, как можно сильнее дискредитировать в его глазах правящую прозападную клику. Ну и в качестве завершающего штриха, показать западным кураторам всю бесперспективность снабжения оружием своих клевретов, не умеющих толком им распорядиться. Следует ли говорить, что задача была архисложная, учитывая недостаточность времени на ее исполнение? Ко всем этим сложностям нужно было присовокупить и еще одну — сохранение в полной тайне всех подготовительных работ к нанесению хоть и ограниченного, но обезоруживающего удара. Эта задача осложнялась тем, что как минимум два пиндосовских геостационарных спутника еще с четырнадцатого года непрерывно висели над головами наших военных, находящихся в непосредственной близи от театра военных действий. Шесть лет назад их удалось одурачить, применив новейшую по тем временам платформу «Москва-1» с ее автоматизированными станциями помех 1Л266. В тот раз янкесы «купились» на молоко разлитое по экранам их наблюдательных мониторов, что помогло нашим «зеленым человечкам» в феврале 14-го без особого сосредоточиться в ключевых местах Крыма для блокирования украинских военных. Нынешняя задача, поставленная перед нашими РЭБовцами была значительно сложнее. Требовалось не только «ослепить» спутниковую группировку заокеанского противника, но еще и нейтрализовать на стратегическую глубину все средства радиолокации и связи укровояк. Для этих целей «Москва-1» с ее дальнодействием в 400 километров уже устарела, да и банальное «ослепление» всевидящих глаз спутниковой группировки могло только насторожить и без того взбудораженных последними событиями американцев. Тут требовалось действовать гораздо тоньше и целенаправленней. И для этого, как нельзя, кстати, подходил «Самарканд» с его высокоразвитой системой спуффинга и умением действовать на сверхдальних расстояниях, подменяя реальную сигнатуру локализуемых объектов виртуальной. Ко всему прочему, не следовало разочаровывать