Африкономика. История западного невежества и африканской экономики - Bronwen Everill

рабов снова выросли — что порадовало людей, инвестировавших в богатство в виде людей, но означало, что рабство само по себе набирало обороты в самой Африке.

Книги, подобные книге Анны Марии Фальконбридж, становились все более популярными, поскольку жители Великобритании все больше интересовались Африкой как континентом, нуждающимся в их помощи. Работорговля была плохой — как с моральной точки зрения, так и, по мнению Смита и его последователей, с экономической — и читатели считали, что это привело к моральной и экономической отсталости, отсутствию экономического роста, низкому уровню инвестиций и нестабильному существованию многих людей. Другими словами, к бедности. Но, как и понятие богатства, бедность на самом деле не является однозначным понятием.

Несмотря на свои проницательные наблюдения, Фальконбридж попала в классическую туристическую ловушку, не сумев осмысленно отразить свое собственное общество. Да, материальное богатство было основой, на которой она рассчитывала оценить общество темне. Но, как может сказать любой поклонник Джейн Остин, богатство в Британии того времени было связано скорее с богатством людей, чем признавала Анна Мария.

Например, брачный рынок был распространенным экономическим институтом в Англии конца XVIII века. Легко понять, как выгодный брак способствовал накоплению «богатства» — в основном в виде земли и доходов от нее. Также можно понять, как это богатство использовалось для накопления людей. Примечательно, что, например, в романах Джейн Остин часть расчета богатства заключалась в том, сколько слуг может иметь семья при определенном годовом доходе. В романе «Разум и чувства» Марианна Дэшвуд говорит, что ей нужно выйти замуж за человека с годовым доходом в 2000 фунтов, чтобы содержать домашнее хозяйство и обеспечить «надлежащее обслуживание слугами». Другими словами, деньги предназначались для накопления людей, и не только в британской работорговой экономике Карибского бассейна.

Как записала Фалконбридж в одном из писем своей подруге, сами темне понимали, как работает британская экономика, основанная на богатстве в виде людей. Советник Па Банки из племени темне предупредил его, что внезапная щедрость британцев во Фритауне объясняется тем, что «они считают, что ваши услуги скоро будут им необходимы». Имея двенадцатимесячный опыт проживания в поселении, советник из племени темне заметил: «Достаточно ли хорошо вы знаете белых людей, чтобы быть уверенным, что они никогда не раздают свои деньги, не ожидая многократной отдачи?». Но Па Банки ответил, что он знает все об экономике подарков: «Я знаю, что они чего-то хотят», но он все равно примет подарок. «Я ни в коем случае не буду считать этот подарок обязательным для себя». Всего пятнадцать дней назад король Наймбана послал колонистам в подарок «замечательного прекрасного быка». Богатство в виде вещей и денег можно было использовать для покупки лояльности людей и их благосклонности — денежной или иной.

Адам Смит, возможно, отвергал покровительство как устаревшую и иррациональную систему межличностных отношений, но в реальности люди по-прежнему были источником власти, семейные связи имели значение, а личные долги и экономика подарков были решающими факторами для экономического развития его собственной страны.

Возьмем, к примеру, связи с империей поселенцев. Историки Эндрю Томпсон и Гэри Маги изучили тысячи записей о денежных переводах почтового отделения — деньгах, отправленных семьям в Великобританию, как сегодня Western Union или (Transfer) Wise. Они обнаружили, что семейные связи обеспечивали деньгами тех, кто остался дома, и рекламировали инвестиционные возможности в колониях. 12

И достаточно всего нескольких минут, чтобы пролистать документы из архивов купцов конца XVIII века и понять, что наличие родственников на высоких постах — в Колониальном министерстве, парламенте или двоюродных братьев по браку, которые были лордами — считалось спасательным кругом в периоды экономических трудностей. Сама Джейн Остин принадлежала к «псевдодворянству», которое было связано с землевладельческой аристократией, но вынуждено было работать, чтобы заработать на жизнь. Ее вымышленные персонажи более чем осознавали важность брака для обеспечения — или разрушения — благополучия всей семьи.

Фактически, это стало важным уроком для Анны Марии Фальконбридж. Хотя она проигнорировала советы своих родственников и вышла замуж за Александра, для него этот брак был, безусловно, выгодным союзом. Оба супруга были родом из Бристоля, и в то время как Александр публично выступил против процветающей в городе работорговли, семья Анны Марии, Хорвуды, по-прежнему была вовлечена в этот бизнес и извлекала из него прибыль. Если отношения Александра с аболиционистом Томасом Кларксоном помогли ему сделать карьеру, то отношения Александра с семьей Хорвудов, занимавшейся работорговлей, принесли ему деньги.

В декабре 1793 года, во время своего второго путешествия, Анна Мария написала подруге, что Александр умер. Но вместо того, чтобы остаться незамужней вдовой, она через две недели вышла замуж за другого чиновника Компании Сьерра-Леоне. Вместе они обратились в Компанию Сьерра-Леоне с просьбой выплатить деньги, которые были должны Александру за его службу. Однако Анна Мария высказывала язвительные замечания о некомпетентности компании, и из-за ее связей с продолжавшейся работорговлей их кампания была обречена на провал. Они так и не увидели ни пенни.

Анна Мария Фальконбридж не собиралась писать экономический трактат о Сьерра-Леоне. Но в своих наблюдениях она сделала классические предположения и недоразумения, которые все больше подпитывали веру в отсталую и принципиально иную африканскую экономику. Вместо того, чтобы признать сходство в сложных способах, которыми общества темне и англичан обменивались богатством в виде людей, денег, услуг, вещей и земли, она предположила, что король с дырявыми чулками жил в бедности.

OceanofPDF.com

ГЛАВА 2

Учимся быть фермерами

Т

Томас Фауэлл Бакстон никогда не был в Африке. В 1839 году, в возрасте пятидесяти трех лет, он понимал, что вряд ли туда поедет, хотя в письме, написанном несколькими годами позже, он выразил желание посетить реку Нигер. Его карьера — в качестве члена парламента, ответственного за принятие Закона об отмене рабства в 1833 году — вступала в новую фазу.

Сев в своем кабинете в Норфолке, чтобы приступить к работе над книгой «Африканская работорговля и способы ее преодоления», Бакстон был уверен, что знает, в чем заключалась основная проблема Африки. В частности, работорговля «подавила всю остальную торговлю» и «непосредственно препятствовала развитию сельского хозяйства». По его мнению, сельское хозяйство было ключом к решению проблем Африки. 1

Букстон видел доказательства этой необходимости повсюду, когда читал об Африке. А он читал много. Как только он посвящал себя какому-то делу, он вкладывался в него с головой, не спал до поздней ночи, работая и планируя. Именно эта преданность делу привела его к победе в борьбе за отмену рабского труда в Вест-Индии в 1833 году,