Ревизор: возвращение в СССР 40 - Серж Винтеркей

***

Москва, Лубянка

Вавилов, едва вернувшись из командировки в Киев, тут же был вызван к председателю.

Эх, жаль, что так резко дёрнули к Андропову! Помимо доклада от Комлина, он планировал еще перечитать тот самый доклад Ивлева по Чили, прежде чем бежать к шефу. Кое-что за прошедший месяц с лишним уже из него и позабылось, а ведь речь о нем непременно зайдет. Но сейчас искать в шкафу этот доклад времени просто-напросто не было. Андропов не поймёт, если он после вызова чрезмерно задержится. Потому что, конечно же, его помощник даёт ему предельно точную информацию о том, когда он появился в здании и его проинформировали о том, что он вызван к председателю на приём. О помощнике Андропова ходила слава, как о человеке предельно педантичном и дотошном, что очень устраивало председателя…

Так-то Андропов, как и Вавилов, по своим корням был гражданским человеком. Он и во время войны на линии фронта ни разу не был. Но жесткую дисциплину уважал так, как не каждый профессиональный военный…

Помощник в приемной поздоровался с ним, потом, что удивило Вавилова, прошел вслед за ним в кабинет председателя.

Андропов поздоровался с ним, пригласил присесть напротив, после чего заговорил:

– Я попросил Михаила с нами сегодня посидеть, послушать, может, что подскажет, что нам с тобой неочевидно. А то я тут твоему генералу Комлину выговор сделал за то, что он с кадрами плохо работает. Все эти аналитики ваши из первого управления Чили прозевали целиком и полностью, а мне теперь краснеть на Политбюро по этому поводу…

– Вот поэтому мы привлекаем не только наших штатных аналитиков, но и толковую молодёжь, – тут же использовал шанс Вавилов для того, чтобы реабилитироваться. – Если вы припомните, Юрий Владимирович, то в июле этого года я позвал выступить с докладом по Чили Павла Ивлева, студента Московского государственного университета. Он, кстати, напомню, очень хорошо выступил тогда не только по Чили, предсказав, по сути, все, что произошло в сентябре, но и по Ближнему Востоку...

– Как же, как же, именно поэтому я тебя сейчас и вызвал. – сказал председатель. – Думаю, за этим Ивлевым надо присматривать, это толковый парень.

Вавилов был очень счастлив, что у председателя, судя по этим словам, претензий лично к нему по проколу с Чили нет. Так что Назаров тогда очень удачно для него обратил внимание председателя на Ивлева. И он тут же решил закрепить успех, переведя разговор на него, чтобы избежать неудобной чилийской темы.

– Так может, нам этому Ивлеву, за проявленные аналитические способности, какую-нибудь грамоту вручить или ещё как-то наградить?

Андропов задумался. Встал и прошелся по кабинету. Потом сел обратно и сказал:

– Над наградой я подумаю. Может, и наградим. В данный момент меня больше волнует, как нам его эффективней использовать, раз он так хорош во внешней политике. Продумай, как его почаще использовать для лекций. Наверное, имеет смысл сейчас же заказать ему очередную лекцию, во время которой всё-таки попытаться у него выяснить, каким образом он смог предсказать это падение режима в Чили. Или, ещё лучше, собрать наших аналитиков и устроить ему беседу только с ними на эту тему? Очень нужно, чтобы они его методологию смогли понять и освоить, чтобы такие же хорошие прогнозы могли делать! Не рассчитывать же нам, и правда, на пацана, никак с нами не связанного, дальше?

Вавилов решил осторожно возразить:

– Опасаюсь, что при формате с аналитиками, как бы он не подумал, что это допрос в такой необычной форме… А то еще обидится, и вообще откажется у нас лекции читать. Я внимательно изучил особенности его личности. И куратор, и наш психолог дают общие рекомендации не злить его. Он явно не ожидает от нас особых выгод, просто сотрудничает из патриотических соображений. Но если решит, что мы его допрашиваем…

Андропов раздраженно протер очки. Вавилов в этот момент помалкивал, зная, что шеф любит так делать, когда над чем-то думает. Крючков сидел неподвижно, словно и вовсе не здесь. Наконец, Андропов сказал:

– Ну, тогда пусть у тебя аналитики присутствуют на этой лекции. Потом просто вопросы из зала зададут. Не будем пугать молодого человека, он нам полезен.

Тут внезапно Крючков ожил. А то Вавилов уже и почти внимание перестал на него обращать, решив, что он тут для мебели. Тихим голосом предложил:

– А может быть, нам сначала не по поводу Чили обеспокоиться, Юрий Владимирович? С учетом того, что у нас по Ближнему Востоку намечается, может нам его по этому вопросу поспрашивать? Заодно потом сравним его прогнозы с тем, что реально произойдёт. Если он по этой теме проколется, то и к чему нам тогда его методология?

Андропов помолчал, снял очки, повертел их в руках. Потом надел обратно, и, улыбнувшись, сказал:

– Вот потому я тебя, Миша, и позвал тебя с нами посидеть! Умеешь ты несколькими словами в самую суть попасть! Чили, и в самом деле, нам сейчас малоактуально. Выбили нас оттуда напрочь, хоть бы Пиночет этот клятый Луиса Корвалана не казнил, уже хорошо будет. И дипотношения на днях разорваны не случайно, МИД нас запрашивал по этому поводу, я дал добро. А вот Ближний Восток – это да. Две недели осталось до начала операции… И Ивлев этот много что сказал секретного про Ближний Восток, так что послушать его будет крайне интересно именно по этому поводу. Вот только как нам секретность соблюсти… Говоришь, Николай, если всего несколько человек будет, решит, что это допрос? А если я лично там буду сидеть вместе с аналитиками, он так не решит?

Обдумав вопрос несколько секунд, Вавилов осторожно ответил:

– Тогда да, это уже не допрос, это личная честь большая будет оказана, так это он и воспримет. Смущает меня только несколько моментов. Пацан же совсем еще, хотя и действует мудро в целом. Сможет он удержаться, не растрепать везде, что лично самому Андропову лекцию читал?

– А пусть это ему очередная проверка будет, на скромность. Раззвонит везде – мы тут же узнаем, такое до наших ушей немедленно дойдет. Будем сразу и знать на будущее, что зеленый еще, нельзя ему доверять важную информацию.