Операция "Невозможное" (Лето и осень сорок пятого) - Евгений Белогорский

Столь пренебрежительное отношение к своему королю вызвало бурю праведного гнева у депутатов. Вскочив со скамеек, они в праведном гневе стали выкрикивать слова, требуя немедленно убраться вон и очистить помещение. Многие стали требовать полисменов, чтобы те навели порядок, но это оказалось несбыточной мечтой.

Ворвавшиеся в холл люди все прибывали и прибывали, а когда этот процесс закончился, под высокими стрельчатыми сводами раздались выстрелы. Они, конечно, были произведены в воздух, так сказать для острастки, чем очень напугали лучшие умы английского королевства и примкнувшего к ним сообщества.

Только внимательно вглядевшись в лица незнакомцев, только вслушавшись в их речь, они поняли, что случился самый страшный кошмар их жизни. Русские медведи таки пришли в Лондон, и пришли именно по их души.

Шок и трепет навылет пронзили сердца главных людей туманного Альбиона. Многие из них были готовы упасть в обморок, и только извечная британская чопорность, сидевшая в их подсознании на генном уровне, не позволяла им сделать это. Англия всегда была сильна своими традициями, которые иногда позволяли островитянам выйти из сложного положения.

Как уже было сказано, члены обоих палат испытали огромное потрясение, но как уверял мудрый царь Соломон, все рано или поздно заканчивается. Особенно когда к тебе обращаются на неплохом английском языке и говорящий человек явно не собирается предавать тебя смерти.

— Господа, соблюдайте спокойствие! — обратился к парламентариям, высокий чернявый человек с командирской выправкой. — От имени советского командования объявляю о взятии вас в плен. Ради сохранения ваших драгоценных жизней, прошу вас не делать резких движений и сесть на свои места. Чем раньше вы это сделаете, и мы сможем начать диалог, тем будет лучше для всех нас.

Капитан Максимов очень надеялся, что его слова внесут ясность и успокоят британцев, то он несколько ошибся. Голубая кровь и родовая спесь ударила в голову лорду Бивенбруку и грозно потрясая тростью с набалдашником из слоновой кости он стал пробираться к Максимову.

— Я лорд Бивенбрук! — властно воскликнул англичанин, — и я возмущен вашими беззаконными действиями в отношении всех нас! Это вопиющий произвол!

Распалившийся лорд сделал шаг вперед по направлению к Максимову и в это время раздался предупреждающий выстрел. Один из стоявших у дверей солдат, выстрелил из американской винтовки в величественный потолок холла.

— Господа! Я же просил вас не делать резких движений! Мои солдаты, в отличие от вас, не кончали колледжи и университеты и потому не знакомы с вашими учтивыми формами общения — попытался вразумить лорда капитан, но напрасно.

— Мерзавец! — продолжал возмущаться Бивенбрук. Выражая степень своего негодования, он привычно потряс над головой тростью и в тот же момент, раздался ещё один выстрел. Казалось, что стрелявший совсем не целился в лорда, но трость британского аристократа лишилась своего величественного украшения.

— Мне очень жаль, но боюсь, что очень скоро леди Бивенбрук станет вдовой! — воскликнул капитан и это, отрезвило англичан.

— Прекратите, Генри! — одернул Бивенбрука Иден, — я премьер министр Великобритании — Энтони Иден. Кто вы такой и что вам надо!?

Вождь тори пытался говорить спокойно и с достоинством, но предательское дребезжание, проскальзывало в его голосе.

— Капитан Красной армии Михаил Максимов, господин премьер министр. А это командир нашего отряда майор Андрей Орлов — Максимов вежливо козырнул отставному премьеру, а Орлов сдержанно кивнул головой. — Мы захватили ваш парламент с целью принуждения Англии к миру. Как только вы и ваш военный министр выполните требования советской стороны, мы немедленно покинем дворец и вы, будите свободными.

Максимов достал несколько листков из планшета и протянул часть их Идену. Затем быстро окинув взглядом стоявших рядом с ним людей, и почтительно произнес.

— Ваше королевское величество, как главе королевства вам так же необходимо знать условия вашего освобождения. Ровно, как и господину Эттли. Присаживайтесь, как у нас говорят — в ногах правды нет — капитан уверенно махнул рукой в сторону попытавшегося затеряться среди депутатов лидера лейбористов и ловкие руки его помощников тут же вытащили его из толпы и поставили перед капитаном. В отличие от струсившего политика, король Георг сам подошел к Максимову и с достоинством взял протянутые ему листки.

— Прошу садиться. Надеюсь, господин спикер не будет возражать, если его кресло на время займет мистер Эттли — продемонстрировал свою осведомленность Максимов, знавший по фотографиям главных фигурантов столь необычного дела.

— Это невозможно!! — гневно воскликнул Иден, с негодованием потрясая прочитанными листами. — Вы требуете нашей капитуляции!

— Господин премьер министр, здесь нет ни слова о капитуляции! — также бурно не согласился с ним Максимов. — Советская сторона требует отдачи приказа всем вооруженным силам королевства о прекращении боевых действий, а также о выводе британских войск с континента. В полном вооружении, со всем военным имуществом и боевыми знаменами. Это никак нельзя трактовать как капитуляцию.

— Но вы требуете допустить на территорию королевства ваши войска! Подобное требование не что иное, как капитуляция Британии!! — эти слова Идена породили бурю негодования среди депутатов. Они зло загудели на разные тона. Страх перед русскими медведями стал проходить и его место стала занимать спесь.

— Тихо! — властно крикнул Максимов, напоминая лучшим умам Британии их нынешнее положение. — У вас явно плохо со зрением, господин Иден. Здесь черно по белому написано, что в качестве гарантии исполнения принятых на себя обязательств, соединенное королевство соглашается на ввод на свою территорию одной советской бригады. Одной! Которая будет находиться в пригороде Лондона и сразу покинет остров, после вывода британских войск с континента. Ни о каком ином вводе воинских соединениях Красной Армии на территорию королевства не сказано ни слова.

— Все, что вы требуете от нас это страшный позор для нации и потому, не может быть исполнено! — воскликнул король и с презрением бросил на пол требования Сталина.

— Это не позор, а спасение британской нации — возразил Орлов, которому специальный переводчик переводил разговор. — Посмотрите, до чего вы довели свой народ. Ваши люди голодают ничуть не меньше, чем немцы. Лондонцы выглядят чуть лучше берлинцев. Народ хочет мирной и спокойной жизни, так дайте ему эту жизнь. Прекратите эту ненужную войну в Европе. Выведите войска и сядьте за стол переговоров, больше ничего от вас не требуют.

— Вы ничего не понимаете! — начал, было, Георг, но Орлов прервал его.

— Нет, это вы, ничего не хотите понимать, господин король. Советская страна не требует от вас ни пяди британской земли. Не требует отказа от ваших многочисленных колоний или роспуска Содружества доминионов. Мы не требуем размещения военных баз в Англии и изменения вашего конституционного строя. Мы согласны на ваше участие в мирных переговорах по Германии и Японии в качестве наблюдателя с совещательным голосом. Единственное, что мы от вас требуем — скорейшего наступления мира в Европе — Орлов продемонстрировал собеседнику хорошее знание документа предложенного ему для ознакомления, но это только усугубило дело. Согласно британским традициям фельдмаршал не мог вступать в обсуждение государственных дел с майором. Слишком разные были уровни.

— Господин майор, условия вашего правительства совершенно неприемлемы для моего народа и королевства — отчеканил король и демонстративно сложил на груди руки.

— Классовая ненависть, уязвленное самолюбие и обида за этот плен, не позволяют вам взглянуть в глаза правде. Для вас в сто раз важнее не уронить королевскую честь, перед светлыми образами фельдмаршала Мальборо, Веллингтона и Хейга, чем прислушаться к голосу разума и дать мир простому народу. Ваша ущемленная гордыня обойдется им по очень высокой цене — попытался достучаться до короля Максимов, но собеседник не желал его слушать. Страх полностью покинул его душу, и он гордо вскинул голову перед своими подданными.

Услышав столь решительный отказ, Орлов быстро переглянулся с Максимовым. Вопреки утверждениям специалистов Георг не проявил слабости и «не поплыл». Более того, стал подавать растерянным «слугам народа» пример мужества и стойкости. Ситуацию следовало ломать, и офицеры перешли к запасному варианту.

— Свои отказом вы не оставляете нам выбора, ваше величество — Максимов сделал многозначительную паузу, но король в ответ только презрительно улыбнулся.

— Примените ко мне физическое устрашение третей степени или сразу вынесете мне смертный приговор, как вынесли моему родственнику, вашему царю Николаю и его семье? Что же извольте. Я готов принять истязание, и даже смерть от ваших рук, с твердой верой в то, что моя родина не склонит голову перед диктатом вашего тирана Сталина. Слава богу, что здесь нет моего брата Генри, герцога Глостерского, который после моей смерти станет достойным королем Великобритании, императором Индии и главой Содружества наций — Георг величественно тряхнул головой, решительно встал, и твердой рукой одернув мундир, с холодным достоинством поинтересовался у Орлова, — где вы намерены меня расстрелять? Здесь или позволите принять смерть в моих королевских покоях.