Место твое впереди - Николай Ивушкин

Душой большой армии комсомольцев, проводившей военную работу, несомненно, был генеральный секретарь Центрального Комитета ВЛКСМ Александр Васильевич Косарев. Он был «старый военный»: в 1919 году пятнадцатилетним парнишкой в составе отряда московских комсомольцев дрался с Юденичем под Петроградом.

Комсомольцы шли на флот, первенствовали в стрелковых кружках, увлекались авиацией.

«Все выше, и выше, и выше стремим мы полет наших птиц», — пела советская молодежь. Синей эмалью засверкали на груди многих значки парашютистов. При активном участии комсомола в стране было создано 140 аэроклубов, 3 парашютные школы, 400 парашютных вышек. Я не знал комсомольцев и комсомолок, проживавших в нашей столице, не прыгнувших с парашютной вышки. Даже в районных центрах создавались аэроклубы.

Помню, как в городе Торжке большой любитель авиационного спорта второй секретарь райкома партии Павел Иванович Богдашкин организовал молодежь на строительство ангара. Это был первый шаг. Затем собрали средства, приобрели два учебных самолета — и началась учеба в аэроклубе. Вскоре в Торжке, как и в других городах области, появились летчики и парашютисты. Большое развитие получили также планеризм и авиамоделизм.

Тогда были выдвинуты лозунги: «Каждой школе, каждому пионеротряду — авиамодельный кружок!», «Каждому заводу, каждой фабрике — кружок планеристов!».

К 1935 году в авиамодельных кружках занимались 600 тысяч человек.

Накануне войны членами Осоавиахима состояло 13 миллионов человек.

Большую помощь партийным и комсомольским организациям в патриотическом воспитании молодежи оказывали известные военные начальники. У нас в Московской комсомольской организации выступали на конференциях, собраниях, встречались с молодежью С. М. Буденный, председатель Центрального Совета Осоавиахима Р. П. Эйдеман, начальник Военно-Воздушных Сил РККА П. И. Баранов, начальник Морских Сил РККА Р. А. Муклевич и другие.

Во время Великой Отечественной войны тысячи вчерашних воспитанников аэроклубов взяли в руки штурвалы боевых самолетов, пошли в воздушно-десантные, зенитные и стрелковые части Красной Армии, в Военно-Морской Флот.

Бывшие работники Московского комитета комсомола порой проявляли незаурядный военный талант. Цезарь Куников великолепно командовал батальоном морской пехоты, стал Героем Советского Союза. Комиссаром этого батальона был Василий Никитин, впоследствии видный политработник. Александр Воеводин, занимавшийся авиационным спортом, во время войны стал командиром авиационной дивизии.

Политбойцы, направленные к нам, принадлежали к тому поколению, которое готовили к военным испытаниям партия и комсомол...

Однако вернемся к боям за высоту 251,5. В течение нескольких дней противник вновь и вновь бросал свои батальоны на высоту, а полк отбивал атаки врага и удерживал ее прочно.

Непрерывно вела бои вся 22-я армия на правом фланге Западного фронта.

В середине сентября 256-я и 133-я стрелковые дивизии, 126-я танковая бригада и 45-й кавалерийский отряд нанесли контрудар по группировке противника, наступавшей из района Останец, Петрово.

Ожесточенный бой развернулся за крупный населенный пункт Мосты. Воины нашей части вместе с 934-м полком нашей дивизии и 681-м полком 133-й стрелковой дивизии обратили фашистов в бегство. На поле боя были захвачены большие трофеи — оружие и боеприпасы. А еще через несколько дней были освобождены деревни Новая Красуха, Старая Красуха, Кожевенная Заборовка, Битуха.

Уничтожить вражескую группировку войск в этих боях не удалось. Но урон она понесла значительный.

В конце сентября политотдел 22-й армии собрал секретарей партийных организаций полков для обмена опытом работы. Нас немало удивил вызов на семинар в столь сложной боевой обстановке.

Начальник политотдела армии бригадный комиссар И. П. Шевченко словно предугадал наши вопросы и, открывая семинар, начал свою речь так:

— Именно сложность обстановки заставила нас вызвать вас сюда, чтобы договориться о том, как повысить действенность партийно-политической работы в войсках.

Разговор на семинаре состоялся всесторонне интересный. Особое внимание было обращено на ротные партийные организации.

После решения Центрального Комитета о новых условиях приема в партию особо отличившихся в боях открылась возможность укрепить партийные организации подразделений. Теперь во всех ротах были созданы партийные организации или кандидатские группы. И все же бои были настолько жестокими, что потери нельзя было предусмотреть. Бывало, в течение часа или двух рота теряла и парторга и того, кто способен был его заменить. Парторганизация оставалась без руководства. Дело исправляли обычно с большим опозданием — в дни затишья, когда подразделение отводилось на отдых во второй эшелон. И это было ошибкой!

Начальник политотдела армии говорил о том, что, так же как командир во время боя не имеет права терять управление войсками, секретарь партбюро полка обязан не терять руководства партийными организациями, быстро принимать необходимые решения.

Конечно, глубоко был прав бригадный комиссар Шевченко.

Партийное бюро полка не всегда справлялось в полной мере со своими обязанностями. Тут были и объективные причины. Мы вынуждены были почти все свои заседания посвящать приему в партию. К тому же секретарь парторганизации должен был подготовить к заседанию бюро все документы. Никаких скидок на военное время в оформлении документов не допускалось. Структура партийных организаций полков была явно несовершенна. (Несколько позже ее изменили. Первичные партийные организации были образованы в батальонах.)

И все же мы обязаны были помнить, что сохранение силы и активности ротных парторганизаций при любых условиях — задача главнейшая.

10 октября дивизия заняла оборону в укрепленном районе озер Волго, Селижарово, Будайково. Здесь были отрыты окопы, сооружены доты, пролегли противотанковые рвы, установлены надолбы. Построили их под руководством военных инженеров трудящиеся Калининской области.

Представитель облисполкома рассказал нам, в каких условиях создавались эти оборонительные рубежи. Вражеская авиация каждый день бомбила и обстреливала из пулеметов людей. Вперемежку с бомбами фашисты разбрасывали с самолетов клеветнические листовки. Бомбежки и обстрелы не запугали, листовки вызвали лишь презрение. Работа продолжалась.

Это был и трудовой и боевой подвиг калининцев.

Нашему полку, к сожалению, на хорошо подготовленном рубеже воевать не пришлось. Дивизия получила новую боевую задачу.