Место твое впереди - Николай Ивушкин

До Риги все ближе. Но вступила в свои права осень. Круглые сутки льют дожди. Болота разлились в озера. Оружие, боеприпасы, продовольствие солдаты несут на себе. Мокрые с ног до головы. Обогреться негде. Даже костров не зажигаем, чтобы враг не увидел дыма. Это был тяжкий переход, потребовавший от людей всех сил. Но цель была достигнута: враг не ожидал удара с этого направления. После короткой схватки гитлеровцы откатились к реке Лиела-Югла. Здесь они тоже не сумели удержаться. Наши части форсировали реку и продолжали преследование противника.

Сосредоточив значительные силы, врагу удалось остановить наши части на рубеже Ропажи, Кангари. Спешно производим перегруппировку частей. В это время мы получили несколько самоходных артиллерийских установок. Командир дивизии принимает решение посадить на них десант автоматчиков. Людей должен был выделить 107-й полк. Охотников вызвалось много. При мне заместитель командира полка по политической части майор Кузнецов отбирал добровольцев в десант. Предпочтение отдавалось самым опытным, уже не раз проявившим себя в бою. И конечно, среди них оказалось много коммунистов и комсомольцев. Во главе десанта командир полка поставил заместителя командира 3-го батальона по строевой части капитана Смирнова, человека исключительно храброго, прекрасного организатора. До этого он был беспартийным.

Но, получив столь важное задание, он пожелал связать свою судьбу с партией и в бой идти коммунистом. За несколько часов до атаки партийное бюро батальона на своем заседании рассмотрело его заявление. Николай Иванович Смирнов был принят кандидатом в члены Коммунистической партии.

В назначенный час командующий артиллерией дивизии полковник Городовенко дал сигнал батареям. С наблюдательного пункта полка слежу за артподготовкой. Вначале удар наносится по переднему краю. Над вражескими окопами бушует огненный вихрь. Сквозь него гитлеровцам не видно, что наши самоходки уже подошли к их обороне и высадили десант, открыв огонь по траншеям, чтобы расчистить ему дорогу.

А тем временем дивизионы переносят огонь вглубь, не давая врагу перебрасывать резервы.

Вижу, как радуется командир 84-го артиллерийского полка подполковник П. А. Любимов. Отлично воюют его подчиненные!

Петр Андреевич — человек уже пожилой, участник революции и гражданской войны. Дело свое он знает превосходно, артиллеристы любят и уважают его за опыт, знания, за беспокойную душу. Невысокий, слегка сутуловатый, Любимов всех восхищал своей выдержкой. В самые трудные моменты он отдавал команды спокойным, невозмутимым тоном, только очки поправлял чаще обычного. Под стать командиру полка был его заместитель по политической части майор Анатолий Францевич Циш. Рослый, плечистый, с крупными чертами лица, он отличался сильной волей и вместе с тем душевностью. За плечами Циша тоже большой жизненный путь. Златоустовский рабочий, он во всем был неутомим. Еще в молодые годы вырос до крупного комсомольского работника, учился в Институте красной профессуры, после был на партийной работе в Куйбышеве. В дивизии Анатолий Францевич с начала ее формирования. Любимов и Циш глубоко уважали друг друга, работали очень дружно. И это во многом определило успех нашего артполка.

В ночь на 10 октября 1-й батальон 111-го полка повернул на северо-запад, вышел на шоссе Псков — Рига. Командир батальона старший лейтенант Григорий Иванович Приймак выслал вперед головную походную заставу — стрелковый взвод под командованием лейтенанта Николая Щернакова и взвод станковых пулеметов во главе с лейтенантом Николаем Такмаковым.

Эти два храбрых Николая со своими подразделениями, обивая заслоны противника, утром 10 октября 1944 года первыми вышли на реку Маза-Югла, южнее деревни Аури. Это был последний рубеж на подступах к Риге. Вскоре к реке подошли и другие подразделения батальона. Не дожидаясь приказа, старший лейтенант Приймак приступил к форсированию реки.

Первой переправилась группа разведчиков во главе с парторгом роты старшим сержантом Афанасьевым, человеком храбрым и находчивым. Афанасьев оправдал надежды. Он не только разведал передний край вражеской обороны, но и прихватил с западного берега реки лодку. Эта находка всех обрадовала: переправочных средств в батальоне было очень мало.

Помощник начальника штаба полка Виктор Алексеевич Петухов рассказывал мне, что, когда он прибыл в батальон с приказом командира полка, форсирование реки уже шло полным ходом. К берегу подтягивалась артиллерия.

О В. А. Петухове мне хотелось бы рассказать несколько подробнее. Службу в дивизии он начал старшим адъютантом батальона. Перед началом летнего наступления 1944 года его прикомандировали к оперативному отделению штаба дивизии. Потом назначили первым помощником начальника штаба 111-го полка.

Когда противник спохватился и открыл артиллерийский огонь, было уже поздно. Батальон Приймака уже весь оказался на западном берегу. Роты старших лейтенантов Заидова и Илионского, поддержанные минометчиками лейтенанта Радыгина, ворвались во вражеские окопы.

До Риги оставалось всего пять километров. Но участвовать в ее штурме нам не довелось. Поступил приказ вывести дивизию в резерв. Передаем плацдарм частям 89-го стрелкового корпуса.

За героизм при освобождении Прибалтики 111-й Лунинецкий стрелковый полк был награжден орденом Красного Знамени, 84-й артиллерийский полк — орденом Суворова III степени.

Пришел приказ о включении дивизии в состав Военно-Морского Флота.

У нас появились моряки-балтийцы, Они рассказывали нам о своих традициях, опыте, боях. Мы постигали бессмертную славу несломленного Ленинграда и гордого Кронштадта. Становились близки сердцу боевые дела стремительных эскадренных миноносцев, торпедных катеров, подводных лодок.

Бойцы нашили на рукава желтые якорьки. Стали мы называться 1-й Мозырской Краснознаменной дивизией морской пехоты. А в ноябрьские дни 1944 года нас перебросили на финских торговых судах по усеянному минами штормовому морю на Порккала-Удд. Здесь по соглашению о перемирии с Финляндией организовывалась военно-морская база.

В Порккала-Удде мы встретили великий и долгожданный День Победы.

Вот и закончена книга. В ней моя память о прошлом и мое ощущение сегодняшних дней. И правду сказать, жаль расставаться с ней. Многие месяцы я будто снова жил в трудное, горькое и героическое время. Тяжко бремя войны, страшны и жестоки ее годы, однако же и величие советских людей открывалось на войне с яркостью и силой небывалой. Казалось, я снова прошагал по долгому и опасному пути с теми, с кем свела меня война. Сейчас они рабочие, колхозники, строители, инженеры, ученые, командиры. Многим из них, помогавшим мне своими воспоминаниями и советами писать эту книгу, я выражаю душевную благодарность.