Африкономика. История западного невежества и африканской экономики - Bronwen Everill

Те африканские политические лидеры, которые пытались объяснить эти обстоятельства, были проигнорированы. Например, в XVII веке в регионе современной Анголы была подана петиция, в которой пытались использовать католическую доктрину для прекращения работорговли. 6 Но существовали опасения, что такие местные попытки полностью блокировать работорговлю могут привести к войне с европейскими монопольными компаниями. Лидеры, которые выступали против работорговли, были заменены в результате поддерживаемых европейцами переворотов, в результате которых к власти пришли режимы, дружественные работорговле. Так произошло в XVIII веке в Уиде (на территории современного Бенина), где реформаторский король был свергнут элитой работорговцев и их европейскими союзниками. Решающую роль в этом процессе сыграло повторяющееся утверждение, что, поскольку рабство было разрешено в «Африке», европейцы не делали ничего плохого, пользуясь этой институцией.

В течение следующих 200 лет, несмотря на протесты некоторых африканских государств, создание новых укреплений для защиты от работорговцев ( ) и неоднократные попытки сопротивления со стороны самих рабов, европейские торговцы придерживались позиции, что работорговля, которая становилась все более важной для расширения коммерческого сельского хозяйства на плантациях Америки, была допустима, поскольку была законной в Африке. Католическая церковь была первой, но не последней, кто поддержал мнение, что порабощение на самом деле было благом для рабов, поскольку они были вырваны из якобы варварских условий Африки и приобщены к христианству.

То, что в начале 1500-х годов начиналось как торговля примерно 500 людьми в год, к концу 1700-х годов выросло до 80 000 человек в год. Атлантические работорговцы не просто воспользовались существующей торговлей, чтобы экспортировать рабочую силу на плантации в Карибском бассейне, Северной и Южной Америке; они превратили ее в новую золотую лихорадку. Конкуренция между европейскими империями за доступ к богатствам Америки стимулировала спрос на рабский труд и поиск способов сделать каждый этап новой глобальной торговли прибыльным для различных участвующих в ней купцов. Города росли, чтобы вести и направлять торговлю. Новые династии возникали благодаря контролю над богатством, которое оплачивало пленников. Появились новые учреждения и смежные отрасли, которые помогали в финансировании, страховании и снабжении судов, участвовавших в «треугольной торговле» между Европой, Африкой и Америкой.

В Африке новые центры возникли в Сен-Луи и Горе, на островах у берегов современной Гвинеи и вдоль побережья Сьерра-Леоне, вокруг фортов в Эльмине и на Золотом берегу. Торговля способствовала появлению Бонни и Старого Калабара, а также сохранению роли Королевства Конго через Луанду и Кабинду. Бристоль, Лондон, Ливерпуль, Нант, Бордо, Кадис ( ), Лиссабон, Барселона и Амстердам обязаны своим ростом расширению атлантической торговой системы. Рабский торговля буквально создавала богатство современного мира. Как европейские работорговцы, так и их африканские коллеги стремились максимизировать прибыль и увеличить свою долю. И во второй половине XVIII века они наткнулись на золотую жилу.

Это был 1780 год. В британских колониях в Северной Америке бушевала война. Это нанесло ущерб атлантической торговле, но Великобритания все же сумела экспортировать товары на сумму более 10 000 фунтов стерлингов в неуказанный пункт назначения «Африка».

Большая часть этих товаров — в том числе пшеничная мука, пиво, сыр, шерстяные изделия и печенье — предназначалась для снабжения фортов, которые возникли вдоль побережья Западной Африки для размещения британских торговцев. Эти маленькие дома вдали от родины были отдельными, самодостаточными сообществами экспатриантов.

По крайней мере, так было задумано.

В форте Кейп-Кост-Касл английский торговец Джеймс Морг записал, что в 1779 году он потратил на местные покупки и услуги товаров на сумму 324 унции золота. 7 В Золотом Берегу (современная Гана) бурный рост работорговли в XVIII веке привел к процветанию местной экономики.

Торговля с Европой в этой части Африки велась с тех пор, как Генрих VIII взошел на престол Англии. К 1653 году Кейп-Кост-Касл был построен Голландской Вест-Индской компанией и ее африканской рабочей силой. Англичане захватили форт в 1664 году. Со временем торговля золотом была заменена торговлей рабами, а после 1712 года торговля рабами была дерегулирована британским правительством. Эта дерегуляция означала, что работорговля стала доступна для любого британского торговца, имеющего капитал для участия в ней. Замок, который начинался как национальный корпоративный объект на побережье, превратился в оживленный городской центр, в центре которого велась мрачная и бесчеловечная торговля. Но, как и в случае со многими мрачными и бесчеловечными видами торговли, многие из тех, кто извлекал из нее выгоду, видели только ее отдельные стороны: если бы они увидели полную картину, это вызвало бы — и действительно вызвало — протесты.

Отворачиваться от проблемы было выгодно, и эта выгода способствовала созданию новой мощной экономики. Уже в 1750 году в замке работало большое количество местных жителей. Здесь были кабосеры, или «старосты», лингвисты, посыльные, кладовщики, солдаты, повара, а также местные купцы, поставлявшие мясо, рис, масло и воду, которые обеспечивали замок продовольствием и здоровьем (в меру) в перерывах между поставками из Англии. Английские купцы женились на местных женщинах из этнических групп фанте и асанте. Их жены обеспечивали важные коммерческие связи с торговыми сетями, простиравшимися вглубь страны, а также важные связи с политической элитой, базировавшейся вдали от этих прибрежных аванпостов. Наследство от мужей могло быть разделено между детьми, племянниками, тетями и братьями, которые инвестировали его в новые коммерческие предприятия.

Каков был масштаб денежных средств, созданных в этих экономиках? Историк Тай М. Риз говорит, что в 1750 году лингвист замка получал 70 фунтов стерлингов в год, кладовщик — 27 фунтов, а солдат — 18 фунтов. Для сравнения: лондонский рабочий в том же десятилетии мог получать около 15 фунтов в год, если работал непрерывно. 8

«Пенйины» Кейп-Коста — описанные Риз как «избранные главы, представлявшие семью в местных и региональных делах» — каждый получали флягу рома в качестве еженедельной платы за то, что позволяли английским торговцам занимать форт и вести торговлю. 9

Эти подарки и выплаты оказали влияние на местную экономику. Лидеры могли создать политическую базу, распределяя богатство. Большее количество людей, привлеченных на побережье возможностями торговли, означало больше власти.

В этот период африканские государства имели все более выгодные условия торговли, то есть они могли получать все больше английских товаров в обмен на то, что они экспортировали. В период 1761–1770 годов Англия получила больше богатств, чем потратила на мировую торговлю. Но в тот же период она потратила в Африке больше, чем получила. Богатство накапливалось в этих прибрежных местах, даже когда оно извлекалось из других мест. Таков