Божия коровка - Эдуард Шатов

Э.: И да и нет. Мы создаем впечатление суперсильных, а на самом деле мы, как Вавилонская башня. В конце концов падаем и погибаем под обломками. Что плохого в том, чтобы попросить участия и проявить сострадание? Высказать свою боль не стыдно.

Обычно в церковном воспитании Бог предстоит бесстрастным и бесчувственным. И голова у него гордо поднята. Крест несет мужественно, как герой советского союза. Упал, поднялся. Но Христос плачет у гроба Лазаря. А когда идет по Крестному Пути, дает Веронике утешить себя. Он не отказывается от того, что на него свалилось, но принимает глубину страдания и сострадания полностью.

Забвение никогда не было путем к освобождению и спасению. И в этом смысле подход должен быть комплексный, а не только бег на тренажере до изнеможения.

О.: Эдуард, а что плохого в легоньком цинизме? Есть профессии, которые располагают к цинизму. Например, журналист…

Э.: Легонького цинизма не бывает. Бывает просто цинизм.

О.: Я тебя расстрою. В первой десятке профессий, которым свойственен экстраординарный цинизм, есть и журналисты, и врачи… и священники.

Э.: Не удивлен.

О.: Почему?

Э.: Священников всегда называли докторами души, а лекарство может быть и ядом, зависит от дозировки.

О.: Ты начинаешь уворачиваться. Так откуда в вас цинизм?

Э.: От знания человека. Но все-таки мы можем участвовать в преподании человеку надежды.

О.: Да, но цинизм это грех.

Э.: Нет.

О.: Ты только что сказал, что цинизм это уныние, а уныние это грех.

Э.: Когда нет надежды.

О.: А у священников необычная форма цинизма?

Э.: У нас постоянно есть надежда, что прощение, примирение возможно. Что исцеление реально. И что из змеиного жала выходит не только яд, но и лекарство.

О.: Отец Эдуард, да вы иезуит.

38. Жадность. Скупой — не рыцарь

Мне не хотелось бы цветисто и долго говорить о жадности. Я просто выскажусь как женщина и со стороны женщин. Можно жить долго и счастливо с любым. В том смысле, что на каждого самого экзотического «мэна» найдется «вумен», которая сочтет его недостатки достоинствами — вкусы у всех разные.

Терпеть не стоит ни при каких условиях только алкоголиков и принципиальных жадюг. Это не лечится и это невыносимо.

Однажды меня пригласил на свидание молодой, перспективный дипломат. Ему надо было срочно жениться, чтобы выдвинуться в очень развитую страну. Знакомые дамы ахали, охали и всячески старались мне внушить, что партия нереально хороша.

Итак… Мы встретились в метро, был холодный ветренный март, он вручил мне одинокий тюльпан в целлофане и пригласил прогуляться. Через полчаса тюльпан умер от холода. Женщина, конечно, существо более стойкое, но через час и я вознамерилась умереть. Через два часа комплиментов и замерзших под носом соплей он угостил меня кофе с булочкой. Мне кажется, он решил, что все о’кей и можно приступать к главному — рассказу про то, как благоденствуют жены дипломатов в очень развитой стране.

А я представила себе картину. Одна, без друзей, без денег, без знания языка. На попечении этого галантного кавалера… Нет уж, нам и здесь хорошо.

Не думаю, что нормальная современная женщина так уж сильно рассчитывает на кошелек мужчины, тем более что иногда сама гораздо больше зарабатывает. Однако жлоб не украсит вашу жизнь — лучше одной. Так что если на свидание он приносит один чахлый тюльпан, а потом три часа зимой таскает по Измайловскому парку, потому что это очень романтично и можно наблюдать за белочками, лучше сразу подать себе стоп-сигнал.

С историями про таких «женихов» обычно блистают в компаниях. Например, я однажды слышала байку про гражданина, который пригласил девушку в столовку «Му-му», сам выбрал ей блинчики с творогом и все рассказывал, пока она давилась угощением, что место недешевое. Оцени, дорогая, широту моей души.

Словом, жадность у мужчины — это столь же отвратительно, как отсутствие личной гигиены. Учуял — беги! Не лечится.

Ольга: Я не понимаю, что должно было случиться в жизни мужчины, чтобы он жалел деньги на женщину еще на стадии ухаживания, когда самец обычно пытается пустить пыль в глаза? Как в анекдоте — тяжелое детство и деревянные игрушки?

Эдуард: Можно я отвечу вопросом на вопрос? Почему ты решила, что на стадии ухаживания нужно пустить пыль в глаза?

О.: Объясняю. Когда нам кто-то нравится и мы не против продолжения отношений, мы всегда стараемся произвести впечатление, понравиться. Предъявить свои лучшие качества. Время недостатков придет позже. Это же так просто, Эдуард. Если ты вначале не будешь стараться, сюжет завянет на стадии букетного периода.

Э.: О, конечно, этот сериал, где убийство происходит не в первой, а в пятой серии, предпочитает большинство. Но не все.

О.: Остальные предпочитают показать женщине элитный ресторан «Муму», чтобы она, потрясенная, полюбила его всей душой.

Э.: Оль, это не продуманно, это естественно для этого человека. Еще Аристотель и Кант определили, что мы часто смотрим друг на друга с позиции цены. Мы сразу определяем, сколько мы готовы заплатить за отношения. Материально и морально. Именно это определяет две разные жизненные позиции. Первая, что человеку невозможно назначить цену, он выше всякой цены. Поэтому отношения должны строиться на уровне достоинства.

О.: Именно тогда девушку и водят по морозу до посинения тюльпанчика?

Э.: Нет, именно тогда можно пойти и в дорогой ресторан. Другая категория никогда подобный шаг не сделает. Цель другая. Например, жениться, потому что это нужно для поездки. Оля, это точка. Цель есть, понимаешь? Скупость — это меркантильный подход к человеку.

О.: Логика странная. Ты вроде пытаешься склонить девушку к серьезному шагу — созданию семьи. Для этого разве не нужно хотя бы ей понравиться на первом свидании, чтобы она согласилась на второе?

Э.: Так не было цели понравиться — была цель заключить брак. Если для тебя прогулка по морозу и кофе в пластиковом стаканчике недостаточные аргументы, то он будет искать другую кандидатуру.

О.: А ему все равно, кто будет рядом с ним?

Э.: И сколько тюльпанов замерзнет. Даже двадцать тюльпанов — это не такой большой расход. Скупой не понимает, что для того, чтобы соблюсти свое достоинство, нужно вдохнуть достоинство в другого.

О.: С точки зрения женщины, скупой мужчина, конечно, очень противен. К жадным женщинам общество более милосердно. Но я вообще не понимаю этого порока, у меня другие. Чего деньги жалеть? Это бумажки для получения кайфа. И не надо себя ради них ставить себя в глупое положение.

Э.: С чего ты решила, что он поставил себя в глупое положение? Он считал, что это нормальная тактика. Кроме того, скупой уверен, что именно капитал обеспечивает стабильность и высокую позицию. Хотя… Ты будешь смеяться, но приемы у английской королевы очень скромны. Буквально стакан воды и печенька…

О.: Почему?

Э.: Потому что она считает, что это государственные деньги и тратить их нужно экономно.

О.: Так то государственные. Их и нашим правителям давно пора научиться экономить. А то свои… А можно ли перевоспитать жадину?

Э.: Взрослого? Нет, конечно. Если невеста видит, что ее оценили по принципу магазина «Долорама» в Канаде, где любой товар не дороже доллара, то в качестве жены ее не поведут в бутик.

О.: С другой стороны, живут же жены с жадными мужьями? Выкручиваются, обманывают, не называют истинную цену платья.

Э.: А смысл находиться в таких отношениях?

О.: Понятно, замуж за такого не надо. А если скупой — твой друг или родственник?

Э.: Надо поступать согласно прекрасному западноевропейскому и канадскому методу — два разных счета в ресторане.

О.: Таким образом, в Канаде никто никогда не знает, кто жадюга, а кто нет.

Э.: Знают, но по косвенным признакам.

О.: Хорошо, давай рассмотрим проблему с другой стороны. Жадина не сходил в ресторан, купил себе раз в три года штаны в «секонд-хенде», отказался от электрического освещения и скопил некую сумму. Для чего?

Э.: На «черный день».

О.: Но если он не наступит?

Э.: «Черный день» всегда наступает. День похорон. И у родственников не будет проблем с оплатой пышного погребения.

О.: Послушай, а как с противоположным качеством — транжирством?

Э.: И в этом случае деньги дают понять, где лежит сфера наших приоритетов. И транжира точно так же не владеет собой, как и скупец. Ты же знаешь — нормальность, как и истина, чужда крайностей.

О.: Но я легче пойму подгулявшего купчика, который швыряется купюрами, чем Кащея, который «над златом чахнет». И еще мне кажется, что мужчина должен уметь тратить и уметь зарабатывать.

Э.: Особенно это актуально в нашей стране, где большинству населения в провинции просто негде заработать. Но ты знаешь, уже доказано, что на Церковь больше жертвуют люди как раз бедные. Бедность никогда не была причиной скупости, потому что только тот, кто знает бедность, понимает значение взаимопомощи.